Глава 27. Final Blow Дерек кивает и улыбается, хитро так, прищурившись, уже представляет, видимо, как достигает линию условного финиша первым. Кстати, о нем…
- Какой маршрут?
Дерек смотрит куда-то вдаль, затем в чернильное небо, затем на меня, а потом переводит взгляд на свою машину:
- От площади Согласия по правому берегу до площади Трокадеро! Не боишься?
- С чего бы мне бояться? – усмехаюсь я, затягиваясь в последний раз и бросаю окурок себе под ноги.
- Мари, ты поедешь со мной или с Хейлом? – обращается Делано к Маше; та смотрит на него абсолютно влюбленными глазами и выдыхает что-то настолько тихо, что я даже не слышу, но, судя по победной улыбочке Дерека, я оказался в пролете. Что, впрочем, меня не особо огорчает. Дерек обнимает Машу за плечи и направляется к своей машине. – Не тормози, американец! – он оборачивается и одаривает меня очередной победно-макиавеллической улыбкой. Простите, это не улыбка, это оскал. Рядом со мной стоят изумленный Эдвард с абсолютно спокойным Андрэа.
- Джей, я поеду вперед - жду вас на финише. А Эд пускай едет за вами, мало ли… - Андрэ хлопает меня по плечу, а я киваю, он садится в свою машину и стартует с места, потеряв пару метров из-за пробуксовки. Я направляюсь к своей машине, Эдвард идет за мной:
- Джаспер! Ты пьян, как ты сейчас поедешь?!!
- Эд… Расслабься. Кому как не тебе знать, что я в состоянии вести машину даже будучи налитым под завязку алкоголем и не только… - Честное слово, занудство Эдварда доведет меня когда-нибудь.
- И сколько ты захерачил сегодня, Джей?! Давай, признавайся! – Эдвард останавливается посредине тротуара Елисейских полей и разводит руками, его голос срывается на крик, как будто бы он пытается докричаться. До кого? До меня…
Я разворачиваюсь и впервые в жизни с абсолютно честным лицом отвечаю:
- Нисколько, Эдвард. Я уже полгода ничего себе не употребляю. Я бросил.
Насладившись пару секунд его изумленным лицом, я разворачиваюсь и подхожу к своей машине. Сажусь за руль, завожусь, пристегиваюсь. Эдвард подходит к моей машине, я опускаю стекло пассажирского сидения и говорю:
- Эд… Я многое понял за все это время. Я изменился.
Эдвард задумчиво смотрит на меня в упор, я выдерживаю его взгляд, черты его лица смягчаются, и он тихо говорит:
- Будь аккуратен, Джей. Ты мне нужен живым… и не только мне…
- В смысле? – озадаченно уточняю я, пытаясь успокоить ускорившееся сердцебиение. Неужели он об Элис?..
Эдвард хлопает по крыше моей машины и разворачивается, уходя в сторону входа в подземную парковку:
- Я дам старт. Ждите меня.
Газ, сцепление, передача, я разворачиваюсь и еду вниз по Елисеям, спускаясь в сторону площади Согласия. Никакого опьянения, видимо, драка с Дереком и ночной воздух Парижа привели меня в чувство. И я думаю о том, что в случае проигрыша, я поеду в Нью-Йорк к отцу, я никогда больше не вернусь в Париж, с которым у меня связано столько противоречивых чувств, и тем более я не поеду в Лондон, и я думаю о том, что уехать их Парижа будет очень трудно, и о том, что у меня почти никаких шансов на победу, только если Дерек уже совсем никудышный водитель…и я знаю, что, к моему сожалению, это совсем не так, и Делано – неплохой гонщик, и меня внезапно так раздражает вся эта ситуация, и я думаю о том, какого черта Делано делал в Лидо, и почему он не мог поехать в другое место, и меня посещает мысль о том, чтобы забить сейчас на эту чертову гонку, позвонить Эду и спросить, в какой гостинице остановилась Элис, поехать к ней, все объяснить ей – она поймет, она простит… Мечты…
Я вдавливаю газ на последней прямой перед площадью Согласия, замечаю Maranello Дерека, резко ухожу вправо и притормаживаю рядом с ним. В четыре часа утра Елисеи относительно пустынны.
Спустя пару минут рядом перед нами паркуется Aston Martin Эдварда, тот выходит из машины, становится посередине пешеходного перехода, внимательно следит за светофором, вокруг нас – ни одной машины, мы оба становимся по разные стороны от Эдварда. Последние секунды перед стартом, я, не отрываясь, слежу за Эдвардом, я чувствую на себе насмешливый взгляд Дерека, но не поворачиваюсь. Мне не хочется отвлекаться. На долю секунды перевожу взгляд на свои руки на руле и замечаю, что костяшки пальцев побелели, пытаюсь расслабиться, но безуспешно… Меня накрывает волна агрессии, я закусываю губу, пытаясь успокоиться, ощущаю впрыск адреналина в кровь, как будто бы мне его вкололи, вдох-выдох, выдох-вдох…
Эд дает отмашку. Я перестаю воспринимать реальность. Газ в пол, выворачиваю вправо, набирая скорость, вылетаю на набережную, в колонках нарывается грязное гранжевое звучание гитары Кобейна, вышибая из меня последние связные мысли; для меня существует в данный момент только дорожное полотно, руль и педали. Где-то позади меня болтается Дерек, я шашечками пролетаю мимо редких машин, которые, наверное, охуевают от моих 140 в городе, – у них на автотрассе то 110-130 разрешено – наслаждаюсь чувством риска и опасности, продолжая, тем не менее, внимательно следить за дорогой. Французы – редкостные гады, любят посредине ровной прямой улицы поставить небольшой бордюрчик, типа отделить нормальные полосы от полосы для общественного транспорта или просто небольшой deviation, чтоб такие уроды, как мы с Дереком, особо не гоняли. Если на большой скорости неудачно влетишь колесом в этот долбанный бордюрчик, полетишь красивым кульбитом.
