Дата: Четверг, 03.06.2010, 19:58 | Сообщение # 512
Осведомленный
Группа: Проверенные
Сообщений: 63
Медали:
Статус: Offline
Quote (rossomaha)
потому что пустилась в описания секса с Беллой и Элис. ни у каждого поклонника нервы выдержат такое отклонение от канона читать Quote (elll)
оы да шась понила, нууу честно говоря я и сама не знала с начала что же сказать но потом вернулась дар речи и решила и к тому же я девочка слишком скромная для токого глава
Quote (rossomaha)
нет, ну а что? симпатичный мужчин. с усами, опять же
ну хватит уже не могууу ! ну чарли да ? я однажды нашла такои fик об его отношении с беллой, что мне уже страшно слыщать даже его имя
Quote (rossomaha)
официально заявляю - она еще не написана)))) но как только - так сразу. у меня это - кризис творческий
ладно, я понимаю тебя, бывает же , но я буду часто напоминать
Дата: Вторник, 08.06.2010, 17:47 | Сообщение # 523
Сумах Ядовитый
Группа: Проверенные
Сообщений: 949
Медали:
Статус: Offline
в общем...предполагалось, что это будет кульминация. Но, видимо, детство проведенное за просмотром "Беверли Хиллс 90210" и "Мелроуз плейс" сказывается. Перечитав всю главу раз десять, я поняла, что ей не поможет уже никакая редакция, и вот...
Послушать саундтрек к девятнадцатой главе здесь. Полный текст и перевод здесь.
Глава 19. Try to breathe
Quietly Explodes your love Your insecurity is so soft to me I can’t let you breathe in We are falling into us I see you dying in my eyes. (оригинал Guano Apes – Quietly)
Спокойно Взрывается твоя любовь.... Твоя незащищенность – такое счастье для меня... Я не даю тебе сделать вдох.... Мы падаем в наш мир, И я вижу, как ты умираешь в моих глазах... (перевод)
- Белла, ты можешь объяснить мне, what the hell is going on? Я внимательно посмотрела на Эдварда, и поняла, что этого вопроса раздающегося именно из его уст, последнюю неделю я боялась больше всего. Наверное, поэтому отказывалась ночевать у Элис, и передвигалась по ее…их с братом квартире мелкими перебежками, если все же заходила, опасаясь встречи с другой парой раскосых глаз, казавшихся черными от того, что радужная оболочка практически утонула в черноте расширенных зрачков. - Ничего, - я пожала плечами, и стряхнула столбик пепла в раковину, стараясь сдержать дрожь в руках. – Ты о чем? Эдвард внимательно смотрел на меня, изредка моргая. - Элис тебя трахает? – напрямую спросил он, и его глаза впились в мое лицо, словно зубы хищного животного. Так недолго остаться изуродованной. - Элис меня трахает, - разозлившись, ответила я. – А тебе что, завидно? – я себя не оправдываю. Я сознательно сказала это, стараясь задеть сильнее. Где-то глубоко во мне сидело странно чувство – обиды и задетой женской гордости. Я ему соврала, когда пообещала, что все будет нормально. Я не знала, что обманываю, хотя это меня, безусловно, не извиняет. Незнание не спасает от ответственности. - Белла, но я думал… - я еще не видела Эдварда таким растерянным, хотя…what the fuck! - я не так давно и хорошо его знаю. - Каллен, я тоже думала. Я не знала, не хотела знать, хотя должна была, что все так закончится. Я не знаю – хорошо это или плохо, но все вышло так, как вышло. - Я думал… Я тебя спрашивал – ты помнишь? – я спрашивал, любишь ли ты меня? Я бы не вернулся к ней, если бы ты ответила «Да»! Кажется ли мне, или я слышу отчаяние в его словах? Я не люблю отчаявшихся людей, потому что испытываю к ним жалость. - Твои слова отдают дешевой мелодрамой. - Белла… - Окей, я тебя не так поняла, ты меня не так понял. Мы не созданы друг для друга. - Ты жестокая. - Жесткая, - поправила я. Он подошел ближе, взял мою руку, сжав запястье, отяжеленное несколькими