//twilightmovie.ucoz.com - сайт о вампирах. Дневники вампира; Настоящая кровь; Сага Сумерки - Форум

Несмотря на мое горячее желание оказаться быстрее дома, существовало несколько факторов не дающих сделать это сиюминутно. Первым фактором являлось то, что мы не брали с собой вещи. Конечно, надежда на то, что я останусь жива, при любом исходе битвы теплилась в моей душе, но твердой уверенности все же не было. Поэтому, в том виде, в котором я была сейчас, категорически нельзя было появляться на людях. Нам ведь предстоял как минимум перелет в самолете. Хоть и частным рейсом, но толпу суетящихся пассажиров в аэропорту никуда не денешь, и лишнее привлечение внимания нам было абсолютно не нужно. Следовательно, требовалось время на подготовку к отъезду и время на приведение себя в более или менее нормальный вид.
Вторым фактором являлось то, что мы хотели выехать всей семьей. Не по отдельности, как мы добирались сюда, а именно все сразу. Но нас задерживал Карлайл. Он не мог оставить своих подопечных в таком состоянии. Волки Джейкоба, хоть и излечивались очень быстро, но их желание быстрее попасть домой было настолько сильным, что они собирались уже с шинами на ногах и руках ехать в аэропорт. Этого допустить нельзя. И так как Карлайл имел весомый авторитет среди оборотней, они согласились немного подождать только в том случае, если мы их подождем.
У нас были сутки на сборы. За это время я хотела немного поохотиться перед вылетом, и по крайней мере искупаться в реке, чтобы смыть с себя мерзкий запах, оставшийся после битвы.
Конечно, Эдвард собрался идти со мной, в чем я никак не могла ему отказать. Я жутко хотела побыть с ним наедине и поговорить, потому что на другое, что-то более интересное, у меня попросту не хватало сил. Впервые, со времени моей инициации я чувствовала страшную усталость. Настолько сильную, что мне казалось, еще немного, и я усну. Парадокс…
Радость победы теперь ощущалась все сильнее, с каждой минутой. Конечно, смерть Джейн очень омрачала всеобщее веселье. Тем более мы знали, что окончательно покончили с этим зверьем. Насколько стало известно из надежных источников, этих тварей мы истребили полностью. Теперь можно было с уверенностью вздохнуть – вируса больше нет, ликанотропия сгорела в адском пламени вместе с телами ее носителей. Обитателям этих мест больше нечего было бояться. Кроме самих себя, конечно…
Но Ворон, как главный хранитель тайги торжественно поклялся, что не допустит никаких поползновений на его территорию, а значит, очень большая часть евразийского континента была надежно защищена.
Я пыталась найти взглядом Феликса. Он был очень молчалив. Волтари не трогали своего убитого горем брата. Даже, когда он незаметно исчез, они постарались не придавать этому большого значения. Только Эдвард и Соллер знали истинную причину его отсутствия.
Я же ее узнала много позже, когда мы с мужем отправились на охоту.
Дело в том, что Ворон указал нам направление в то место, где водится больше нужной нам живности, и путь проходил аккурат через поле битвы. Когда моя нога ступила на помятую и залитую бурой, запекшейся кровью, траву, я увидела его. Феликс стоял на коленях возле черного круга, где еще совсем недавно тлели последние угольки, и широко размахивал руками. Судя по грохоту, окружавшему его, стало понятно, что он высекает камень. Я сначала боялась подойти, но Эдвард тихо, совсем тихо, чтобы слышала только, я сказал:
- Он знает, что мы здесь. Он не против…
Я сделала еще пару шагов по направлению к Феликсу, и остановилась в тот момент, когда Волтари резко прекратил свое занятие и посмотрел на нас через плечо.
Раз Эдвард сказал, что никто не против, то я решилась подойти еще ближе.
В груди опять что-то очень болезненно сжалось…
Я автоматически приложила руку к губам, чтобы не заплакать вновь.
На огромном прямоугольном камне на иродианском языке, на языке древнейших вампиров, была высечена надпись. Я знала иродиан и хорошо видела иероглифы…
«Здесь покоится Джейн Волтари. Урожденная графиня Шрусбери.
Храбрая принцесса клана Волтари, защитившая ценой своей жизни род людской в битве с Ульфеднаром и его армией.
Вечный покой, любимая Джейн»
Мы стояли, не шевелясь, пока Феликс не закончил работу. Когда он встал, Эдвард взял его за руку и спокойно произнес:
- Ты должен знать. Мы успели полюбить эту девочку. Не так, как ты, но все же… Никто не держал на нее зла, даже за причиненные когда-то в прошлом обиды. Соллер просто не знает, как это сказать. Он бы со временем простил ее. Ты должен был знать это…
Феликс поднял глаза на нас. Он молча вглядывался в наши лица, и только, когда в мой только что успокоившийся разум начала закрадываться предательская паника, он тихо произнес:
- Для Джейн было очень важно, чтобы ее простили. Спасибо, Каллен. ты был бы хорошим другом…
- При других обстоятельствах?
- Да… Пока рано об этом говорить.
Феликс опять склонил голову. Но перед тем он это сделал, я увидела нечто, что повергло меня в шок. Слезы! Настоящие человеческие слезы. Они светились в его огромных черных от горя глазах…
Эдвард взял меня за руку и повел вглубь леса.
- Сейчас ему надо остаться наедине с собой и… с Джейн.

