//twilightmovie.ucoz.com - сайт о вампирах. Дневники вампира; Настоящая кровь; Сага Сумерки - Форум

Но сеня будет прода)) Глава у меня есть следующая))

В планах перевести You Make My Dreams Come True

- Сборы в дорогу, - прочитала Розали.

С тех пор, как я стала вампиром, мое отношение к мифологии стало гораздо серьезнее.

- Действительно? Я - нет, - сказал Эммет. – Я до сих пор не верю, что греческие боги существовали…
- Она подразумевала мифы, связанные с вампирами, - закатила глаза Розали.
- Ох, верно… но все равно, я даже на них не обращаю внимания, - пожал плечами Эммет.

Часто, когда я задумывалась о своих первых трех месяцах бессмертия,

- Оууу… мы пропустили несколько месяцев? – надулся Эммет.

я представляла, как могла бы выглядеть сейчас моя нить в полотне Судьбы, на тот случай, если все-таки оно существует. Я была уверена, что моя нить должна была изменить цвет. Я думала, что сначала, вероятно, она была светло-бежевая, что-нибудь сопутствующее и не выделяющееся, отлично подходящее для тканой основы. Теперь же моя нить должна была быть насыщенного темно-красного цвета или цвета переливающегося золота.

- Э-э… не понимаю, о чем она говорит, - произнес Эммет.
- У меня такое чувство, что все прояснится, как только мы продолжим читать, - терпеливо объяснил Карлайл.

Гобелен из нитей моей семьи и друзей, оплетенных вокруг меня, был прекрасным, светящимся, полным их ярких, дополняющих друг друга цветов.
Я была удивлена теми нитями, что пришлось вплетать в мою жизнь. Оборотни, с их глубокими древесными цветами, были не тем, что я ожидала; Джейкоб и Сет, конечно, но и мои старые друзья, Квил и Эмбри, стали частью гобелена, присоединившись к стае Джейкоба,

- Ох, в стае щенка пополнение, - улыбнулся Эммет.
- Отлично, теперь еще больше волков будет бродить около нас, - проворчала Розали.
- Думаю, теперь они точно знают, что Джейкоб не собирается уходить или возвращаться к стае. Так что было естественно, что мальчики присоединились к его стае, - промолвил Карлайл.

даже Сэм и Эмили стали радушнее. Отношения между нашими семьями стали проще, в основном благодаря Ренесми - ее легко было любить.

- Да, в это я верю, - улыбнулась Розали вместе с Эсми и Эдвардом.

Сью и Леа Клируотер тоже стали частью нашей жизни больше, чем я могла ожидать.

- Действительно? Я думала, волчица ненавидит нас, - фыркнул Эммет.
- Она – часть стаи щенка. Должно быть, она тоже часть гобелена, - пожал плечами Джаспер.

Сью, похоже, взяла на себя заботу о Чарли, стараясь облегчить для него вовлечение в мир невероятного. Она приходила вместе с Чарли к Калленам достаточно часто, но ей никогда не было у них настолько комфортно, насколько себя чувствовал ее сын и большинство стаи Джейкоба. Она почти не разговаривала, просто старалась быть рядом с Чарли, оберегая его.
Она всегда была первым человеком, на которого он смотрел, когда Ренесми вытворяла что-то из ряда вон выходящее, а это случалось часто. В ответ Сью многозначительно смотрела на Сета, как бы говоря «Да, расскажи-ка мне об этом».

Эммет засмеялся: – Отличное выражение.
- Я рада, что она помогает Чарли, - улыбнулась Эсми.

Лее было еще менее комфортно, чем Сью, она была единственной из нашей недавно увеличившейся семьи, кто с неприкрытой враждой относился к объединению. Однако у нее с Джейкобом было новое соглашение, которое удерживало ее рядом с нами.

- Говорил же вам, - ухмыльнулся Джаспер.

Я однажды спросила об этом у Джейкоба, нерешительно, потому что не хотела просто любопытствовать, но их отношения настолько отличались от уже привычных, что мне стало интересно. Он пожал плечами и сказал, что это дела стаи.

- Аргх, - простонала Розали.
- Что? – спросил ее Эммет.
- Она злится потому, что мы-то отлично осведомлены об этих «делах стаи», - ухмыльнулся Эдвард.
Розали впилась взглядом в брата, но продолжила читать.

Теперь она была второй по главенству в стае, его Бетой, как сказала я когда-то очень давно.
«Я понял, что раз уж я на самом деле стал вожаком стаи», - объяснил Джейкоб, - «то надо было уладить все формальности».
Новая ответственность вынуждала Лею часто встречаться с Джейкобом для отчетов, а так как он был постоянно с Ренесми…
Лее не доставляла радость необходимость быть рядом с нами, но она была исключением. Счастье было основной составляющей моей новой жизни, основным рисунком на гобелене. Настолько, что наши отношения с Джаспером стали гораздо ближе, чем я могла когда-либо надеяться.

