Автор: footbal Бета: Maleficent☾ Дисклеймер: Стефани Майер принадлежат лишь имена главных героев Сумеречной саги, все остальное, мне! Рейтинг: R Жанр: Romance Пэйринг: Белла/Эдвард, Розали/Эммет, Элис/Джаспер (Ну и Джейкоб) Саммари: Яростной бунтарке и неуправляемой стерве Изабелле Свон после очередного побега придется вновь вернуться в ненавистную школу города Форкс – чистилище для так называемой «золотой молодежи». Но пришло время перемен. Неожиданно в школу переводят двух новеньких парней. Розали или Белла? Кто выиграет в сражении на право обладать ими? Да тут еще и лучшая подруга – Элис, по собственной глупости, соглашается выйти замуж за совершенно незнакомого парня. Очередной побег, теперь втроем? Нет, на этот раз все будет иначе… Статус:в процессе Примечание: Жирным шрифтом будут выделены слова от автора (повествование от третьего лица) И еще, этот фик явно не для поклонников милой и невинной Беллы))) Тут вообще добрых и искренних людей единицы))) И ни Каллены, ни Хейлы и т.д. не входят в их число!!!)))Еще возможно, позже появится новый персонаж, знакомый нам по сериалу "Gossip Girl"))) Приятного прочтения)хих)))
*Вновь мы с Вами вроде, как и неспешно, но, тем не менее, целенаправленно легкой поступью под утоптанным жестким снегом подошли к самому интересному. Согласитесь, каждый путь по-своему интересен и привлекателен, нужен лишь ключик, хотя бы от одной из всевозможных вариаций дверей, и что намного важнее остального – цель. Прямые, пустынные, не тронутые ни единым шорохом магистрали давно потеряли свою истинную ценность, а возможно и вовсе не обладали ею никогда. Люди намеренно и самоотверженно отвергают поиски легких путей, глупо называя это смелостью и отважностью. Но вот, когда мы стоим на перекрестке, когда смятенье вихрем слез и боли настигает нас, выбор парой невозможен в связи с недостатком козырей в руках и пустоты собственного мира. Тогда мы бежим. А теперь, сделаем вывод: я рискнула объединить всех воедино, и в тоже время каждого рассматривала по отдельности – все мы стояли на этом самом вымышленном распутье одни, упрекаемые какими-то ненужными, вместе с тем чуждыми нам чувствами. Возможен ли иной исход? Да.
Две определенно непростые ситуации складываются на данный момент, и в обеих девушки оказались загнанными в угол нашими прекраснейшими мужчинами. Пускай и не столь достойными персонами. И все же. Интересно? Ну, перестаньте, я ведь люблю Вас помучить, именно поэтому оставим темные улочки Сиэтла, вместе с Парижскими горяченькими зимами, и вернемся к такой привычной истории Беллы и Эдварда – вот у кого вечные проблемы на пустом месте. Причем у одной с координацией, а у другого, с противоречиями собственных глубоко душевных непреступных ценностей, зависящих от моралей, непостижимых пока даже ему самому. Разберемся?*
Je me rappelle*… Оцепенение. Мое тело взбунтовалось против меня, намеренно отторгая настоятельные убеждения разума. В какой-то момент, казалось, длинной в целую вечность, я вообще перестала что-либо чувствовать. Да, я знала, что Эдвард по-прежнему крепко держал меня за руку, но как бы ни старалась ощутить хоть что-то, мне не передавалось его тепло. Исчезли в одночасье даже столь привычные и будоражащие, но, тем не менее, приятные мимолетные электрические разряды – неуловимое нереальное напряжение. Приятная дрожь в теле, вызванная непременно его присутствием – даже это теперь не было мне доступно, расплываясь мутным облаком воспоминаний где-то в глубинах сознания. Полная дисфункция.
Je me rappelle… Страх. Именно в данные, любезно отведенные мне минуты, я наконец-то познала всю глубину этого отвратительного и губительного чувства. Всеобъемлющий эгоизм позволит мне бояться только за одного человека во всем мире. И этот человек, естественно, я сама. Мне наплевать, что вместе со мной может пострадать кто-то другой. Главной целью всегда есть и будет: уберечь саму себя от пагубных последствий, а потом уже обращать внимание на остальных – личностей, не столь значительных. Естественно, мои мысли и убеждения в какой-то степени мелочны, расчетливы и циничны. Вряд ли придет тот день, когда Изабелла Свон станет во вред себе отрицать данность, ясную, как небо, но моментально обжигающую, как солнце, раскаленное добела. На борьбу со страхом меня закаляли с детства, так или иначе, устранив само осознание этого чувства. Его признание. Но теперь то, что было заперто под семью замками, каким-то образом нашло брешь и немедля вырвалось наружу. Страх сломил мою гордость. Смешно, но для этого понадобилось всего-навсего пара ничтожных секунд.
Je me rappelle… Паника. А вот это как раз было для меня в новинку. Всегда опасно уравновешенная, я забыла, какого это, быть уверенной в каждой детали. Не раз в жизни мне выдавалось на примере собственных глупостей опасаться чего-либо, но еще никогда я не теряла полный и абсолютный контроль над ситуацией. Частенько в подобных случаях используют слова, подобные этим: «Будто в замедленной съемке, я видела как…» - со мной же все было несколько иначе. Все происходило слишком быстро. Чертов адреналин в крови был как нельзя некстати. Я рывком вырвала свою руку и ведомая каким-то неизвестным мне ранее чувством, устремилась прочь. Лишь бы только дальше от опасности. Чувство самосохранения. Ах, как, наверное, было бы хорошо, вообще ничего не чувствовать. Как мои родители. Только бы слушай из детства, не повторился снова. Только не сегодня. Когда силы отданы. Все, без остатка.