браслетами. - Больно. Пусти, - легкое чувство deja vu. Он секунду смотрел вниз, изучая пол под нашими ногами, а потом, легонько проведя большим пальцем по моей коже, отпустил. - Доброе утро! – звенящий, почти до визга голос возвестил о приходе еще одного человека. - Таня, - улыбаясь, поприветствовал ее Эдвард, и приблизился к высокой, очень стройной, красивой блондинке с волосами, уложенными во французскую косу. Я впервые видела ее так близко и была рада возможности рассмотреть ее получше. Она также с любопытством оглядывала меня серыми, какими-то почти прозрачными глазами. Каллен подошел к ней, и поцеловал в висок, над которым вилась пара непослушных прядей. - Таня, это Белла. Белла – Таня. - Приятно, - кисло пробормотала я. На первый взгляд Таня оказалась невероятно милой. Nice. Она ласково, но немного смущенно улыбалась мне, от неловкости не зная куда деть тонкие, изящные руки. В детстве я хотела быть такой – всегда чистые руки, лицо и одежда, плавная, неторопливая речь, светлые пряди легких волос, прямой нос и лучистый взгляд. Мне нравились такие девочки, как Таня. Только девушку Эдварда я представляла совсем другой. От моей привычной, колючей язвительности не осталось и следа. - Мне тоже. Элис и Эдвард много говорили о тебе. Ты их, кажется, покорила, - мягко проговорила она, хлопая длинными пушистыми ресницами – они были довольно светлыми, и было ясно, что вся их «пушистость» вовсе не от макияжа. И тут мне стало стыдно. Я спала с ее возлюбленным. Она смотрит на Эдварда так, словно он слепит ее, будто солнце, а я спала с ним. Я тварь. Я заведомо кого-то обвиняла в невероятном сучизме, в подлости, убеждала себя, что заслуживаю чего-то в этой жизни. От отвращения к самой себе меня вдруг затошнило, и я выбежала из кухни, рванув в ванную. Рвотные порывы едва удалось сдержать, и я, склоняясь над раковиной, долго пыталась отдышаться. Судя по всему, я провела в ванной времени, больше, чем положено, потому что в дверь раздался деликатный стук, и я услышала голос: - Белла, ты в порядке? - Да, спасибо, - выдавила я, и, плеснув в лицо холодной воды, вышла. - Я рада, - Таня выдала очередную лучезарную улыбку. Эту девушку не получается ненавидеть. Зато себя – запросто. Очень захотелось дать Эдварду один совет. Что-то вроде: «Каллен, не трать время на всяких bitches. Цени то, что у тебя есть. Таня стоит тысячи таких, как я». Видимо, на меня напал внезапный приступ альтруизма. Пока я обдумывала этот бред, в коридоре появилась Элис. - Привет, - сказала я, бросившись к ней, как к спасательному кругу, и сразу же поцеловала темные губы, легонько пощекотав их языком. Она улыбнулась, заглядывая мне в лицо, и беззвучно спросила: - Как ты? – намекая на встречу с пассией Эдварда. Я кивнула, показывая, что все просто отлично. Элис крепко взяла меня за руку, переплетая наши пальцы, и произнесла: - Таня, доброе утро! - Здравствуй, Элис! Ребята, давайте пойдем завтракать в кофейню. Ту, что напротив вашего дома. Мне ужасно, просто ужасно, хочется круассанов, - предложила Таня, умоляюще заламывая руки, и глядя на подошедшего Каллена. Эдвард, потирающий пальцами кончик носа, милостиво согласился. Мне отвертеться не удалось, и пришлось с ними позавтракать, даже пообедать, и вырваться удалось только к вечеру. Элис отвезла меня на работу. Весь день моя вырвавшаяся на свободу совесть занималась Белло-унижением и Белло-уничтожением (моральным), и великолепно в этом преуспела, о чем я не преминула сознаться мисс Каллен. - Свон, ты… не права. У всех есть право на попытку. У моего брата, и у тебя. Ты не передумаешь? Может, еще не поздно вернуться к Эдварду? – она шутила, судя по