В огромном доме Ворона все уже были готовы к отходу.
В сумеречной темноте было видно, как волки готовились к трансформации, снимая с себя куртки. Они выходили первыми, потому что добираться до места назначения им придется медленнее обычного, так как, хоть их кости и срослись, а раны зажили, все равно Карлайл заставил их бережней относиться к себе и никуда особо не спешить.
Эллис и Джаспер ждали нас на улице, готовясь к финальному рывку через тайгу в сторону дома. Розали, Эммет и Ренесме стояли в гостиной дома, прощаясь с Вороном и Региной.
Мы тоже зашли в дом, чтобы сказать «до свидания». Ворон крепко обнял Эдварда и похлопал его по плечу:
- До встречи, друг. Я счастлив, что у меня есть такие друзья, как вы.
Регина нежно прижала меня к себе, совершенно не смущаясь, что я для нее может быть неприятен мой запах. Чего нельзя было сказать обо мне. Терпкость и мускусность из аромата разительно отличалась от волчьего, что не могло не радовать.
- Всегда рады вас видеть…
Красивый певучий голос произнес эти слова на ломанном английском, но как красиво это звучало.
Я улыбнулась прекрасной женщине в надежде на встречу. Мир очень маленький, желание было исполнимо.
Последние слова прощаний были произнесены, и мы отправились в путь.
К хижине старика Игоря подошли только те, кто оставлял здесь машины. Правда, Эллис уговорила меня взять ее к себе на мотоцикл. Умоляющие глаза, того гляди заплачет, милая улыбочка… Все!
- Садись, поехали.
Мой раздраженный тон нисколько не смущал мою любимую подругу, зато изрядно веселил остальных.
Несколько часов безумной гонки по пустынным трассам таежного края, и мы уже подъезжаем к аэропорту.
Переговоры насчет аренды частного самолета заняли всего час, так как Карлайл обладал просто чудесным даром убеждения. Все, вампиры и волки, а также целая колонна машин и мотоциклов легко уместились в самом большом самолете, который я когда-либо видела.
Этот летающий и страшно гудящий аппарат не был предназначен для перевозки пассажиров, поэтому часов восемь мы сидели и стояли кто где.
Хотя перелет прошел вполне удачно, редкие взгляды в сторону Волтари омрачали мой настрой. Феликс, не отрываясь, смотрел в иллюминатор, провожая взглядом последние очертания этой прекрасной, но такой холодной и загадочной страны.
В конце концов, мы приземлились в аэропорту пригорода Милана.
Пока наши мужчины выгоняли всю технику, я подошла к Маркусу Волтари. Я не могла объяснить этот порыв. Но скорее всего это было вызвано моей человеческой симпатией к этому вампиру.
Он заметил меня, когда я уже почти подошла к нему.
- Белла. – Он поднял брови, словно удивляясь тому, что я сделала.
- Маркус, я в свое время не успела поблагодарить тебя за помощь много лет назад. Но теперь я, как никогда понимаю, что все нужно делать вовремя…
- Меня не за что благодарить. – Он прервал меня на полу слове решительным взмахом руки. – Это тебя должны благодарить все мы, Волтари. Такой любви и преданности не видел никто из нас, со времен начала цивилизации. Джейн очень хотела стать такой, как ты. Конечно, прекрасней тебя, Белла, уже никого не будет, но ты лучший пример для подражания.
Если бы я была человеком, то покраснела бы в два счета. Смущение сменилось любопытством:
- Это правда, что вы хотите стать «вегетарианцем»?
- Мысль появлялась. Тебя это очень волнует? – Меня реально поражала его манера так по-дружески со мной держаться, словно мы знакомы сто лет.
- Было бы приятно видеть тебя с нами…
Я опустила голову, не выдерживая его пристального взгляда. Маркус немного прищурился, словно что-то обдумывая, а потом сказал:
- Белла, рано или поздно мы, Волтари, к этому все равно придем. Пусть не через десять, так через сто лет. – Он увидел, что я совершенно не понимала, к чему он ведет. Поэтому поспешил продолжить. – Понимаешь, твоя дочь родила естественным путем двух прекрасных девочек, которые когда-нибудь сделают тоже самое. С каждым новым пополнением в семье ваша всеобщая всепоглощающая любовь возрастает в разы. Ваш дом, вся окружающая атмосфера настолько пропитаны этим волшебным чувством, что ее можно потрогать, даже почувствовать ее сладкий жасминовый запах. Неужели ты думаешь, что никто кроме вас не желает жить также! Я живу полторы тысячи лет и еще не знал такой любви! Да, скорее всего я присоединюсь к вам. Но не сейчас, а немного позже. Я не оставлю Аро с Кайусом одних. Потому что боюсь допустить возможное не совсем адекватное развитие событий после смерти Джейн. Феликс будет на моей стороне, но за остальных я не ручаюсь. Время все расставит на свои места, правда?
Я смотрела на него широко раскрытыми глазами, понимая, что только что обрела настоящего друга в лице одного из представителей могущественного клана Волтари.
Эдвард тихо подошел к нам сзади и положил свою руку мне на плечо.
- Пора отправляться, дорогая. Спасибо, Маркус. – Они пожали друг другу руки.
Эдвард знал, о чем думал Волтари.
А Маркус понимал, что Эдвард в курсе того, как он безгранично рад нашей зародившейся дружбе.