Je me rappelle… Боль. Пускай, и на подсознательном уровне, где-то глубоко-глубоко внутри. Не буду говорить, что я закрывала глаза, что чуть ли не падала в обморок. Нет, я все хорошо видела. Да, я сглупила, но мне повезло. Машина проскочила в каких-то сантиметрах от меня. Здравость рассудка не покинула меня. Постепенно, все стабилизировалось. Конечно же, сразу подскочил Эдвард. Он что-то говорил. И я все слышала, но слова казались бессвязными. А сердце билось ровно. Уже. Вот, как оказывается, все проходит. Быстро и бесшумно. Эдвард что-то спрашивал. Вопросы, одни бесконечные вопросы. Но я не отвечала. И не знаю почему. Я просто смотрела на человека, который только что чуть не сбил меня. Я не видела его здесь раньше. Никогда. Я в этом уверена. Определенно, он не американец, и не француз. Возможно итальянец, хотя трудно утверждать. У парня были черные глаза, и взгляд, который не скопируешь просто так, не подменишь ни одним актером. Взгляд, такой же, как и у меня. Ни капли чувств, глаза пустые и холодные. Он здесь не просто так. Но сейчас, мне не до этого. Если будет время, я всегда смогу узнать, кто он. Нужно уезжать. Никогда не вернусь в это место. Слишком много чертового разочарования. Поганое детство.
- Эдвард, - тихо позвала я его, - Замолкни, наконец! – честно, достал уже. Неужели не видно, что со мной все в норме? Пускай и отчасти. - Белла, ты как? – его заклинило на этом вопросе что ли? - Да все нормально! Увези меня отсюда, - попросила я, наконец, отвернувшись от странного черноглазого незнакомца. - В больницу? - Нет! Только не туда! – запаниковала я. Еще одна встреча с Бенуа, и наплевать на все, сбегу в психушку, только бы не видеть ее больше никогда. - Слушай, тебе нужно… - словно не услышав то, что я сказала, продолжал настаивать Эдвард. - Заткнись. Хорошо? Просто, давай уедем! - Ладно, - подозрительно быстро согласился он и проводил меня до своей машины, как маленькую, пристегнув ремнем безопасности. Он что, действительно думал, что я не в состоянии это сделать сама? Оставив меня, он направился к тому юноше. Интересно, чем все это в результате закончиться? Я надеялась на как можно скорую развязку, но в результате так и не дождалась окончаниях их затянувшейся, видимо не совсем приятной беседы и уснула. Мне было уже все равно. Я хотела закрыть глаза, и больше никогда их не открывать.
***
Улицы пустовали. Здесь, вдали от диковинки города, казалось, мы были совершенно одни. Я искренне надеялась на его благоразумие, ведь путешествие к Доктору Бенуа – это совсем не то, чего я ожидала, чего я просила. На данный момент мне не хотелось чего-то конкретного. Будто сознание заволокло туманом, как и темнеющее небо над Форксом. Здесь, по правую сторону от него, мне было спокойно. Я не ожидала удара. Этим я, естественно, подвергала себя на поражение. Но играем ли мы сейчас? Что сейчас происходит: игра или же жизнь? Так хотелось поверить в сказку. Вот только позволить такое я себе не могу.
Все та же сумрачная обстановка никак не помогала, наоборот, поощряла. Буря набирала обороты. Это был уже не тот ласковый чуть ощутимый снежок, а будто град, жестокие льдинки бились об лобовое стекло его автомобиля, пытаясь пробить брешь, ворвавшись к нам в теплый и уютный салон. Словно сигнал, к тому, что мы покинули город, оказавшись за его пределами, где больше нет той защищенности и уверенности. Куда же он увозил меня? Все дальше и дальше, целенаправленно и в тишине. Хотелось спросить, и в тоже время, я чувствовала, что нарушив наше спокойствие, последствия будут необратимыми. Странно, но изменения в том, что окружает меня, ясно предстали передо мной. Раньше, я и подумать об этом не могла. Теперь я прекрасно вижу, как меняется природа вокруг. Но вот понять, нравится мне это, или же нет, было труднее всего.
Мне вдруг неожиданно захотелось услышать хоть что-то, хотя бы слово. Мне было страшно. Потому что всем своим сознанием я понимала, что мне были необходимы самые обычные слова, а вот ложь это будет, или же правда не имело значения. Это меняло все, ведь давно я поняла, что слова утратили свою ценность. Потеряли значение, слившись с остальным жизненным фальшам. Прежде всего – действие, четкие уверенные поступки, не пустой треп. Теперь же, я хватаюсь за воздух, в надежде услышать его голос. Как и в «Hiver Yard», тогда, когда он пытался объяснить мне что-то, чего до сих пор понять я не смогла. Это, каким-то образом, расстраивало меня. Разум требовал больше информации, но вот тело – оно уже доверяло. Черт возьми, не нужны мне были эти изменения. Я не звала и не ждала ничего. Мне потребовались все силы, чтобы привыкнуть к миру, окружавшему меня. Чтобы принять и не сопротивляться. Он разрушил все. Теперь мне не за что было ухватиться. Черт, слишком много всего – чересчур.
