небольшой кусочек следующей главы, на большее пока не способна, матан добивает мой мозг и мое воображение.если слишком нудно - скажите мне об этом обязательно Глава 5. Нью-Йорк
Когда я наконец-то пришел в себя, на меня уже начали странно смотреть люди. Неудивительно, Джей. Если ты будешь словно истукан стоять посередине зала прилета, открыв рот, смотря куда-то в пустоту, тебя и вовсе могут принять за психа. Я огляделся, вздохнул и пошел на регистрацию. До отлета оставалось еще около сорока минут, но я всегда могут скоротать их за газетой в VIP lounge.
С другой стороны, подумал я, мне совершенно не хотелось сейчас наблюдать за напыщенными бизнесменами, которые важно сидят на черных кожаных диванах, уткнувшись в свои ноутбуки, поэтому я решил пройти как все нормальные люди. Подойдя к стойке доброй старой American Airlines, я протянул девушке распечатку своего электронного билета и ослепительно улыбнулся. Она хотела было сказать, что мне стоит пройти в другую стойку регистрации для first класса, но я помотал головой, и она замолчала.
- Приятного полета, мистер… Хейл. – пожелала она мне, заглянув в билет. Я снова улыбнулся и поблагодарил ее. Хотелось улыбаться всем, и хотелось, чтобы все улыбались мне.
На самом деле, я не знал, что со мной происходит. Казалось бы, в моей бестолковой жизни не было ничего такого хорошего, из-за чего бы я мог радоваться, но я никак не мог прогнать из памяти ослепительную улыбку Элис Каллен. При этом, я прекрасно понимал, что это сестра Эдварда, и последний убьет меня, если я заикнусь о ней. Он слишком хорошо знал меня, он слишком долго знал меня, чтобы понимать, что я не приношу девушкам счастья. Но единственное, что удалось сделать этому очаровательному маленькому созданию, то, что не удавалось ни одной девчонке за все мои двадцать лет, так это произвести на меня настолько неизгладимое впечатление, что я до сих пор вспоминал ее звенящий голос и обжигающее прикосновение ее губ.
Джей, столько девушек на свете, ты нашел в кого влюбиться. Ладно. Сейчас мне хотелось бросить все, плюнуть на отца, плюнуть на Нью-Йорк, и помчаться обратно в клинику к Эммету, где были все такие близкие и родные люди, и где была Элис.
Побродив по tax-free зоне, и купив блок Davidoff Classic, я направился в зал ожидания перед посадкой, которую как раз начали объявлять. Стюардессы изумленно глядели на мой посадочный талон, гадая, почему столь обеспеченный клиент не воспользовался лаунжем, но так как вопросы задавать не входило в их обязанности, они оставляли их при себе, за что я мысленно их поблагодарил. Не хотелось объяснять, что от всей этой пафосности, коим был пропитана вся vip-зона, мне на данный момент тошнило.
Я прошел по трубе в самолет, уселся на свое место и с ужасом понял, что мне предстоит беспосадочный девятичасовой перелет. Не то что бы я боялся полетов, но в закрытой стальной коробке на одиннадцати километрах над землей мне было как минимум некомфортно. Стюардессы и стюарды сновали туда-сюда постоянно, предлагая то напитки, то еще чего-то, наконец, чтобы они от меня отвязались, я попросил стакан виски и решил поспать. Очаровательная блондинка по имени Сэлли принесла мне мой стакан, улыбаясь во все тридцать два. Я любезно улыбнулся ей в ответ и быстро отвернулся, смотря в иллюминатор. Перед глазами по-прежнему стояла Элис.
Я глотнул виски. Swing. Никогда не любил Johnnie Walker, а в особенности Swing. После него всегда оставалось фруктовое послевкусие, которое я не переносил. Конечно, ждать от авиакомпании Ballantine’s 21 years old limited edition не стоило, но все-таки, за что тогда клиент платит по несколько тысяч долларов за полет в один конец? Я попросил разбавить все это дело колой, в надежде, что это как-то скрасит мое пребывание в этой консервной банке. Безумно хотелось курить.