тону, но мне стало не по себе. Я помотала головой и вышла, хлопнув дверцей. Размолвка оказалась не долгой. Следующим утром, когда я вышла на улицу после работы, порше уже красовался на стоянке, а сама Элис восседала на капоте. - Привет, - пробормотала я, широко улыбаясь. Она чуть заметно кивнула, и, спрыгнув на асфальт, подошла ко мне ближе. За темными стеклами очков мне было никак не разглядеть выражения ее глаз, но она улыбалась. Прошло еще несколько дней, за которые я совершенно lost my mind & crazy about her. …Подняв с земли тонкий, с чуть загнутыми внутрь краями кленовый лист, я несколько секунд с удивлением его рассматривала. Зеленая середина уже получила ярко-желтую рамочку. На моем календаре только конец августа, а осень уже дает о себе знать. Пока солнце еще греет, да и на небе не видно привычных серых туч, но трава уже не такая изумрудная, а по вечерам становится все холоднее. Камни ступеней на папином крыльце не успевают нагреться, и сидеть на них довольно холодно, но я не могла упустить такой возможности – курить, разглядывая пальцы ног, и думать об Элис Каллен. О милой Элис. Каждая ночь за последние недели, почти каждая. Иногда день. Когда приходилось пересиливать себя и топать на работу, отвратительно отнимавшую мое свободное время. Вчера… Мой язык скользит в ложбинке между ее грудями, пока ладони сжимают ровные полушария с остроконечными вершинами коричневатых сосков. Я покрываю поцелуями каждый сантиметр плоского смуглого живота, спускаясь все ниже… Плеер тихонько мурлыкал неспешную мелодию в стиле соул, а я, откинув голову назад, посмотрела в голубую даль неба и улыбнулась себе под нос, негромко подпевая хриплому голосу чернокожего певца. Рев мотора маленькой желтенькой машинки я услышала даже сквозь наушники, и, продолжая улыбаться, посмотрела на дорогу. Элис припарковала порше на дороге, не въезжая во двор, и вышла из салона, хмуро глядя на меня. Сердце пропустило пару ударов, глухо стукнуло, и лихорадочно заколотилось о ребра, словно предчувствуя что-то. Легко ступая ногами в плетеных босоножках без каблука, девушка взбежала по ступенькам, и остановилась рядом, жестом показывая выключить музыку. Отсутствие улыбки на дорогом лице мозг машинально отметил, как еще один тревожный симптом. Мне стало не по себе от холодного взгляда потемневших от ярости глаз и сведенных к переносице тонких темных бровей. - Я не ждала тебя так рано, - пролепетала я, глядя на нее снизу вверх и щурясь от ярких лучей, так как Элис стояла против солнца. - Нужно поговорить, - коротко бросила она. – Войдем в дом? Отрывистость неласковых фраз царапнула острым гвоздем. - Что-то случилось? – я взялась за нагретую солнцем ручку входной двери, и первой вошла в темноту холла. Каллен молча обогнула меня и по-хозяйски нахально ринулась в кухню Чарли. Я почему-то решила, что это хороший знак. Глупость вообще мне свойственна в последнее время. - Белла, - она прислонилась к разделочному столу, и положила руки в карманы широких светлых штанов, – скажи мне, - она прикусила губу, – Ты знала? - О чем? – я почувствовала, как страх погружает мои внутренности в ледяную воду. В голове лихорадочно крутились подленькие мыслишки, пытаясь определить, что именно я могла знать, чтобы заслужить такой взгляд. Единственно верный ответ, я вспомнила за долю секунды до того, как она уточнила: - О том, Эммет и Розали встречались? - Знала, - призналась я, нервно сглотнув. - Почему не сказала? – произнесла Элис устало, сжимая и разжимая в карманах кулаки. - Не знаю. Это было… неважно. - Для меня важно, - ее голос вовсе не был враждебным, скорее разочарованным, утомленным. – Для меня было важно. - Кто