Лес, ели и сосны - все было в снегу, огромные широкие непокоренные пространства подмял под себя жестокий снегопад. Глушь. Кончиками пальцев и незащищенными одеждой, участками кожи, я ощущала, как мороз прогонял ветер. Шквалы ветра гнали зимнюю грозу вдаль от города, именно туда, куда мы направлялись. Я не понимала, что он творит. Почему мы не остались дома? Ведь там тепло, уютно, нет страха. Что-то неизведанное всегда пугает. Так уж получилось, сегодня, черт подери, какой-то день открытий. Первый раз я попросила что-то у человека. Я действительно нуждалась в помощи. Второй день подряд. И не просто в услуге, а настоящей, чтоб ее, помощи, ну, как это называется, вроде протянуть руку или что-то на подобие. И он протянул мне ее в ответ. Неожиданностям нет предела. Я от него ничего не ждала. Я о нем ничего не знаю. И тут, этот незнакомец врывается в мое личное эгоистичное пространство, заставляя полагаться. Впервые. Кто он такой, черт возьми? Меня устраивало абсолютно все. Ладно, меня не устраивало ничего. Надо же быть честным с самой собой? Бред как-то. Понятия не имею о подобных вещах. Такие речи всегда вызывали у меня снисходительную ухмылку, но теперь кто должен смеяться, глядя на меня? Он? Нет, я не позволю. Пугающие сомнения, неуверенность, меня будто сломили. Теперь на этой пустынной дороге, я помалкиваю, доверяя ему. Доверяю… Что все это значит? Как, Боже, как такое случилось? Вот, что, скажите мне, он собирается со мной делать? Завести в чащу леса и трахнуть? Чушь, надо бы игнорировать эти бредовые мысли. В конце концов, он ведь в этой самой машине, помниться, держал свои руки при себе, в отличие от меня.
Да, на пути в Сиэтл, я повела себя глупо, непозволительно глупо. Идиотка, думала, что смогу сыграть еще одну партию, продержаться и не дать ему себя сломить. А в результате была унижена собственным несдерживаемым рвением. Поставила свою позицию в тупик. Собственноручно опустила себя. Теперь в голове образуются скопления ненужных вопросов. Почему, мать твою, он тогда проигнорировал все мои попытки? Я ведь знаю, он хотел меня. Все хотят. В чем его проблема? Возомнил себя таким особенным? Недоумок.
Мой взор устремился за крохотной снежинкой, выделяющейся из всех этих ледяных окаменелых льдин. Глупо, но мое положение сейчас сродни ее. Все наше окружение сминает нас. Эта снежинка и я – Изабелла Мари Свон. У нее нет моего имени, значащего в этом мире все, черт, у нее вообще ничего нет, и, тем не менее, она борется. А я? Разглагольствую тут бес толку. Опустила руки. Но я ведь пыталась. Сегодня утром еще решила стать прежней. Идиотизм. Один крохотный несчастный случай, и я снова взялась за прежнее. Парадокс: долбаная авария. Как и в детстве, я позволила страху вновь надломить мое «я», и без того потерпевшее немыслимые потери. Физическая сторона этого вопроса, как и в прошлом, отпадает сразу же. Как это называется, бля, что-то типа душевной травмы? Ерунда. Так-так, надо вспомнить, что плела об этом Бенуа? Кажется, стоит посмотреть страху в лицо, отпустить былую боль и моих сил обязательно хватит, чтобы сразится с этим пустяком лицом к лицу. Ха, глупая старая карга. Да уж, я требовала помощи. Да что уж скрывать, до сих пор в ней нуждаюсь. Но у кого ее просить? Боже, раньше просьба и помощь были невозможны. Слабость. Слабость. Слабость.
- Хм, Белла? – как и прежде, первым нарушил обоюдную тишину Эдвард Каллен. - М? – исчерпывающе с моей стороны. - Так, что у тебя с Арчибальдом? – вот уж вопрос, всем вопросам вопрос. Что за напасть такая? Не одно, так другое! Ладно, раз уж ему так интересно, поделюсь своей позицией. В конце концов, что именно я теряю? С меня не убудет. День откровений набирает обороты. Кто бы мог подумать?
- Эдвард, послушай, тут все сложно, - неуверенно начала я, до сих пор сомневаясь, - Понимаешь, видимость, порой не есть действительность. Со стороны я возможно покажусь не той… черт возьми, - итак, я не находила слов, чтобы объяснить, но какими-то отголосками чувств была уверенна, что должна хотя бы постараться, ведь он помог, и я не могу этого отрицать, пришло время платить по счетам. Время всегда приходит, нам дано только ожидание неизбежного. - Мы с Натаниэлем знаем друг другу с детства, - такой была моя новая попытка объяснить, - Изначально, наша дружба была предметом игры наших родителей, - знаете, как говорят, пока не произнесешь, не осознаешь. Так вот, сказав, наконец, это вслух, я поверила самой себе. Раньше, я не замечала за собой такой откровенной трусости, старалась не надевать розовые «D&G» в бриллиантовой оправе, предпочитая немало подпорченное зрение, но теперь я поняла истинное значение реальности без алмазных приукрашений.