- Что ж, это определенно приятно слышать, - улыбнулся Джаспер.

Хотя в первое время меня это напрягало.
«Бо-о-оже», - пожаловалась я однажды вечером Эдварду после того, как мы уложили Ренесми в ее кованую кроватку, - «если уж я не убила Чарли и Сью до сих пор, то это точно уже никогда не случится. Я бы хотела, чтобы Джаспер перестал кружить возле меня все время!»

- Не думаю, что именно поэтому я все время рядом, - нахмурился Джаспер.
- Конечно, нет, - ответила Элис. – Думаю, это как-то связано с ее гобеленом, о котором она говорит.

«Никто не сомневается в этом Белла, ни на йоту», - уверил он меня, - «ты ведь знаешь Джаспера, он не может устоять, когда чувствует хорошую эмоциональную атмосферу. А ты настолько счастлива все время, что он старается быть ближе к тебе, не задумываясь об этом».
А потом Эдвард крепко обнял меня, потому что ничто не радовало его больше, чем переполнявший меня восторг от моей новой жизни. И я была в эйфории основную часть времени, потому что днем мне не хватало времени, чтобы полностью насладиться восхищением от моей дочери, а ночью - не хватало часов, чтобы унять мою потребность в Эдварде.

- Похоже, она достаточно быстро нашла баланс в своей жизни, - улыбнулся Эдвард.

Ну, у этой радости была и обратная сторона. Если перевернуть ткань наших жизней, то мне казалось, что рисунок с этой обратной стороны сплетен из унылых серых нитей сомнений и страха.

- Отлично, именно это я и хотела услышать, - пробубнила Розали.

Ренесми произнесла свое первое слово, когда ей была всего одна неделя. Этим словом было «Мама»,

- Ох, - ахнули девушки, но в тоже время всех в комнате взволновала эта новость.

которое бы осчастливило весь мой день, если бы я не была настолько испугана ее прогрессом, что мне пришлось заставлять свое застывшее лицо улыбаться ей в ответ. Легче мне не стало от того, что ее первое слово тут же на одном дыхании продолжилось ее первым предложением.
«Мама, где дедушка?» – спросила она чистым высоким сопрано,

- И так выразительно, - пробормотал Карлайл. – Она говорит не как младенец, а как взрослый.

напрягаясь только потому, что приходилось говорить громко, так как я была на другом конце комнаты от нее. Она уже задала этот вопрос Розали, используя свой нормальный (или совершенно ненормальный, с другой точки зрения)

Эммет ухмыльнулся, хотя и выглядел взволнованным.

способ общения. Розали не знала ответа, и Ренесми обратилась ко мне.
Когда она сделала свои первые шаги меньше чем через три недели, все было также.
Она просто долго смотрела на Элис, пристально разглядывая, как ее тетя собрала букеты в вазах, расставленных по комнате, и протанцевала обратно по этажу с руками, полными цветов. Ренесми встала на ноги, ни разу не пошатнувшись, и пересекла этаж почти также грациозно. Джейкоб ударился в аплодисменты, потому что именно этой реакции ждала Ренесми.

- Да, это очень важно для ее развития – поощрять подобные вещи, - заявил Карлайл. – Даже если мы и волнуемся из-за того, что она делает все это слишком рано.

То, как он был связан с ней, всегда отводило его собственную реакцию на второй план, его первым рефлексом было дать Ренесми то, что она хочет. Но наши глаза встретились, и вся паника в моих глазах отразилась в его. Я тоже начала хлопать в ладоши, пытаясь скрыть от нее свой страх.

- Будем надеяться, что она не слишком проницательная, - нахмурился Эдвард, желая, чтобы его дочь жила мирно, насколько это возможно.

Эдвард тихо зааплодировал рядом со мной, и нам не надо было обмениваться вслух мыслями, чтобы знать, что они совпадают.
Эдвард и Карлайл усиленно занимались исследованием в поисках хоть каких-то ответов, чего ожидать. Находилось очень немногое, и ничего нельзя было проверить.
Элис и Розали обычно начинали наш день с показа мод.

- Да, - с восторгом воскликнула Элис. – По крайней мере, я смогу поиграть с ней.
Эдвард зло посмотрел на сестру, но она не позволила ему испортить свое веселье.

Ренесми никогда не надевала одну и ту же одежду дважды, частично потому, что перерастала свою одежду практически немедленно, и частично потому, что Элис и Розали пытались создать детский фотоальбом, который должен был охватывать года, а не недели.

- Отличная мысль, - бросила Розали. – Нам определенно понадобятся снимки каждой минуты ее жизни.

Они делали тысячи фотографий, документируя каждый этап ее ускоренного детства.
В три месяца Ренесми походила либо на большого годовалого малыша, либо на еще маленького двухлетнего. Она не была похожа на ребенка, только начавшего ходить, она была тоньше и грациознее, ее пропорции были скорее, как у взрослого человека. Ее бронзовые локоны спадали до талии, и я бы не смогла остричь их, даже если бы позволила Элис.