Важные и очень верные слова... знак уважения...

Красота!

Классно! Любовь - "вирус со сладким жасминовым запахом"!

Как всегда Элис невозможно отказать

Добавлено (31.01.2009, 17:18)
---------------------------------------------
глава 15: Дом, милый дом…

Вот уж над чем время точно не подвластно, это над моим любимым городом.
Форкс…
Все тот же дождь, туман, промозглая сумеречная мгла. Но как мне все здесь дорого!
На подъезде к Форксу я отметила разительное отличие между американской и русской погодой. Одинаковый по силе интенсивности дождь, окрашивал окружающую природу в разные цвета. Мой лицевой платок, натянутый на голову глубже обычного из-за осадков, промок настолько, что мои густые волосы набухли и топорщились во все стороны. Скорость, с которой мы пересекали город, впечатляла только редких прохожих. Я же давила кнопку газа только для того, чтобы быстрее добраться домой.
Там нас уже все ждали, собравшись в гостиной и отсчитывая секунды до нашего триумфального появления.
Особенно нервничал Джейк. Он то и дело пытался обогнать колонну, но Ренесме, шутя, ловко обставляла его на поворотах. Ей, как это ни странно, дождь совершенно не мешал.
Эллис продолжала передвигаться вместе со мной, иногда, в каком-то известном только ее внезапном порыве, крепко прижимаясь ко мне и кладя голову на плечо. Моя любимая сестричка проявляла столько радостной нежности, что мне хотелось плакать от счастья.
С каждой милей воспоминания о прошедших днях немного притуплялись, только редко напоминая о печальном моменте. Когда-то Эдвард сказал, что вампиры умеют отвлекаться, я не поверила ему тогда. Но сейчас, я сполна в этом убедилась. Радость от предстоящей встречи с близкими друзьями переполняла мое сердце, заставляя забывать о горестях, постигших нас в Сибири.