- Что имеешь в виду, говоря о детстве? - отчасти раздраженно восполнил паузу, созданную мной, Эдвард, к слову вопросом, заставившем меня улыбнуться. - Я знаю про Лондон, - тихо сообщила я, смакуя его удивление, и в тоже время, наслаждаясь им. - Вот как… Откуда? – его напускное безразличие я ощущала каждым своим весьма напряженным нервом. - Я Изабелла Свон, - сухо проговорила я. – Еще вопросы? - Отложим на время твою привилегированность и перейдем к моему первому вопросу, - лед в каждом слове, холодно произнесенным молодым человеком, мгновенно подавил мой неоправданный смех. - Видимость – это лишь вершина. Я не собираюсь оправдываться, тем более перед тобой! – с усмешкой заявила я. – И все же, как бы глупо это не звучало, моим родителям нравилось устраивать все по их обоюдному желанию. Арчибальд и Свон – объединение одних из самых знаменитейших родословных в мире. Мечта моего отца. Забавно, хоть и его «Капитан» сейчас находится довольно-таки в расшатанном состоянии, а нефть плавно ускользает из его скважин, фамилии остаются ими. Не знаю, как для Чарльза и остальных, причастных ко всему этому, но мы с Нейтом неплохо ладили. Но, по сути, права выбора нам не представлялось. С самого детства я росла с мыслями о том, что рядом будет он и так положено. Черт, я искренне полагала, что все это правильно! Но потом все изменилось. Закономерность не дана теперешнему веку. Странно, но так получилось, что выросла я с мыслями только об одном мужчине. Да, вокруг нас крутилась масса остальных, на деле незначащих ничего, этого не избежать. Но морали, каким-то образом сохранились в памяти, по сей день. Как бы, не испортилось время и его понятия, я остаюсь верна себе. Речь даже не о чувствах, а об уважении. Хотя сейчас все утратило значение с потерей этого уважения к самой себе. Это не мешает расчету ворваться на первый план. Концом послужил мой отъезд из города. Что-то сломалось во мне. Наверное, я просто забыла, что значит, мечтать. Уехав с Брэндон в Нью-Йорк, я разорвала со всем, что окружало меня раньше последние связи. Молча, ушла, даже не взглянув. Но даже все то, что произошло со мной в дальнейшем не смело влиять на убеждения. Так что, только Нейт. Прошлое отдалилось уже навсегда. Можешь быть спокоен.
За всю мою речь, Эдвард не проронил ни сова, кажется, и вовсе затаил дыхание. Наверное, я должна была задаваться вопросами, зачем рассказал обо всем. Но ничего не было. Ни отпущения, ни давления. Да, я сказала многое, часть из всего этого, была не до конца понятна, даже мне самой, что уж говорить о нем. Почему то, мне было нужно его понимание. Нет, ни о каком одобрении речь не шла. Так же, как и о доверии. Мне хотелось быть услышанной. Хоть раз в жизни. Почему я требовала это от него? Кто он? Такой же, черт возьми. Теперь Эдвард молчит. Мне плохо от этого. Который раз мне необходимо утешение, но обеспечить его не может никто. Хватит грезить.
- Почему Натаниэль вернулся? – вновь какой-то глухой, бездушный, бесчувственный вопрос. Он ранил. Но я сильная, я отвечу. Не смотря ни на что, произнесу это. Сознаюсь себе в том, что абсолютно никому не нужна.
- Не из-за меня, - грубо и четко оповестила я, в то время как слова эхом отзывались в ушах. - Он ищет какого-то человека. В подробности меня не посвящали.
- Теперь пришла моя очередь задавать вопросы, - решилась я. - Весь во внимании. - Куда ты меня везешь? - Домой. Вау! Это было неожиданно. Этому чертовски обаятельному скрытному чарующему юноше вновь удалось меня удивить. С каждым разом мене это нравилось все больше и больше. - Постой! Насколько я знаю, все фамильные поместья наших семей находятся на одной самой знаменитой, прославленной, ценнейшей и уважаемой улице в городе! Я видела особняк твоей семьи, Эдвард. И он между прочем расположен не так далеко от имения Хейлов. Но сейчас мы определенно находимся за пределами Форкса. Я знаю. - Ты права, - кивнул парень, по прежнему не сводя глаз с дороги, - Я везу тебя к себе домой! А не к моим родителям. - Ну да, до Кубы далековато, - за сарказмом я умело прятала немалое удивление. Ответа я не ждала. Почему-то за все часы нашего знакомства, я научилась понимать его, даже предугадывать. Но нет, не сказать, чтобы он был предсказуем, просто я знала, когда Эдвард промолчит, а когда ответит. Это стало волнующе. Я хотела угадывать снова и снова. И боялась, что возможно придет время, когда такая возможность уйдет, забрав его с собой. Он уйдет. Прежде, такого не случалось со мной никогда. Все изменилось, после того, как сегодня я посмотрела в его янтарные глаза. То, что я увидела, поразило меня, затронув до глубины души. Его прикосновение было столь пронзительным, а объятия такими надежными, будто оберегали самое сердце. Словами такого не выразишь. На глубине подсознания, я прекрасно понимала, что произошло между нами. Как снег и иней. На одной чаше весов его «здесь», а на другой «покидаю». Пока молчание оберегало надежды, я была счастлива. Я знала, что недолго все это будет длиться. Он не скрывает, он скажет, очень скоро. Напряжение, что чувствовалось, сковывало меня. Поймите, я не робот, не бесчувственная машина. Я хотела быть такой. Но это уже другое. Хотеть и иметь – разные вещи. Суть в том, что чувству, не быть светлым и чистым. Мир вокруг темен и туманен. Это уже не простая физическая тяга. Я не имею права поворачиваться спиной, к тому, что возникает между нами. Возможно, это мой единственный шанс. Так, может, рискнуть? Хоть раз. По-настоящему. Довериться? Если даже потом он посмеется надо мной, это не сломит меня. Не позволю. Я сильная.