- Приятно знать, что хоть в чем-то мы согласны, - сказала Элис, тоска поселилась в глазах женщин, это говорило о том, как сильно они хотят увидеть эту маленькую девочку прямо сейчас.

Она говорила с безупречной грамматикой и артикуляцией, но редко утруждала себя этим, предпочитая просто показывать то, что она хочет. Она могла не просто ходить, а также бегать и танцевать. Она могла даже читать.
Однажды ночью я читала ей Теннисона,

- Теннисона? – воскликнул Эммет, поморщившись. – Странный выбор для сказки на ночь. Должно быть, она умирает от скуки.
Розали также нахмурилась. Ей нравилось идея, что детям на ночь принято читать сказки.

потому что течение и ритм его поэзии были расслабляющими (мне срочно был нужен новый материал, Ренесми, в отличие от остальных детей, не любила, когда на ночь ей повторяли одни и те же истории, и ее не интересовали книжки с картинками).

- О-о, она такой же сноб, как и ее папочка, - ухмыльнулся Эммет.
- Нет ничего плохого в том, что ребенку не нравятся слышать дважды одни и те же истории, - пожал плечами Эдвард, улыбаясь.

Она потянулась к моей щеке, рисуя в своей голове наш образ, но только с ней, держащей книгу. Я отдала ей книгу, улыбаясь.
«Есть музыка», - прочитала она без колебаний, - «чей вздох нежнее упадает, чем лепестки отцветших роз, нежнее, чем роса, когда она блистает, роняя слезы на утес; нежней, чем падает на землю…»

- Скукота, - проворчал Эммет.
- Думаю, Ренесми уже переросла твой уровень, Эм, - дразнил брата Джаспер.

Мой голос был лишен интонаций, когда я забрала книгу.
«Если ты будешь читать, то как же ты уснешь?» – спросила я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.
По подсчетам Карлайла, рост ее тела постепенно замедлялся, а вот ее разум только ускорил свое развитие. Даже если ее взросление будет держаться в том же темпе, что сейчас, она станет взрослой не позднее, чем к своим четырем годам.

- Четыре года? – выдохнул Эдвард. Ему нужно больше времени, чтобы побыть со своей малышкой… он мог слышать, как эта же мысль отражалась в мыслях других членов его семьи.

Четыре года. Пожилая женщина в пятнадцать.
Только пятнадцать лет жизни.

- Нет… это не может быть правдой, - прошипел Эдвард.
- Наша драгоценная малышка… она обязана жить намного дольше, чем пятнадцать лет, - согласилась Розали, чувствуя, что если у нее будет только это время, то ее сердце разобьется.
- Возможно, она перестанет расти, - промолвила Элис, пытаясь, чтобы ее голос звучал уверенно, но каждый мог услышать страх в нем.
- В конце концов, Ренесми наполовину бессмертная, - добавил Джаспер, пытаясь внушить им надежду и не позволить их страхам поглотить себя.
- Верно, - задумчиво проговорил Карлайл.
- Но она растет… вампир не может расти, - заметил Эдвард. Он не хотел тешить себя напрасными иллюзиями… но он понимал, что уже слишком поздно для этого. Он хотел, чтобы Джаспер и Элис оказались правы.

Но она была такой здоровой. Живой, яркой, сияющей и счастливой. Ее бросающееся в глаза хорошее самочувствие облегчало для меня радость от общения с ней в настоящее время и позволяло не думать о будущем.
Карлайл и Эдвард тихими голосами, которые я старалась не слушать, обсуждали наши дальнейшие действия на будущее с разных сторон. Они никогда ничего не обсуждали, когда по близости был Джейкоб, потому что один способ остановить взросление был, но Джейкобу он вряд ли бы понравился.

- Это правда, - изрекла Розали. – Мы сделаем ее полноценным вампиром.
- Интересно, что с ней сделает яд вампира, - промолвил Карлайл. – Видя что уже сейчас она почти настолько же сильная, как и мы… Эта мысль пугает.
- Но это лучше, чем ее смерть, - запротестовала Розали, и Эдвард кивнул.

Мне не нравился. Слишком опасно! Кричали мои инстинкты. Джейкоб и Ренесми были во многом так похожи, оба были двойственными существами, две сути в одном. И все легенды об оборотнях настойчиво утверждали, что яд вампира был скорее смертным приговором, а не способом обрести бессмертие…

- Ох, - выдохнуло несколько людей.
- Здесь она права, ведь так? – грустно проговорила Розали. – Слишком большой риск.
- Да, - согласился Эдвард. – Не думаю, что это хорошая мысль, особенно, если этого можно как-то избежать.

Карлайл и Эдвард исчерпали все способы для исследования на расстоянии, и теперь мы собирались последовать за старыми легендами к их источникам. Мы собирались начать с Бразилии. У племени Тикунас были легенды о детях, таких как Ренесми… Если когда-нибудь существовали дети, подобные ей, то может быть еще сохранились рассказы о жизни полу-смертных детей.