Уже при въезде во двор я обратила внимание, что во всех окнах нашего большого дома ярко горит свет.
На террасу вышли Леа и Арториус. На руках у них уютно расположились наши крошки, Софи и Рози. За то время, пока нас не было, они заметно подросли.
Ренесме быстро соскочила со своего байка и рванула к дочерям, которые уже рьяно тянули свои маленькие ручки в ее сторону. Эдмон оказался рядом с женой почти одновременно, схватив на руки Рози, свою любимицу. Они целовались, обнимались и хихикали, представляя такую прекрасную картину, что мне расхотелось идти в дом, только бы посмотреть на них подольше. Я не успела даже подумать толком об этом, как девочки хором закричали:
- Белла!! Эд!!
Эдвард расплылся в такой очаровательной улыбке, что все присутствующие разом засмеялись.

Леа долго стояла и смотрела на своего мужа, который только что живым и не вредимым вернулся с войны. Джейк не мог сдвинуться с места, внимательно заглядывая ей в глаза, ожидая взрыва эмоций. Но его не последовало. Леа продолжала стоять, потому что шок и счастье, смешавшись вместе, не давали сдвинуться ей с места. Напряжение росло с каждой долей секунды. Вся наша семья даже не задумывалась о том, что кого-то может смутить тот факт, что они вот так стоят и смотрят на супругов Блек. Джейкоб не выдержал первым. Он, в отчаянном порыве, сделал три огромных прыжка и подхватил свою жену на руки, закружив ее под сплошной пеленой дождя, разбрасывая брызги на несколько метров и весело хохоча. Его смеху вторил бархатистый голос Леи, сочетаясь в прекрасном дуэте звуков, что захватывало дух. Даже Исабель, не побоявшись дождя, выскочила к нам на улицу и закружилась в веселом танце вокруг родителей, хватая за руку смеющегося Сета.
Что могло быть прекрасней: две семьи – вампиры и оборотни, радуются победе, встретившись со своими родными.
Чувство облегчения наполняло меня с новой силой, когда я понимала, что мы отвоевали свою свободу, право быть счастливыми. Значит, нам хватило сил, заплатить за двадцать лет покоя и тишины.

- Белла?
Голос Эдварда раздался в ночной тишине, когда мы лежали в нашей огромной кровати после бурно проведенной ночи.
Неужели он думал, что я сплю?
- Да, Эдвард?
- Ты счастлива?
- А ты как думаешь?
- Ты не изменяешь своей дурацкой привычке отвечать вопросом на вопрос. Мало того, что я думаю, меня интересует, счастлива ли ты?
- Нет… - Я почувствовала всем телом, как напрягся муж. – Я абсолютно совершенно невообразимо счастлива!
- Ты неисправима!
Смех Эдварда веселыми искрами отражался от стеклянных стен, охватывая мой разум и тело. Было что-то неуловимое в этом ощущении, словно кто-то впустил меня в комнату, полную рождественских подарков, а мне на самом деле всего семь лет и я ждала этого момента очень долго. Я смеялась вместе с ним, пока мы кувыркались в постели, сминая шелковые простыни, и упали на пол. От грохота, который мы создали, содрогнулся не только весь дом, но и окружающий сад.
- Ну, что, родная, продолжим?
- Что?
- То, что мы недавно благополучно закончили! – Он поцеловал меня так, как умеет целовать только горячо любимый муж.
Разве я могла противиться желаниям Эдварда Каллена?