Разговор был окончен. Дорога уносила нас вдаль. Меня. Мои надежды. Мою боль. Мои потери. Но на этом пути я была не одна. «Нас» - и даже если это определения всего лишь часть моего выдуманного мирка, моей лжи, я не смогу сейчас опрокинуть все это. Боже, как же я люблю свой город. Он великолепен. Пейзажи настолько живописны и великолепны, что всю их красоту невозможно передать словами. Я не сентиментальна. Но слезы в моих глазах явственно доказывали волшебность сумеречного горизонта. Вечность. Именно столько лет существовал этот вид. Столько же и просуществует. Такая красота должна оставаться неприкосновенной. Когда ели и сосны расступились перед нами, моему взору представилась столь нереальная величественная картина, что кажется, будто сердце замерло на мгновение. Это был пустынный пляж по правую сторону. Обрыв. И море. Бесстрастное, шумное, сминающее все на своем пути. Оно бушевало, в неистовой борьбе со льдом. Сила ощущалась в каждом ударе волны. Снежный град не сдавался. Противостояние, но не вечного добра и зла; света и тьмы. Тут боролось что-то более значимое. Для меня. Ла-Пуш. Запрещенное манит всех, и во все времена. Недоступная и дикая непокоренная территория. Невольно вспоминаю детство. Юные Белла, Элис, Роуз и Джаспер пытаются проникнуть на земли, на которые наложено неоспоримое вето родителей. Бедные няни, сложно им пришлось. То были одни из лучших времен. Задорный смех детей слышался, кажется, каждому жителю этих не столь элитных мест. Но нам, детям, нужна была свобода. Уже тогда мы стремились к ней. Она проявлялась во всем, будь-то в нерешительных побегах или играми под грозой. А потом, как и всегда, мягкие легкие колыбельные Хлои – моей первой и самой любимой няни. Вкус ее фирменного домашнего супчика и веселое щебетание на французском постепенно искореняется из памяти. Воспоминания, такие дорогие и бережно хранимые, стираются. Она всегда клала клеверный листик, я еще тогда немало возмущалась по этому поводу. Якобы я не собираюсь, есть какие-то невкусные листья с деревьев. Смешно. Но постепенно ей удалось приучить меня. Это стало изюминкой, которую теперь не заменит уже ничего. Потом Хлоя ушла. За ней сменилось бесчисленное число женщин. Но только ее я запомнила. Я вспомнила об этом, потому что, как никогда раньше, в такую бурю, нуждалась в доброте и теплоте ее слов. Она всегда разговаривала со мной исключительно на французском. Тогда я даже перестала воспринимать английский, что привело Рене в бешенство. Вот поэтому, сейчас я стараюсь все меньше прибегать к французскому. Isabelle – помните, как официант в «Hiver Yard» назвал меня так? Думаю, теперь Вам ясна моя раздражительность. Я старюсь похоронить все, что было дорого мне когда-то. Я пытаюсь, до сих пор старюсь, приноровиться к реальности. Тут нет Хлои, нет ничего: ни тепла, ни доброты, ни давней французской колыбельной – ничего. А он все увозит меня. Дорога и тишина. Он обидит? Оставит? Предаст? Мне так страшно. Где же силы? Где броня? Зачем мне сердце? Зачем душа? Как же сложно в одиночку противостоять всему. А рядом только Эдвард. Сколько раз он уже обманывал меня? Я не могу на него полагаться. Я вообще не могу ни на кого полагаться. Довериться, значит, из королевы превратиться в пешку. Представьте себе ситуацию: одна единственная пешка, вокруг которой бесчисленное количество черных дам и королей, а ферзи у них на служении.
Все мы люди. И всем нам больно. Деньги решают все и в тоже время не значат ничего. Мир пуст. И что самое удивительное, и в тоже время, не менее пугающее, сегодня солнце ни разу не показалось из-за туч. Да, мы видели и легкий первый снег, и непроглядный туман, и беспощадную пелену бури, но только не свет. Но что это значит? Поразительно замечать метания собственных мыслей, от одного к другому, нет ни закономерности, ни простейшего постоянства. Рассуждения о столь разном не приведут меня ни к чему, наоборот, еще более запутают. С каких это пор мир потерял для меня свои краски? Хотя, стойте, возможно, вопрос стоит поставить немного по-другому. Когда же, наконец, этот крошечный жалкий мирок приобретет хоть какие-то краски? В эпоху технологий подобное прозвучит странно. Да, вообще, слышать подобное от такого человека, как я, еще страннее. Но, что мне еще остается? Кроме, как рассуждать бес толку? Ответы, вопросы – все это сливается, не давая выпутаться из сетей всеобщей преуспевающей лжи. А надо ли? В такие минуты ты понимаешь, что означают такие слова, как: «разговоры о пустом» - они не приносят тебе ничего, сеют несуразицу, и только. Но здесь немного иная ситуация: «разговоры с самой собой» - пора вступать в ряды шизофреников. Чудесно. Ах, почаще мне нужно выбираться на свежий воздух, давно я так отчаянно не старалась подорвать свой мозг к чертям. Но разве не способность мыслить, заодно взвешивать хорошенько надлежащую ситуацию, отличает нас ото всех остальных? Разве не этому нас учили? Кто теперь сможет ответить на все эти весьма непростые вопросы? Именно: нас пустили в свободное плавание, но берегов как не было видно годы назад, так не видно и сейчас. Отыскать их не представляется реальным. Вымысел и фарс. Это все.
