*Ровно семь лет назад маленькая девочка с длинными блестящими каштановыми волосами, закрученными на самых кончиках, переливающимися в редких солнечных лучиках чуть красноватым оттенком, что уже тогда придавало ее виду игривость, дерзость и стервозность – Изабелла, во всей своей «наивной» детской красе, шла по улицам великолепного Сиэтла со своей матерью, города, уже тогда занесенного изумрудным снегом, красота которого отчасти сохранилась и до сих пор ценилась.
Рене, без умолку тараторила со своей подругой Оливией по телефону, ныне Миссис Брэндон, и совсем не обращала внимания на своего « драгоценного» ребенка - некое подобие дьяволенка в чертовски ангельской упаковке, положившись на охрану, мельтешившую неподалеку. Они направлялись на довольно-таки знаменательное событие - открытие «Hiver Yard» - нового ресторана в самом центре города. По слухам, а их и в те времена было множество, как и сейчас, это место в скором времени должно стать чуть ли не одним из самых красивых в Северной Америке. Ничего удивительного. Форкс и Сиэтл всегда были самыми красивыми, самыми роскошными, а значит доступными не для всех смертных городами. Тут уж наши «семейки» постарались на славу, все аплодисменты им.
Итак, маленькая Изабелла, хотя Рене тогда предпочитала называть ее на французский манер Мари, брела в стороне от остальных, чувствуя у себя за спиной назойливый взгляд незнакомых ей ранее мужчин, черт возьми, будто личное сопровождение, они менялись постоянно, потому что Рене вечно что-то не нравилось: ее не устраивало все, вплоть до имени дизайнера, сотворившего костюм телохранителя. Согласитесь, какой позор, если рядом с тобой засветится «личность» одетая не в «Roberto Cavalli»!
Бедная-бедная Миссис Свон, сколько же нервов было потрачено на выбор персонала, посочувствуем ей, тяжко пришлось дорогуше.
Так, а что же насчет нашего «ангелочка»? Боже, дети – цветы жизни, Роззи, не в обиду тебе, итак, если рассматривать нашу «шоколадную» кроху, неужели Вы думаете, что ее тогда еще можно было отнести к числу детей? Ребенок, как правило, это безобидный легкомысленный человечек без проблем и без забот.
Мало похоже на девушку, пусть пока и девочку, носящую фамилию Свон, не так ли?
Уже тогда Белла видела перед собой только цели, разбивая их на доступные и пока еще нет.
Все мы с вами в детстве играли в куклы «Барби»… Беллз тоже играла в них, только, так скажем, в воодушевленных.
Уже тогда она вкусила всю сладость побед в пари, разделяя ее со своей тогдашней «напарницей» по делам насущным Элис Брэндон. Скажем так, девчонки уже в те времена по своему сексуальному развитию отставали от юной Мисс Хейл – та давненько игралась совсем не в детские игры со своим братишкой по разуму.
Дети и секс – представляете? Да уж, а теперь дружненько порадуйтесь, что Вам посчастливилось вырасти вдали от всего этого кошмара. «Сливки общества», но кто сказал, что в начинке нас дружелюбно поприветствует сахар?
Нет, милые, тут любят поострее, соли не хотите?
Так кто же обратит, во всем этом поглощающем хаосе, внимание на такое обыденное и неинтересное явление, как обыкновенный снег? Кому вообще это надо? Все это такие несущественные мелочи! Чепуха для романтиков, а значит идиотов! И все это мысли ребенка. Задумайтесь, какой абсурд!
А то, что наша кроха потом, уже после полутора часовой вечеринки в ресторане по случайности, а вернее благодаря своей неуклюжести попала под машину – это тоже пустяк? Возможно. Тогда ее мать думала лишь об одном: как бы фотографам удалось запечатлеть этот момент в лучших из всевозможных ракурсов. А как же – лишняя шумиха вокруг тебя никогда не помешает. Это сейчас, они стараются держаться подальше от скандальных заголовков газет, но тогда было другое время.
Испытала ли Рене Свон страх за свою дочь? Понятия не имею. Скорее да, чем нет, но лишь за ее личико и конечности, ведь идеальные, как-никак!
Но кто-нибудь задумался о чувствах самой Беллы? О, да, знаете, психологи, наверное, во все времена будут востребованы.
После этого инцидента Беллз тут же оправили к знаменитой и лучшей в своем непростом деле Эмануэль Бенуа, которая, кстати, и по сей день помогает нашей «золотой молодежи» справляться с проблемами личного характера.
Одно могу сказать: этот момент навсегда въелся в память Беллы, и как бы она не боролось с одним из своих главных страхов, ничего не помогало, даже теперь, когда девушка ни секунды не раздумывая, рискует своей жизнью на пустынных трассах ночных городов, ее по-прежнему трясет от одной мысли самой вновь оказаться под колесами автомобиля.