Внезапно Дерек ускоряется, догоняет меня, мы как раз влетаем одновременно в туннель в районе моста Александра Третьего, вокруг ни души, Дерек прижимает меня к обочине туннеля, я вдавливаю на газ, ускоряюсь, Maranello уходит в сторону, я подрезаю его, ухожу в левый ряд, Дерек занимает место в правом рядом, а потом я ощущаю сильный удар в правое крыло, машину начинает вести, а Дерек снова уходит в сторону, и снова приближается ко мне. Еще удар. Меня начинает нести влево, я выкручиваю руль в противоположную сторону, пытаясь выровнять машину, я отчаянно стараюсь не запаниковать, я на грани потери управления над машиной, мы уже выехали из туннеля, и меня выносит на встречную, к моему счастью, пустую.
- Сука!!! – отчаянно выдыхаю я, я не понимаю, зачем он это делает. Гонка гонкой, но я с трудом выравниваю машину, возвращаюсь на свою полосу, еду между двумя рядами чуть позади Дерека. – Ты мне весь бок испоганил, сволочь!!! – если мне удалось избежать паники в критический момент, сейчас мои нервы явно начинают сдавать.
Дерек повторяет свой фокус, я с трудом удерживаю машину, в последний момент избежав столкновения с бетонной разгородкой между двумя полосами при въезде в туннель Alma,и мое терпение лопается. Пропустив Дерека вперед на полкорпуса, я стараюсь держаться на уровне его заднего левого колеса, сбрасываю скорость. Есть контакт. Выворачиваю руль вправо, по моим расчетам его должно сейчас закрутить, и точно: Дереку не удается выровнять машину, прямо перед моим носом он начинает уходить влево, я же огибаю его и выжимаю газ, стрелка спидометра подлетает, и я вылетаю из туннеля. Все это занимает буквально одну-две секунды.
Я поднимаю глаза на зеркало заднего вида и зависаю от ужаса. Я успеваю увидеть, как Ferrari моего соперника со всей скоростью влетает в бетонный опорный столб туннеля, капот мгновенно сминается под чудовищной силой удара, угол столба входит в машину, как нож в масло, я угадываю скрежет мнущегося металла, лобовое стекло взрывается тысячью осколков, машину отбрасывает к противоположной стороне туннеля, в воздухе переворачивает на 180 градусов и она носом втыкается в бетонную стену. Я бью по тормозам, проезжаю еще около сотни метров по инерции, а когда она останавливается, выскакиваю из машины и бегу в сторону туннеля.
Я бегу по разделительной полосе, а в мозгу медленно созревает осознание произошедшего. Я все еще продолжаю надеяться, глупо, почти отчаянно, продолжаю надеяться на то, что увиденное только что не более чем плохой сон, и что они оба живы. Подбегаю к машине и застываю. Искореженный металл. Мотор почти вывернут на изнанку. Перед машины выглядит так, как выглядел бы листочек бумаги, смятый шаловливым ребенком. Снесено все, вплоть до крыши. Я со всех ног бросаюсь к машине надежде увидеть живых пассажиров, и отшатываюсь. Кровавое месиво. То, что было Дереком… Мари в покореженной Ferrari даже не разглядеть… Все залито кровью. Подкатывает тошнота, меня начинает бить крупная дрожь, я закрываю глаза, пытаясь осознать весь этот кошмар.
Мимо проезжает AM Эдварда и тормозит чуть дальше. Ко мне подлетает Эдвард, что-то кричит мне в ухо, подбегает к машине, снова возвращается ко мне, оттаскивает меня от машины, а я нахожусь в некой прострации, все мне кажется таким ирреальным, Эдвард отводит меня к нашим машинам, а в какой-то момент я вырываюсь и снова бегу, меня догоняет крик Эдварда:
- Джей, там бензобак поврежден, сейчас рванет!
И спустя секунду меня отбрасывает взрывной волной, я падаю на землю, хорошенько приложившись затылком к бордюру, и последнее, что я вижу перед собой, перед тем как потерять сознание - это широко распахнутые голубые глаза Марии, так изумительно сочетавшиеся с ее голубым платьем в тот первый вечер, когда мы только познакомились…
А потом темнота. Пустота. Я перестаю чувствовать себя. Я шестым чувством понимаю, что мое сознание угасает, я тщетно пытаюсь схватиться за последние искорки реальности, будто выныриваю на поверхность, пытаюсь открыть глаза, но темнота укутывает мягким одеялом, наваливается на меня пуховой прослойкой, и я понимаю, что моя игра закончилась. Преодолен последний круг моего личного ада. Я даже не представляю, что может быть еще хуже. Я убил двух людей. Я осознаю это…
Я сдаюсь. Я перестаю бороться с собой. Я отключаюсь. Простите меня… все…
прооооодаааааа.....
Посколуку я сама немного пишу и занимаюсь журналистикой, могу сказать что ето творение просто ФАНТАСТИКА!!!!!!!!!!!!!!!! 
Жду продолжения!!!!