Дорога. Длинная, изнурительна, изматывающая своим тонким томлением дорога в неизвестность, окутанную первым декабрьским снегом, как по календарю, налетевшим на эти далекие северные земли. Здесь, вдали от красоты и великолепия старого города, величие, некая меркантильность, вперемешку с безвестной роскошью, воссоздавались в пейзаже вечернего небосклона, окаймленного редкими искрящимися снежинками. Казалось, куда уж дальше? Будто бы на краю мира, мы вместе направлялись туда, где вокруг только бушующая природа и биение одинокого сердца. Сумерки наступали медленно, растягивая наслаждение от ухода дня. Декабрьский мороз добрался и до окон машины, мгновенно покрывая тонированное стекло тонкой кромкой узорчатого льда. За временем я не следила, но знала, что оно просто было, хотя и не касалось нас двоих. Полагаясь на память, я сохраню отчаянную надежду, дабы это время осталось в моих воспоминаниях навсегда. Я хотела спросить, как долго нам еще ехать, так как само назначение пути, а точнее слово «дом» мне ни о чем конкретном не говорило до сих пор. Но я молчала. В конце концов, должны же мы хоть когда-нибудь остановиться? В противном случае, чего гляди, Миссис Брэндон в компании с моей мамочкой, поднимут на уши весь город! Как бы их запросы еще уместились в Форксе, а не распространились до самого Сиэтла. Хотя там уже привыкли к подобным инцидентам и реагируют довольно-таки спокойно.
Время шло. Мои глаза закрывались сами по себе. И хоть всеми фибрами души я умоляла усталость заткнуться и дождаться, наконец, конца нашего пути, естественно, чувства меня не слушались. Сон, где передо мной представала одна лишь темнота, ни намека на что-то большее, сломил меня. Вопреки здравому смыслу, точнее ожиданиям, проснулась я не в салоне машины, а на мягких и теплых подушках. Прямо перед кроватью, на которой я лежала, располагался камин, вот только ни света, ни тепла, он не давал. Судя по всему, хозяин не спешил побеспокоиться о своей гостье. Чему я вообще удивляюсь? Хорошо, что хоть не в машине оставил. О великодушный Эдвард Каллен пожалел мою спину. Так, пора бы и его поискать, а не валяться, не пойми где. Маньяк, нашелся тут. Пф-ф, не мог хоть лампу оставить включенной что ли? Ой, судя по всему, мозгов не хватило. Он же придурок! И как я могла забыть?
Ступив на теплый паркет, я поспешила проверить, вся ли одежда осталась при мне. Радует одно: судя по всему, меня перенесли в эту спальню без потерь. На прикроватной тумбочке я обнаружила пару свечей, но, к сожалению, ни намека на лампу. Жаль, зажигалки с собой не было. Итак, что мы имеем: какая-то доисторического типа комната, никаких ламп, пара тройка свечей, тишина, как в глуши, и это только начало. Он что, завез меня в какой-то заброшенный замок? Но, если обратить внимание на определенно подогреваемый пол, это место точно не заброшено. Мягкое шуршание ветра за окном, завешанным тяжелыми габиленами, цвет которых в ночи я распознать не смогла, и колыбель моря делали все происходящее до жути похожим на сон. Подойдя к единственному источнику, пускай и лунного света – четырехстворчатому окну, занимавшему чуть ли не по стены, мне удалось разглядеть очертания заснеженного сада, где среди голых деревьев, вырисовывалась дорожка, оттенка шоколада, на которой изображения золотистых геральдических лилий пересекались с четкими прямыми черными линиями, создающими чудесной красоты узор в целом. Все это великолепие было освещено сливающимися со снежным покровом сада фонариками. Вид на само море, к которому видимо и вела тропа, впечатлял. Теперь я могла судить, что сам дом, вернее сказать роскошный замок, находился прямо на склоне горы. Теперь понятно, почему старому Форкскому викторианцу предпочли именно эту постройку. Место идеальное, хоть и Ла-Пуш. Оторвавшись от вида, я нашла в себе силы отыскать единственный так называемый выключатель в этой спальне. Внушительных размеров хрустальная люстра мягко осветила помещение. Вау, судя по всему, мы имеем дело непосредственно со "стилем Людовика XV" – словом, Рококо. Насколько я знаю, большинство построек, выдержанных в подобном этому стиле, представляют собой не что иное, как частные дома французской знати, и прочие загородные дворцы. Ах, вот он – точеный, изысканный, изящный и тонкий художественный вкус. Впечатляет одно: тот, кто воссоздал все это совершенство, явно осознает, что Рококо и Барокко немного разные вещи, ведь одно являет собой блестящее завершение другого. А найти эту грань, знаете ли, не каждый сможет. Что ж, полюбовалась на славу, теперь пора бы отыскать самого хозяина.
У камина, на кресле, для меня любезно оставили теплый вязаный шарф. По началу, я не собиралась даже прикасаться к этому «чуду вязки», но потом все же решила не пренебречь гостеприимством. Более менее довольная, я не спеша спустилась по мраморной, от того холодной, лестнице. Но никто не спешил меня встречать. Во всем доме не горела ни одна свеча. Полумрак заполнял и весь первый этаж. Что же это получается, я тут совсем одна? Черт! Хорошо хоть мобильник с собой захватила, если что, смогу позвонить. Не серьезно же Каллен меня одну оставил? Наверняка притаился где-нибудь на улице. Боже, какая ерунда! Я попросила его всего лишь не вести меня в Бенуа, так он меня сюда притащил! Ну, ни кретин? После пары минут ходьбы по гостиной, я решила выйти на улицу. У меня же шарф имеется, в конце концов, не простужусь! Да уж, «железная логика». Как только я сделала шаг за порог, то сразу же услышала шорох совсем рядом. Координация далеко не моя сильная сторона. Неуклюжесть сыграла со мной злую шутку, а порог доблестно послужил камнем преткновения. Если бы не Каллен, я бы заработала себе очередную шишку.