Зачем я вам все это рассказала? Могу сказать лишь, что не просто так, ведь я наглядно покажу, как год за годом меняются представления об идеалах. Далее все узнаете сегодня…*
Тут же зима, вступающая в свои права , безжалостно напомнила о себе, пустив мне прямо в лицо ледяной поток ветра, заставив мои руки мгновенно заледенеть. К счастью белоснежная вывеска не особо примечательного со стороны «Hiver Yard» располагалась всего в нескольких метрах от того места, где «припарковался» Эдвард, если конечно ступор посередине дороги можно так назвать, к слову которого мне, наконец, удалось оставить возбужденным и нисколечко не удовлетворенным в теплом салоне его машины, наверняка обескураженным и злым, и возможно достигшим пика бешенства.
Хм… «Hiver Yard», вот значит куда он меня так целенаправленно вез. Да уж, с этим заведением у меня остались не вполне мирные отношения.
В надежде унять дрожь в коленках, не забыв при этом ругнуться на Каллена, так как жакет мне не удалось взять с собой, а далее послав всевозможные приличия к чертовой матери, я помчалась к гостеприимным дубовым дверям воистину зимнего ресторана.
Как же чудесно было покинуть морозную улицу и вновь оказать в тепле. Эдвард, видимо, пока еще не пришел в себя, откладывая жестокую расправу надо мной на последок.
Время, отведенное Эдвардом мне, я решила использовать с пользой.
В «Hiver Yard» я была всего лишь раз, и то лет семь назад. Естественно этот ресторан, как и в те времена, был высшего класса, но, например, до «Grand» не дотягивал. Я предпочитала что-то более грандиозное и на слуху.
Очевидно, Эдвард хотел «удивить» меня здешней неизменно французской кухней, либо тупо понравилось название – без понятия, что творится у него в голове. Согласитесь, ну не мог же он узнать о том пришествии на дороге, когда я была еще ребенком? Вздор! Конечно же нет!
Оглядевшись по сторонам, я поняла, что это местечко определенно сохранило свое «лицо», в особенности запомнились мне уединенные столики, легкая музыка в живом исполнении на ничтожно мелкой сцене неподалеку от бара, камин чуть ли не во всю стену и, естественно, теплый желтоватый свет, который дарил помещению непринужденную атмосферу уюта – на каждом столике горело сразу несколько свечей, собственно только из них и состояло все освещение здесь, а это было на самом деле по-настоящему здорово!
И как я могла не замечать всего этого раньше? Вроде бы все мои впечатления в тот единственный раз можно было уместить в одно словечко – сносно.
Ах да, еще будучи ребенком я не замечала вокруг никого и ничего, кроме отражения себя любимой в зеркалах и восхищенных покладистых глазах окружающей массовки моей жизни.
- Que je peux vous aider mademoiselle Isabelle?* – спросил меня непонятно откуда взявшийся мужчина, видимо заметив, как я глупо топчусь у входа, как какая-то очередная безмозглая туристка, случайно оказавшаяся не там, где ожидала.
- Изабелла! – рявкнула я по-английски, а потом задумалась на минутку, не зная, что и ответить, так как Каллен до сих пор не соизволил кончить в машине.
- Возможно, у Вас заказан столик на имя…
- Естественно, Мадемуазель Изабелла, – перебил он меня, теперь уже на английском, но с жутким акцентом, - прошу за мной!
Когда я уже собралась последовать за мужчиной, чьи-то руки мгновенно помешали сдвинуться мне с места, сомкнувшись на моей талии. Я прекрасно знала кто это. Каким-то образом мое тело с недавних пор сразу улавливало присутствие Эдварда рядом.
- Соскучилась, детка?
От его пронзающего до гребаных нервных окончаний голоса я тут же вздрогнула, ощущая, как все тело, миллиметр за миллиметром покрывают будоражащие мурашки, при этом, сжавшись в комочек, словно жалкий котенок, на глазах которого решалась судьба его завтрака.
Я ожидала от Эдварда что угодно, но вот только не этого: этот бешеный красавчик без излишне резких движений накинул на мои замерзшие плечики жакет, по наивности оставленный мною в его машине. Представляете?
Наверное, не стоит упоминать, что некоторое время я прибывала в легком ступоре.
А затем я… черт, понятия не имею, что за, мать вашу, хрень, управляла моим до смерти околевшим телом, но мои глубокомысленные скитания почему-то никак не хотели повлиять на необдуманные поступки.
Я тут же скинула с себя этот жакет, тем самым посылая Каллена куда подальше вместе с его о чудеснейшими манерами джентльмена.
- Белла, чтоб тебя, будь же благоразумной! Мало того, что зимой в… в… - он осекся, пытаясь подобрать более подходящее слово, рассматривая мое супер секси платье, - В это вырядилась, плюс еще мне нервы умудряешься выматывать! – распылился мой ненаглядный Винни-Пух. – Надевай этот гребаный жакет и пошли к столику! Поговорим…
*Зайчики ну правда, что за детский садик вы тут устроили? Господи, обуздайте же, наконец, свои чересчур пылкие гормоны, и воззовите к разуму! Этот день для вас только начинается, держите себя в руках, как всегда, лишь до наступления долгожданной ночи…
Как мы все уже успели убедиться: Форкс создан далеко не для сна…*
... там иногда такие... кхм-кхм... попадаются... 
Ты еще отдыхаешь или учишься? 