тебе рассказал? - Эммет. Кричал, что дружба важнее, чем «блондинистая сучка» и бил себя в грудь здоровенным кулаком. Синяки наверняка останутся, но выходило у него довольно неубедительно, надо сказать, - она вытерла нос кулаком, и снова спрятала руку в карман. - Думаю, она его бросила. А то он бы не прибежал, - добавила она. – Целое лето фальши. Он, кстати, и поделился со мной тем, что ты знала. Я цитирую: «Твоя ненаглядная Белла все знала». Я не поверила. Ты же всегда убеждала меня, что я тебе дорога, - она усмехнулась. - Прощения просить? – ненавижу, когда мой голос звучит так. Жалко. - Не поможет, Белла. Тебе не поможет, - она подошла ближе. – You suck. Облажалась по полной, - грубо закончила Элис, глядя в мое лицо пустым взглядом. Кажется, мы перешли к стадии взаимных обвинений. Я уже слышала это. Когда-то Элис орала подобный, не точно такой же, но похожий текст в адрес Розали. Помнится, я тогда сидела на полу, и пыталась справиться с кружащейся комнатой. - Я не позволю тебе так с собой поступить! – с неожиданным бешенством для самой себя выкрикнула я. Я уже устала от штучек этой семейки. – Я не хочу, чтобы ты отмахивалась от меня, словно от мерзкого насекомого! Я не одна из твоих девушек, которым ты варишь кофе на прощание, выпихивая из своей постели ранним утром. - Ты не одна из моих девушек, - повторила она рефреном. – Я тебя не звала. Ты сама навязалась. Ты превратила моего брата в еще более слабое существо, чем он был, когда мы сюда приехали. Список твоих подвигов довольно длинный. - Навязалась? – от изумления мои глаза распахнулись. – Зачем ты вела себя со мной так, словно я для тебя что-то значу? - Ты значишь. Очень много значишь. Если бы не значила, я бы не посчитала это предательством. Она еще долго что-то говорила, уничтожающе глядя на меня, и я ощущала, как чувство вины накрывает меня с головой. Всегда и во всем виновата только Белла Свон. По-порядку. Спит с чужими мужчинами. Навязывается малознакомым женщинам. Предает. Постоянно пьет. Сводит с ума чьих-то братьев. - Оставь свои штучки для смазливых дур. Это все не ко мне! - Я ухожу! – она стремительно метнулась к двери, громко стукнув ей о дверной косяк. Я отрешенно подумала о том, почему Чарли не вышел на весь этот шум. Старательно переставляя ноги, прилагая неимоверные усилия, чтобы не кинутся за ней следом, я поднялась по лестнице в свою комнату, растирая слезы по лицу кулаком. Вскоре рыдания перешли в икоту, дыхания катастрофически не хватало, но вдохнуть хоть немного кислорода не получалось. Я сползла на пол и прижалась щекой к холодному покрытию – слезы текли из глаз, каплями скатываясь со щек и кончика носа, а я беззвучно хватала ртом воздух, стискивая грудь руками. В целом я, вероятно, выглядела, как дура из мыльной оперы, да и сам скандал напоминал сцену из дешевого телешоу. - Беллз, тебе что, плохо? – Чарли, тихо сидевший в своей комнате все это время, вдруг соизволил заявиться ко мне и поинтересоваться, не умерла ли я тут, пока он не доглядел. - Угу, - выдавила я, продолжая заходиться в истерических рыданиях. - Выпей воды, - он поднес к моим губам стакан, и я отпила глоток, стуча зубами о край. – Спасибо, - прерывисто вздыхая, сказала я. - Что тут было? - Небольшой скандал. - Конкретнее. - Не твое дело, - я прислонилась к кровати спиной, и устроилась на полу поудобнее. – Извини. Не хочу травмировать твою психику, Чарли. В нашей семье хватит одной психопатки. - Господи, Белла, я ведь твой отец. - Это хорошо, папа, что ты помнишь.
Перечитав всю главу раз десять, я поняла, что ей не поможет уже никакая редакция, и вот... 
И как же теперь Белка?! С кем она будет! Проду плиз!