- Какого черта? – крикнула я в темноту, распутываясь из его объятий. - Проснулась? – отчеканил как всегда лишенный и намека на чувство голос. - Не видно? – съехидничала я, пытаясь все же разглядеть собеседника. - Хм, тут темно, так что нет, - ответ достойный Каллена. - Где я, черт возьми? – что ж, это было первое, что взбрело в мою головку. - У меня дома, - чересчур монотонно и спокойно ответил Эдвард. Когда парень щелкнул зажигалкой, мне удалось рассмотреть его, сидящего на перилах и не сводившего с меня глаз. От такой ситуации мне стало неуютно. И холодно. Но тут виной была зима. С погодой не поспоришь. - У тебя? – переспросила я, ведь с трудом верилось, что такой мужчина мог выбрать за основу Рококо. Эпоха классицизма явно не по его душу. - Не совсем, - усмехнулся он, - Это место нашла Эсми, когда они с отцом еще жили здесь. О нем мало кто знает, ведь не пристало Калленам владеть домом на территориях Ла-Пуш. Но моей матери все нипочем. Ей понравилось место, вот и все. Родители думали, что мы с Эмметом на время поживем тут. Признаюсь, я до сих пор удивлен, что Вы, Мадемуазель, предпочли дому школьные общежития. Его последние слова вызвали у меня тень улыбки. Но мне почему-то захотелось продолжить разговор, хотя становилось еще холоднее. - Я не хочу лицезреть Рене каждый день. Раз в месяц мне вполне хватает. На это даже у Каллена не нашлось ответа. И я его не виню. - Не холодно? – неожиданно поинтересовался он. - Нет, - ох, слишком быстро Белла. Сама себя выдала. Суть в том, что я не нуждалась в помощи. Тем более его. - Оно и видно, - вновь эта лукавая усмешка. И с каких это пор все это стало мне нравиться? – Иди сюда и не упрямься, - сказал молодой человек, потушив сигарету, и обняв меня за талию. Да, не могу отрицать, мне стало теплее и уютнее – и это, черт возьми, плохо. Может оттолкнуть? Ах, как же не хочется… С меня ведь не убудет, если я постою так пару минуток? Вот и славненько. Всего минутку… Одну крохотную минуточку… Совсем чуть-чуть… - Только держи руки при себе! – предупредила я. Комфорт комфортом, но не при каких обстоятельствах, нельзя забывать, что я Изабелла Свон! - Белла, давай подумаем вместе, как же я тебя согрею, если не смогу прикоснуться? – прошептал он мне на ухо. Прекрасно: теперь мурашек стало вдвое больше. Но я же Свон, поэтому и решение пришло самое, что ни на есть, глупое и безрассудное. - Я сама тебя обниму! – радостно и в тоже время отчаянно сообщила я, поворачиваясь к Эдварду, и прижимаясь к нему всем телом, желая ощутить на себе его тепло. Стало еще лучше. Намного лучше. Это и пугало и радовало одновременно.
Мы замерли в уютной тишине. Он и я, а больше ничего и не нужно. И было так спокойно рядом с Эдвардом. И не просто с кем-то, а именно так, могло было быть только с ним. Но понять данное в этот миг у меня не хватало сил. Зато я могу с уверенностью сказать, что эти объятия я узнаю всегда: то, как его руки легко, даже бережно, и с некой опаской касаются меня – это не сравниться ни с чем. Просто он сам не сравниться для меня ни с кем другим. Как долго продлиться все это, не дано мне знать. Минута? День? На большее рассчитывать не могу. Ах, надежды манят… Но они никогда ничего не обещают. Никто не может дать мне гарантий. Даже сам он не может подарить мне такую необходимую толику уверенности. Потому что, возможно, и не ощущает даже часть того, что бушует сейчас в моем сердце, утихомирить которое не может ни гроза, ни буря. Ах, наверное, стоит ловить каждую секунду, наслаждаться каждым мгновением, так как вряд ли все это повториться вновь. Я не могу снова быть обманутой. Не смогу опять поддаться слабости. Ведь, в ином случае, я никогда не прощу себя. Нужно быть верной самой собой. Не спорю, но как же поступить тогда, когда идеалы изменятся, а принципы отступят, дав дорогу чему-то до боли неизведанному, а возможно и непостижимому такой, как я? Вот была бы вера, да только ее нет.
Спустя пару минут я с удовольствием закрыла глаза и положила голову ему на плечо, размеренно вдыхая свежий морозный воздух вперемешку с неповторимым, ставшим до боли знакомым, ароматом его кожи. Сейчас я понимала, что нам с ними было не о чем говорить, не смотря на то, что тем для разговоров накопилось предостаточно. Каких-то несколько дней, зато таких значительных. Дни, принадлежащие ему и мне. Нет, дней, не изменивших меня, не затронувших мою жизнь и наперед предсказанное будущее. Просто эти наши с ним общие моменты впечатались в мою память так, что стереть их не сможет даже гнусное время. Наверное, стоило что-то произнести, но я не понимала, зачем нам это было нужно. Ведь и так хорошо. Идеально. Но как всегда и бывает, нас прерывают. Сейчас помехой послужил звонкий удар чего-то об нетронутую, спящую и спокойную поверхность воды.