- Да, звучит хорошо, - сказал Карлайл. – В легендах должна быть частица правды… возможно все еще существуют вампиры, которые смогут рассказать нам все, что знают.

Единственным оставшимся вопросом было то, когда именно мы отправимся.
Я все тормозила. Частично потому, что не хотела уезжать из Форкса до окончания праздников ради спокойствия Чарли.

В планах перевести You Make My Dreams Come True

Но в основном потому, что сначала мне надо было совершить еще одну поездку, это, безусловно, было приоритетом. К тому же ехать надо было одной.

Эдвард сузил глаза: – Она думает, что я позволю ей в одиночку поехать к Волтури.
- Очевидно, - ухмыльнулся Эммет.
- Что ж, она ошибается! – отрезал Эдвард. – Я не позволю ей и близко приблизиться к этим кретинам без меня! О чем она только думает?
- Должно быть, она волнуется из-за того, что Аро может прочесть твои мысли и узнать о Несси, - заметил Джаспер.
Эдвард зашипел, ему это совсем не нравилось, но он понимал, что его брат прав.

Это был единственный предмет наших споров с Эдвардом с тех пор, как я стала вампиром. Главной частью противостояния было то, что я собиралась ехать одна. Но дела обстояли так, что мой план был единственным, имеющим рациональное зерно.

- Так что… - проворковал Эммет, пытаясь сымитировать голос Беллы и показав язык Эдварду.

Я собиралась посетить Волтури и собиралась сделать это совершенно одна.
Даже не считая старые кошмары, и вообще все остальные сны, невозможно было забыть о Волтури. Да и они не оставляли нас без напоминаний.
До появления подарка от Аро я не знала, что Элис отправила свадебное приглашение предводителям Волтури. Мы тогда были далеко, на острове Эсми, когда у Элис было видение воинов Вольтури – Джейн и Алека, близнецов, по своей ужасающей силе превосходивших всех в клане. Кайус планировал отправить разведывательную партию, чтобы проверить, не являюсь ли я до сих пор человеком,

Эдвард вздрогнул.
- Она действительно права, и ты это знаешь, - произнес Джаспер. – Она…
- Знаю, - вновь прошипел Эдвард, не желая больше обсуждать это.

вопреки их приговору (поскольку я знала о существовании вампиров, то я должна была либо стать одной из них, либо замолчать… навечно). Так что Элис отправила им приглашение, предвидя, что это остановит их, как только они поймут скрытый смысл в этом послании. Но когда-нибудь они все-таки придут. Это было очевидно.
Сам по себе подарок не представлял угрозы. Экстравагантный - да, почти пугающий в своей экстравагантности. Угроза была внутри поздравительной открытки Аро, написанная им собственноручно черными чернилами на квадрате ровной белой бумаги:
«Я очень рассчитываю на личную встречу с новой миссис Каллен».

- Чуваки, от этого мужчины у меня мурашки по коже, - воскликнул Эммет. – Почему ты дружишь с ним, Карлайл?
- У нас есть некоторые… на самом деле очень много общих черт, - ответил Карлайл. – Например, мы оба любим что-то узнавать и исследовать и в восторге от того, что находим разгадку чему-то новому. Он очень любопытный мужчина, и я наслаждался дискуссиями, которые мы могли вести часами… о чем только взбредет в голову.
- Да уж, - бросил Эммет.

Подарок был вручен в старой деревянной шкатулке с затейливой резьбой, украшенной золотом и перламутром и инкрустированной россыпью драгоценных камней. Элис сказала, что шкатулка сама по себе невероятное сокровище, которое затмило бы любое другое, за исключением того, что внутри нее.
«Мне всегда было любопытно, куда пропали королевские драгоценности после того, как Английский Джон (или Джон Безземельный, король Англии, младший брат Ричарда Львиное сердце – прим. пер.) заложил их в тринадцатом веке», - промолвил Карлайл. - «Думаю, что мне не стоит удивляться, что Волтури приложили к этому руку».

- Вау, звучит как очень милый подарочек, - заметил Эммет.
- И думаю, отлично подходит тому, кто не любит принимать подарки, - ухмыльнулся Джаспер.

Ожерелье было простым - золото, плетенное тонкой цепью из чешуек, словно гладкой змеей, плотно обхватывающей горло, всего с одним камнем в подвеске, бриллиантом размером с мяч для гольфа.
Неприкрытое напоминание в записке Аро интересовало меня больше, чем камень. Волтури хотели видеть, что я бессмертна, что Каллены послушны указаниям Волтури, и они хотели увидеть меня как можно скорей. Нельзя было допустить их появления в окрестностях Форкса. Был только один способ сохранить здесь нашу жизнь в безопасности.
«Ты не поедешь одна», - настаивал Эдвард сквозь зубы, сжимая руки в кулаки.
«Они не тронут меня», - говорила я настолько мягко, насколько могла, заставляя свой голос звучать уверенно, - «у них нет на то причин. Я вампир. Тема закрыта».