Добавлено (31.01.2009, 17:19)
---------------------------------------------
[/i] Эпилог. Спустя шесть месяцев.
Ренесме и Эдмон собирались уезжать с девочками во Францию, где их ждало прекрасное поместье в провинции Лангедок.
Соллер и Арториус решили заняться исследованиями в области генетики, а Европа для этих целей очень подходила своей предрасположенностью ко всему новому.
Ренесме очень хотела, чтобы Софи и Розали насладились теплым курортным солнцем, поэтому ни капли не сопротивлялась решению мужа.
Я обратила внимание на то, что Соллер никогда не выпускал жену и детей из поля своего зрения. Он берег каждую секундочку их совместной вечности, чтобы никогда не пришлось пожалеть об обратном. Эдмон не допускал даже такой мысли, что когда-нибудь ему придется столкнуться с чем-то подобным. Даже он, великий Черный Странник, имел большие слабости и не скрывал их. Это и повлияло на его решение опередить время на несколько шагов вперед, изучая возможности человечества, чтобы уметь в дальнейшем прогнозировать повороты истории.
Эллис и Джаспер опять уехали в Англию. У них там были любимые занятия, которые пришлось прервать на неопределенное время. Пока мы жили в Форксе, Эллис старалась успевать работать по глобальной сети, но считала такой способ весьма затруднительным, из-за невозможности принимать во всем личное участие.
Розали и Эммет уехали в Монреаль, пожить немного в нашем большом доме.
Карлайл и Эсме вернулись на остров Эсме, где жили до этого.
Было очень жалко расставаться, но так распоряжалась наша судьба. Все мы готовились к тому, чтобы опять когда-нибудь вернуться в Форкс и начать жизнь заново. С чистого листа.
Опять пойти в школу под видом семнадцатилетних учащихся, держаться от всех на расстоянии и свято хранить свою тайну. Потом прийти к чему-то совершенно новому и получить очередную дозу приключений, без которых я уже не видела смысла нашей с Эдвардом вечности.

Единственное, чего я не могла допустить, уезжая на долгий срок в шотландский Инвернес, это покинуть Америку, не попрощавшись с самым родным и любимым человеком моей жизни…
Светлый дом в сумеречном свете холодного весеннего вечера, казался еще более родным, чем раньше. Каждый шаг, приближающий меня к террасе, отдавался легкими толчками в моем мертвом сердце. Я начинала жить по-другому рядом с этим местом. Повернув голову, я посмотрела на моего мужа, который крепко сжимал мою холодную руку.
Сделав еще несколько медленных, но решительных шагов, я постучалась в дверь. Пытаясь найти ответы на терзающие меня вопросы, я подняла брови, глядя на Эдварда. Но тот лишь слегка кивнул, предоставляя мне право сделать то, без чего я просто не могла уехать.
Постучав в дверь три раза, как раньше это делал Эдвард, приходя ко мне в гости, я замерла.
Через несколько долгих минут дверь медленно открылась, и оттуда показалось морщинистое усталое лицо моего дорогого отца. Чарли…
- Белла?.. Эдвард?.. Белла!
Я быстро шагнула в дом и, во внезапном порыве крепко обняла отца, совершенно забыв, что мои объятия для него слишком сильны. Но он не издал ни звука, продолжая улыбаться нам своей доброй и такой счастливой улыбкой.
- Папа, мы пришли попрощаться… - Я еле сдерживала себя, чтобы не разрыдаться, как человеческая девчонка. Эдвард уже отпустил мою руку и положил свою мне на плечо.
- Доченька, Эдвард! Как я рад, что вы зашли! – Чарли, в отличие от меня не особо сдерживался. Видимо давала о себе знать старческая сентиментальность, чего раньше за ним не замечалось. В его черных, таких же ясных , как и много лет назад глазах, блестели слезы. Он искренне радовался нашему приходу.
- Чарли, - заговорил вместо меня, понимая мое состояние, Эдвард, - мы уезжаем. В Шотландию. Мы уже давно купили там дом и ждали подходящего момента. Когда вернемся, мы не знаем, но в любом случае, мы уже врядли… увидимся.
На последних словах мне стало очень больно в груди. Моя душа опять разрывалась от рвущихся наружу рыданий. Как же тяжело осознавать то, что скоро, всего через несколько лет, моего папы может уже не быть в живых.
Последней надеждой могло стать то, о чем я хотела просить отца.
- Папа, я хочу предложить тебе уйти снами. Здесь ты просто умрешь в одиночестве… - Я запнулась. Огромный комок в горле не давал не то, чтобы говорить, он не давал даже дышать, что в этой ситуации мне было просто необходимо. – А если уйдешь с нами, тебя ждет вечность. С трудностями, на все же…
Эдвард опять легонько сжал мое плечо, для поддержки духа.
Я тихо заглядывала в черные глаза своего отца, надеясь, что он не оттолкнет мое предложение.
Подумав всего пару минут, Чарли вскинул голову и пристально посмотрел мне в глаза.
- И что же ты можешь мне предложить, быть таким, как вы? Посмотри на меня! Я старый, дряхлый, больной человек! Чем ты мне можешь помочь?
Отец говорил тихо, но казалось, будто он кричал на весь дом, его голос, такой мелодичный, с легкой хрипотцой, четко отражался от стен в акустическом ударе.
За меня ответил Эдвард, таким же спокойным тоном, каким он всегда говорил с моим отцом:
- Чарли, вас никто не заставляет. Просто нам действительно вас не хватает. Вы будете нашим общим дедушкой. Я бы не просил вас об этом, если бы Белла не предложила. Ей больно осознавать то, что вас когда-нибудь может не стать. А это ведь реально, не правда ли?
Папа молча смотрел сначала на меня, потом на Эдварда, не зная, что сказать. Потом, спустя какое-то время он хрипло спросил:
- Что мне для этого нужно сделать?
- Ты уже решил?! – В моей душе зародилась надежда.
- Я еще ничего не решил… - Отец почесал лоб. – Но я должен подумать.
Чарли хмурился, понимая, что это нелегкий выбор.
Я сделала шаг ему на встречу и взяла его теплые руки в свои:
- Папа, тебя никто не принуждает. Завтра мы уезжаем. Больше, в ближайшие лет пятьдесят мы сюда не вернемся. Слишком большой риск, понимаешь? Утром я буду ждать тебя, если ты решишься. Если же нет… - Я знала, что сказать, но не решалась. – Если нет, прощай, папа. Я всегда любила тебе… очень сильно. Просто, помни это, пожалуйста.
Я обняла его еще раз, понимая, что, возможно, это происходит последний раз.
Когда я отошла, мое место занял Эдвард. Отец же сказал то, чего я от него никак не ожидала, зная его сдержанность:
- Спасибо тебе, сынок. Ты лучшее, что я мог бы желать дочери.
Опять слезы в черных глазах… Опять у меня сжимается сердце… Опять боль…