- Эдвард, ты слышал? – не на шутку встревожено спросила я. Ведь я девушка городская. Привыкла к окружению из прислуг и многочисленной охраны, а тут мы будто были совсем одни. Мало ли что может случиться. - Ага, - отозвался парень. В нотках его голоса проскользнуло недовольство, и я невольно смутилось, подозревая, чем именно оно вызвано. В подтверждении он вновь притянул меня к себе. – Это Эммет.
*А Вам не кажется, что в данном случае применима фраза: «третий лишний»?*
Дата: Четверг, 04.02.2010, 00:02 | Сообщение # 1150
Новообращенный
Группа: Проверенные
Сообщений: 731
Медали:
Статус: Offline
Вау! У Беллы с Эдвардом уже не просто начинаются отношения, всего один день вместе привязал их друг к другу навсегда, и даже если ничего не изменится они этого не забудут! Эмми... во всех фиках третий лишний, пришедший не вовремя это Эмметт! обожаю его!!!
Quote (footbal)
Я не хочу лицезреть Рене каждый день. Раз в месяц мне вполне хватает.
к сожалению такие отношения с родителями действительно бывают((((
Quote (footbal)
В нотках его голоса проскользнуло недовольство, и я невольно смутилось, подозревая, чем именно оно вызвано.
тем что Эмм нарушил планы их с Беллой совместного времяпровождения!))) http://www.savemidnightsun.com/petition.aspx спаси солнце полуночи! не проходи мимо! всем советую: Четвертая группа крови, резус отрицательный…, Заря, S.H.I.N.E., Crime and Punishment. Это лучшие фики на этом форуме!!!!!!!! Мой фик - Surviving
Дата: Суббота, 06.02.2010, 09:55 | Сообщение # 1151
.get off my dick.
Группа: VIP
Сообщений: 1989
Медали:
Статус: Offline
О БОЖЕ! Я наконец-то дочитала и я очень довольная. Как мне показалось, Белла боится подпускать его к себе ближе потому что боится чтобы ее бросили... А глава милая такая.. Мы Дураки, но Крис и Робу суждено быть вместе!
Дата: Суббота, 06.02.2010, 20:04 | Сообщение # 1152
Новообращенный
Группа: Проверенные
Сообщений: 731
Медали:
Статус: Offline
Quote (LO_osk)
Белла боится подпускать его к себе ближе потому что боится чтобы ее бросили...
скорее уж потому что боится доверять http://www.savemidnightsun.com/petition.aspx спаси солнце полуночи! не проходи мимо! всем советую: Четвертая группа крови, резус отрицательный…, Заря, S.H.I.N.E., Crime and Punishment. Это лучшие фики на этом форуме!!!!!!!! Мой фик - Surviving
Дата: Понедельник, 08.02.2010, 06:49 | Сообщение # 1153
.get off my dick.
Группа: VIP
Сообщений: 1989
Медали:
Статус: Offline
ЭсмеКаллен, ну а мне кажется что боится и доверять и чтобы ее бросили. Потому что "в их мире" все построено на деньгах и каждый в тайне боится быть брошенным и оставленным Мы Дураки, но Крис и Робу суждено быть вместе!
Дата: Пятница, 12.02.2010, 22:31 | Сообщение # 1154
I don't think - I feel you
Группа: Проверенные
Сообщений: 745
Медали:
Статус: Offline
Quote (ЭсмеКаллен)
У Беллы с Эдвардом уже не просто начинаются отношения, всего один день вместе привязал их друг к другу навсегда, и даже если ничего не изменится они этого не забудут!
У-у-у-у-... Боже! притормозите коней, хех))) я сама пока точно не знаю... но на такие громкие чувственные отношения надеяться не стоит... во всяком случае пока - так, так... чую, надо бы напомнить в следующей главке в 100000 раз, ехххх... (арррь ) что такие люди, как они, неизменны в такие короткие сроки в особенности!
Quote (ЭсмеКаллен)
тем что Эмм нарушил планы их с Беллой совместного времяпровождения!)))
Хех... я вот тут серьезно размышляю... как далеко зайти моим эгоистам в следующей главке...ммм...
Quote (LO_osk)
Белла боится подпускать его к себе ближе потому что боится чтобы ее бросили...
Да не, она боится, но не этого - виной всему некий упадок... наверное меланхолия так глубоко забралась в ее сознание, что просвета уже не видно( это и сбивает Беллз с толку
Дата: Воскресенье, 14.02.2010, 13:44 | Сообщение # 1155
.get off my dick.
Группа: VIP
Сообщений: 1989
Медали:
Статус: Offline
Quote (footbal)
Да не, она боится, но не этого - виной всему некий упадок... наверное меланхолия так глубоко забралась в ее сознание, что просвета уже не видно( это и сбивает Беллз с толку
Ну.. уууу... даже слов нету
Quote (footbal)
И то и другое верно happy Но... ех, все эту чувства и так далее... мысли, отношения - так, девочки, кажется, я сбилась с курса... Хм... вот пройдет день рождения Эда... тогда и вернусь к привычному ритму biggrin Оммм.... покер... бедная Элис.... Джейки и Джасси... да + Роззи потерялась с красавчиком Аро... хехехе)))) Госпадя, и как мне все это разгребать???
Ндаа.. как твоя фатназия это пиидумала, так ей и разгребать Мы Дураки, но Крис и Робу суждено быть вместе!
И, о дааа, Катюше огромное merci за чтение и исправление моих тупейший ошибок)))хихи) 
я сама пока точно не знаю... но на такие громкие чувственные отношения надеяться не стоит... во всяком случае пока - так, так... чую, надо бы напомнить в следующей главке в 100000 раз, ехххх... (арррь 