- Но это еще не значит, что я поверил, что они не тронут тебя, - возмутился Эдвард.
- Они не тронут ее, Эдвард, - мрачно проговорил Карлайл. – Аро слишком заинтересован, желая узнать, что может Белла… какой у нее дар и как она может применять его.

«Нет. Ни за что».
«Эдвард, это единственный способ защитить ее».
И с этим он не мог спорить. Моя логика была нерушима.

- И Эдди это определенно не нравится, - засмеялся Эммет.

Даже за то короткое время, что я общалась с Аро, я поняла, что он коллекционер, и наиболее ценными в его коллекции были живые экземпляры. Его интерес к красоте, талантам и особенностям его бессмертных спутников был куда живее, чем к драгоценностям, запертым в его чертогах. Было уже более чем достаточно того, что он проявлял интерес к способностям Эдварда и Элис, и я не собиралась предоставлять ему еще один повод для зависти к семье Каленов.

- Да уж, думаю, вы уже предоставили достаточно поводов, - пробормотал Джаспер.
- Согласен. Думаю, она уже в листе тех, кем Аро хочет обладать, - нахмурился Карлайл.
Эдвард зашипел.
- Прости, Эдвард, - вздохнул Карлайл.

Ренесми была красива, одарена и уникальна – одна-единственная в своем роде. Он не должен ее увидеть, даже через чьи-то мысли.

- Она абсолютно права, - согласился Карлайл.
- Но должен быть какой-то способ подстраховать ее, - обреченно протянул Эдвард. – Она не может ехать туда одна.
- Я не вижу другого пути, - нахмурился Карлайл. – С кем бы она ни поехала, его мысли подвергнут Несси опасности.
- По крайней мере, мысли того, кто знает о Несси, - сказал Эммет.
- Что ты только что сказал? – Эдвард резко повернул голову к брату. – Вот оно… она может поехать с кем-то, кто ничего не знает о Ренесми?
- Это может сработать… но с кем? – задумчиво пробормотал Карлайл.
- Не знаю, - ответил Эдвард. – Вероятно с кем-то из Денали.
- Не думаю, что кто-то из них захочет еще раз встретиться с Волтури, - заметил Джаспер.
- Верно… похоже, будет трудно найти добровольцев, которые захотят навестить Волтури, - согласился Карлайл.
- Но все же, я уверен, что кого-то мы таки сможем убедить поехать с Беллой, - заявил Эдвард.
- Даже если мы не скажем им настоящую причину, почему никто из нас не может поехать с ней? - произнес Джаспер. – Думаю, это плохая идея. Когда Аро прочитает их мысли, он поймет, что мы пытаемся что-то скрыть от него.
- Хм, - выдохнул Эдвард, раздраженный тем, что брат прав.

И я была единственной, чьи мысли он не мог прочесть. Конечно, я собиралась ехать одна.
Элис не видела никаких проблем в моей поездке, но ее беспокоило, что в ее видениях не было четкости. Она говорила, что также мутно бывает тогда, когда сторонние решения, ещё не ставшие конкретными, могут помешать.

Эдвард еще сильнее нахмурился. Он хотел иметь хоть какие-то гарантии того, что Белла будет в безопасности.

Из-за этого сомневающийся Эдвард становился категорически против моей поездки.

- Действительно? – воскликнул Эммет. – Какая неожиданность!

Он собирался сопровождать меня до Лондона, но я не хотела оставлять Ренесми без обоих родителей. Вместо него со мной собрался Карлайл. То, что он будет всего в нескольких часах от меня, позволяло и мне, и Эдварду немного расслабиться.

- Верно… но только совсем немного, - пробормотал Эдвард.

Элис продолжала просматривать будущее, но то, что она видела, никак не относилась к тому, что она искала. Новый друг в супермаркете; возможный визит примирения от Ирины, хотя ее решение еще не было твердым; снежная буря, которая случится не ранее, чем через шесть недель; звонок от Рене (я практиковалась со своим «грубым» голосом, и получалось все лучше с каждым днем, чтобы Рене знала, что я все еще больна, но уже поправляюсь).
Мы купили билеты в Италию на день, следующий за днем, когда Ренесми исполнится три месяца. Я рассчитывала, что поездка будет очень короткой, поэтому не стала говорить об этом Чарли. Джейкоб знал и принял позицию Эдварда. Однако сегодня спор касался Бразилии. Джейкоб настаивал на поездке вместе с нами.
Трое из нас - Джейкоб, Ренесми и я - охотились вместе. Диета из крови животных не очень-то привлекала Ренесми,

- Что ж, как и нас, - пробубнил Эммет. – Но это то, с чем приходится жить… существовать.

и поэтому Джейкобу было разрешено отправиться одному. Джейкоб устраивал соревнование между ними, и это подстегивало ее как ничто другое.

- Я тоже хочу поучаствовать, – надулся Эммет. – Я бы показал им, кто здесь лучше всех.