Последний рассвет в Фоксе мы встречали с Эдвардом, стоя на большом черном утесе. Вид на залив был потрясающий, отсюда открывался нашему взору весь полуостров Олимпия.
Мы молчали, понимая, что говорить пока не о чем. Я пыталась узнать у Эдварда, о чем думал отец, когда я задала свой вопрос о вечности. Но муж ничего не говорил, ссылаясь на то, что он и раньше плохо слышал Чарли.
Я крепко держала Каллена за руку, пытаясь сохранить последние капли самообладания.
Столь редкое в этих краях солнце поднималось над горизонтом, оповещая природу о начале нового дня. Это был знак того, что нам надо уходить. Когда свет станет ярче, мы должны быть уже в аэропорту Такомы. У нас осталось часа три, не больше.
Я боялась спешить. Боялась прийти и не увидеть Чарли дома, понять, что он не пойдет с нами.
Последние шаги дались мне особенно тяжело. Только по улыбке Эдварда я поняла – надежды оправдались…
Он стоял возле террасы в ожидании. У ног Чарли лежала большая дорожная сумка.
- Ну, что, дети! Что я должен делать?
Такого энтузиазма я никогда не наблюдала за отцом, даже в мою человеческую бытность. Но сейчас мое сердце готово было выпрыгнуть из груди от радости.
Эдвард подошел к отцу и просто сказал:
- Пока ничего. Все, что от вас требуется, это сесть с нами на самолет и улететь в Инвернес.
- Заметано!
Я в шоке… Но счастливая!

Самолет тихо переносил нас из одной жизни в другую.
Я понимала, что теперь наша семья станет полноценной. У нас будет дедушка, которого все будут любить. Чарли…
Оставалось сделать только шаг в будущее. Наше общее, красивое, настоящее будущее…

[i]