В один из полетов в Нью-Йорк пару лет назад, я летел с одним русским бизнесменом, принадлежащим к той категории, что разбогатела в лихие 90-е. Этакий бритоголовый типажик, пальцы веером, на каждом по золотому кольцу, в общем, карикатурный персонаж. Так вот, он начала курить прямо в салоне какую-то отвратительную сигару, а когда его попросили потушить ее, молча, встал и ушел в туалет ее докуривать. Не знаю, что случилось с ним по прилету, но из самолета со всеми остальными пассажирами он не вышел. С тех пор я зарекся курить в самолете. Все-таки, не хотелось терять времени, объясняясь со стражами правопорядка аэропорта. В Америке с этим было достаточно жестко.
Первые пару часов я откровенно скучал, пытаясь уснуть, наконец, мне удалось это сделать, последняя мысль, промелькнувшая у меня перед сном, была о том, что в следующий раз нужно лететь рейсом Париж – Нью-Йорк самолетом Concorde, который летел всего четыре часа, хотя надежность Боинга была неоспоримой.
Проснулся я уже на подлете к NY. Переведя часы, я обнаружил, что вечер только начинался, было около 19 часов, и я тихо застонал. Я совершенно не представлял, чем займусь в этот бесполезный вечер. На ужин с отцом можно было даже не надеяться, так как он, наверняка, будет слишком занят подготовкой к своей свадьбе и свой невестой. Я вздохнул. Моя душа рвалась обратно в Париж.
В аэропорту меня встретил один из агентов отца, отдал мне ключи от моей машины, гостиничный ваучер, пожелал приятно провести время и испарился в неизвестном направлении. Да, я не мог остановиться в доме своего отца, не мог и не хотел, так как не считал это своим домом и настаивал на гостинице. Я вышел на парковку, оплатил стоянку, и направился к тому месту, где обычно ставил машины отец, когда куда-нибудь улетал. Я подошел к своей красной BMW 6 cabriolet, и любовно погладил корпус. Исключая мой парижский 911 S, это была моя любимая машина, хотя пересаживаться на нее после компактного Porsсhe было не всегда удобно.
Я выехал с парковки и направился в Hilton Times Square. Именно там забронировал мне номер отец, ну, или вернее, его агент, так как я сильно сомневался в том, что отец станет заниматься подобными вещами сам.По дороге я позвонил отцу, чтобы известить его о своем прилете. Он пожелал мне провести удачного вечера и назвал время, к которому мне следовало на следующий день явиться домой. К нему домой. Мой дом не здесь.
Приехав в гостиницу, я первым делом отправился в душ. После сумасшедших суток, которые выдались мне, мне просто необходимо было оказаться под струями холодного душа. Надо сказать мне серьезно полегчало. Я подумал было о том, чтобы отправится на пятую авеню, но потом передумал – в конце концов, смокинг всегда можно было подобрать завтра. Я снова натянул джинсы, поло и лег на кровать. Идти куда-либо не хотелось, спать не хотелось, пить не хотелось. Ничего не хотелось, по-хорошему. Я снова проконстатировал тот факт, что становлюсь нелюдимым.
Ты асоциален, Джей, признай это.
Наконец, я заставил себя встать с кровати, и пойти хоть куда-нибудь. Мне было все равно куда идти, будь это клуб, бар, или просто ночной Манхеттен. Выйдя из гостиницы, я все-таки решил направить свои стопы в Hard Rock Cafe, благо находилось оно в двух шагах.
И вечер прошел бездарно. Я постоянно думал о чем-то, о том, что нужно действительно что-то менять, нужно заняться чем-то полезным в жизни, мое бессмысленное существование убивало меня медленно, но верно, точила изнутри. Хотя я не был уверен, что сейчас, спустя два года после окончания лицея, после двух лет беспробудного загула и запоя каждую ночь, я смогу вновь привыкнуть к нормальной жизни, с лекциями по утрам в душных аудиториях. И еще я очень много думал об Элис. О том, насколько глубоко она запала мне в душу. Не будь Эдвард ее братом, я бы позвонил ему и все бы выложил, он бы посоветовал что-нибудь стоящее, но проблема в том, что из миллионов девчонок я выбрал именно его сестру. Жесть, Джаспер, так умеешь только ты.
В гостиницу я вернулся под утро, вспомнил о предстоящем вечере, завалился на кровать прямо в одежде и заснул, так как не спал давно. Видимо, пора заканчивать с кокой, лучше уж полноценно высыпаться, - промелькнуло у меня в голове, и я провалился в мягкую бездну сна.