Ренесми четко понимала, что значит хорошо, а что плохо относительно охоты на людей, просто она считала, что донорская кровь является неплохим компромиссом.

Карлайл ухмыльнулся; ему очень понравился найденный компромисс.

Человеческая кровь насыщала ее и, видимо, являлась подходящей ее внутреннему строению, но на все варианты другой твердой пищи она реагировала с тем же терпением мученика, с каким отнеслась однажды на предложенные мной цветную капусту и фасоль. Кровь животных была, по крайней мере, лучше, чем это. У нее была склонность к соперничеству, и желание победить Джейкоба пробуждало в ней интерес к охоте.

- Она идеально приспособится к нашей семье, - фыркнул Эммет.
- Она идеально приспособится и не к нашей семье, - уверенно заявила Розали.

«Джейкоб», - сказала я, пытаясь урезонить его, пока Ренесми танцевала перед нами по длинной прогалине в поисках симпатичного ей запаха, - у тебя есть обязательства здесь. Леа, Сет…»
Он фыркнул.
«Я не нянька для своей стаи. Так или иначе, у них у всех есть другие обязанности в Ла-Пуш».

- Хм, он даже не воспринимает свои обязанности перед стаей всерьез, - проворчала Розали.

«А у тебя их нет? Не уж-то ты официально бросил школу? Если ты собираешься и дальше быть рядом с Ренесми, тебе придется учиться гораздо усерднее».

- Несси очень сообразительная, - ухмыльнулся Эммет.
- Аргх, неужели Ренесми таки застрянет с этим тупицей? - простонала Розали.
- На самом деле, Джейкоб может быть очень проницательным, когда захочет, - ответил Карлайл. – Уверен, что он так же быстро взрослеет.

«Я просто взял отпуск на год. Я вернусь, когда все…замедлится».
Когда он сказал это, я потеряла весь пыл для продолжения спора, и мы оба автоматически посмотрели на Ренесми. Она глядела на снежные хлопья, высоко парящие прямо над ее головой. Они таяли, не долетая до желтеющей травы на длинном лугу, по форме напоминающем острие стрелы, на котором мы стояли. Ее одежда цвета слоновой кости и вся в оборках была чуть темнее снега, а ее красно-коричневые кудряшки мерцали на свету, хотя солнца совсем не было видно из-за облаков.
Пока мы смотрели, она присела и тут же прыгнула вверх в воздух на 15 футов.

- Довольно высокий прыжок, – ухмыльнулся Эммет.

Ее маленькие ладошки поймали снежинку, и она мягко приземлилась на землю.
Она повернулась к нам, улыбаясь своей ошеломляющей улыбкой – действительно это было не то, к чему можно привыкнуть – и открыла руки, чтобы показать нам идеальную восьмиугольную снежную звезду в своей ладошке до того, как та растаяла.
«Красиво», - одобряюще ответил ей Джейкоб, - «но, по-моему, ты увиливаешь, Несси».
Она прыгнула обратно к Джейкобу, он поднял руки как раз в тот момент, когда она в них влетела. Они двигались абсолютно синхронно. Она всегда так делала, когда собиралась что-то сказать. Она все еще предпочитала не говорить вслух. Ренесми дотронулась до его лица, очаровательно сморщившись, пока мы все слушали шорох от маленького стада лосей, двигавшегося далеко в лесу.
«Ну, коне-е-ечно, ты не голодна, Несси», - протянул он немного саркастически, но больше со снисхождением в голосе, чем с чем-нибудь еще, - «ты просто боишься, что я поймаю самого большого».
Она выпрыгнула из рук Джейкоба, мягко приземлившись на ноги, и округлила глаза - она была так похожа на Эдварда, когда так делала.

- Ах, - ахнули девушки, затем засмеялись.

Тут же Ренесми сорвалась с места и скрылась в деревьях.
«Я догоню», - промолвил Джейкоб, когда я наклонилась, собираясь последовать за ней. Он сорвал с себя футболку, бросившись за ней в лес.
«Не жульничать!» - крикнул он Ренесми.
Я, улыбнувшись листьям, которые трепетали, попав в их вихрь, покачала головой. Иногда Джейкоб казался еще большим ребенком, чем Ренесми.

- Что она подразумевала под «иногда»? – возмущалась Розали.
- Спросила женщина, которая умудрилась выйти замуж за великовозрастное дитя, - дразнила сестру Элис.
- Эй, - обиделся Эммет.

Я остановилась, давая своим охотникам фору. Будет проще некуда найти их по следу, а Ренесми будет рада удивить меня размерами своей добычи.
Я снова улыбнулась.
Узкий луг был очень спокоен, очень пуст. Снежинки кружили и таяли надо мной, снегопад почти прошел. Элис видела, что его не будет еще несколько недель.
Обычно мы отправлялись на эти охотничьи вылазки вместе с Эдвардом. Но сегодня Эдвард остался с Карлайлом для обсуждения поездки в Рио, за спиной Джейкоба… Я нахмурилась.

- Аргх… щенок опять нравится Белле, - проворчал Эдвард.
- Да и ты очевидно уже не так зол на щенка, - заметил Джаспер, ухмыляясь.

Когда вернусь, займу сторону Джейкоба. Он должен поехать с нами. Для него это имело большее значение, чем для любого из нас – вся его жизнь была поставлена на карту, также как и моя.
Пока мои мысли были заняты нашим ближайшим будущим, мои глаза привычно скользили по горному склону в поисках добычи, в поисках опасности. Я не задумывалась об этом, все это я делала автоматически.
Хотя, возможно, причина моего столь пристального наблюдения существовала - мои сверхобостренные чувства уловили какое-то крошечное движение до того, как я его осознала.

- Что? – заволновался Эдвард. – Что это?

В планах перевести You Make My Dreams Come True

- Она? – спросил Эдвард, по-прежнему волнуясь. – Это звучит не слишком обнадеживающе.
Розали видела, что Карлайл и Джаспер собираются что-то сказать, но продолжила читать. Она хотела знать, кто в действительности это был, а не строить предположения.

То, что она была вампиром, было очевидно. Ее кожа была белоснежной, в миллион раз более гладкой, чем человеческая. Даже несмотря на облака, ее кожа мягко переливалась. Если бы ее не выдала кожа, ее выдала бы неподвижность. Только вампиры и статуи могут быть настолько недвижимы.
Ее волосы были светлыми, пепельными, почти серебряными. Это и был тот блеск, что уловили мои глаза. Они лежали совершенно ровно, достигая до изгиба подбородка, немного касаясь его центра.

- Значит, это Ирина, - пробормотал Карлайл и расслабился.
Эдвард, однако, нет. Ему по-прежнему не нравилось происходящее.

Она была мне не знакома. Я была абсолютно уверена, что никогда раньше не видела ее, даже как человека. Ни одно из лиц в моей мутной памяти не было похоже на это. Но я узнала ее сразу по ее темно-золотым глазам.
После всего случившегося Ирина все-таки решила прийти.
На одно мгновение мы стояли и смотрели друг на друга. Я пыталась понять, догадалась ли она сразу же, кто я такая.

- Вероятно, поскольку среди нас больше нет новорожденных, - ухмыльнулся Эммет.

Я приподняла руку, собираясь помахать, но ее губы тут же сжались в тонкую линию, сделав выражение ее лица внезапно враждебным.

- Почему враждебным? – спросила Эсми, ее голос слегка дрогнул.
- Не знаю, - ответил Карлайл, опять начиная волноваться.

Я услышала победный крик Ренесми из леса, услышала эхо воя Джейкоба и увидела, как лицо Ирины рефлекторно метнулось на звук, которой дошел до нее на несколько секунд позже. Ее взгляд скользнул чуть вправо, и я знала, что она увидела.
Огромного красно-коричневого волка, возможно, того самого, что убил ее Лорана.

- О, Господи… из этого ничего хорошего не получится, - выдохнула Эсми.
- Глупая дворняга, опять все рушит, - прошипела Розали.

Как долго она наблюдала за нами? Я была уверена, что достаточно долго, чтобы увидеть наше нежное общение до этого.
Ее лицо исказилось болью.
Инстинктивно я развела руки в извиняющемся жесте. Она повернулась ко мне, ее губа вздернулась, обнажив зубы. Разжав челюсти, она зарычала.

Эдвард зашипел, ему не нравилось, что Ирина зарычала на Беллу.

Когда до меня дошел этот звук, она уже, развернувшись, исчезла в лесу.
«Вот дерьмо!» – простонала я.

- Вот это верно, сестричка, - ухмыльнулся Эммет.

Я рванула в лес по следам Джейкоба и Ренесми, не желая упускать их из виду. Я не знала, куда именно унеслась Ирина, и насколько взбешена она была сейчас. Месть для вампиров была одной из навязчивых идей, одной из тех, с которыми было непросто совладать.

Эдвард сузил глаза.
- Она этого не сделает, - проговорил Карлайл, пытаясь, чтобы его голос звучал уверенно. – Не волнуйтесь.

Мне, бежавшей на полной скорости, понадобилось всего две секунды, чтобы догнать их.
«Мой больше», - услышала я, как настаивала Ренесми, в то время как я прорвалась через колючие кусты на маленькое открытое пространство, где они находились.
Джейкоб прижал уши, как только увидел выражение моего лица, он подался вперед, обнажая зубы – его морда была перепачкана кровью добычи. Его глаза рыскали по лесу. Я слышала, как в его горле зарождается рычание.
Ренесми встревожилась так же, как и Джейкоб. Игнорируя мертвого оленя у ее ног, она взлетела в мои ожидающие объятия, прижимая свои любопытные ручки к моим щекам.
«Я переволновалась», - быстро разуверила их я, - «думаю, все в порядке. Подождите».
Я достала мобильный и нажала кнопку быстрого набора. Эдвард ответил после первого же гудка. Джейкоб и Ренесми внимательно слушали меня, пока я разговаривала.
«Приходи, возьми Карлайла», - тараторила я так быстро, что не знала, успевает ли за мной Джейкоб. – «Я видела Ирину, и она видела меня, но потом она увидела Джейкоба и, как мне показалось, убежала взбешенная. Тут она не появлялась – пока, по крайней мере – но выглядела она действительно очень расстроенной, так что если не объявится, то вам с Карлайлом надо пойти за ней и отыскать ее. Я ужасно себя чувствую».

- Здесь нет твоей вины, - проговорила Розали.

Джейкоб заворчал.
«Мы будем через полминуты», - уверил меня Эдвард, и я услышала свист ветра от его скорости.
Мы вновь вернулись на луг и молча ждали, пока я и Джейкоб внимательно вслушивались во все звуки чьего бы то ни было приближения, который не был нам знаком.
Когда звук стал слышен, мы его узнали. И тут же Эдвард встал рядом со мной. Через несколько секунд появился Карлайл. Я была удивлена, услышав тяжелую поступь больших лап, следующих за Карлайлом. Хотя удивляться тут было не чему. Понятно, что при малейшей угрозе для Ренесми, Джейкоб тут же позвал подмогу.

- Вы должны согласиться, что это хорошая мысль, - заявил Эммет.
Розали закатила глаза и неохотно согласилась: - Похоже, что да.

«Она была вон там на утесе», - сказала я им, показывая место.
Если Ирина уже убежала, то она уже довольно далеко. Остановится ли она, чтобы выслушать Карлайла? Судя по выражению ее лица, ответ «нет».
«Может быть, позвонить Эммету и Джасперу, чтобы они пошли с тобой. Она выглядела… очень расстроенной. Она рычала на меня».
«Что?» – спросил Эдвард со злостью.
Карлайл положил руку ему на плечо.
«Она очень переживает. Я пойду за ней».
«Я с тобой», - настаивал Эдвард.
Они долго смотрели друг на друга - возможно Карлайл сравнивал степень гнева на Ирину Эдварда и степень полезности от его способностей читать мысли.

Каллены ухмыльнулись, и, поскольку Карлайл улыбнулся, можно было предположить, что Белла угадала.

В конце концов, Карлайл кивнул, и они ушли искать след вдвоем, не позвав Эммета и Джаспера.
Джейкоб нетерпеливо запыхтел и ткнул меня в спину носом. Он хотел вернуть Ренесми домой, в безопасность, на всякий случай. Я согласилась с ним, и мы поспешили домой, с Сетом и Леей, бежавшими по бокам.
Ренесми сидела у меня на руках, ее рука все еще была прижата к моему лицу. Так как наша охота была прервана, она снова будет пить донорскую кровь. В её мыслях было немного самодовольства.

- Она определенно твоя дочь, - ухмыльнулся Эммет, и Каллены засмеялись.
- Это конец, - промолвила Розали, также улыбаясь, пока передавала книгу Элис.

- Будущее, - прочитала Элис.
- У меня какое-то плохое предчувствие, - пробормотал Эдвард, вздрагивая.
- Конечно, ты же у нас пессимист, у тебя всегда плохое предчувствие, - ухмыльнулся Эммет. – Тебе нужно научиться видеть во всем и светлую сторону.
- Этому никогда не бывать, - улыбнулся Джаспер.

Карлайл и Эдвард не смогли поймать Ирину до того, как ее след растворился в звуках леса. Они бы последовали за ней вплавь до другого берега, но не было ни единого намека на ее присутствие на многие мили в сторону восточного берега.

- Ох, как же я хочу, чтобы вы догнали ее, - нахмурилась Эсми.
- Да, я тоже, - ответил Эдвард, хотя выражение его лица было другим.

Это все было моей виной. Она пришла, как и предвидела Элис, чтобы заключить мир с Калленами, и была возмущена моей столь близкой дружбой с Джейкобом. Мне бы так хотелось узнать о её приближении до того, как она заметила Джейка, мне бы хотелось, чтобы мы отправились в тот день охотиться в другое место.
Очень многое было упущено. Карлайл позвонил Тане, чтобы сообщить ей печальные вести. Таня и Кейт не видели Ирину с тех пор, как они решили прийти к нам на свадьбу, и они едва ли не обезумели от того, что она пробралась так далеко и до сих пор не вернулась домой. Самым трудным для них было бы потерять сестру, однако, разлука не должна была быть столь тяжелой. Я думала, что, возможно, это заставило вспомнить их о том времени, когда они потеряли свою мать много веков тому назад.

- Вероятно, - пробормотал Джаспер, и Эсми несчастно вздохнула.

Элис пыталась увидеть ближайшее будущее Ирины, но так и не смогла разглядеть ничего конкретного. Но насколько Элис могла сказать, Ирина не собиралась возвращаться к Денали. Будущее Ирины было расплывчато и туманно. Все, что смогла усидеть Элис, так это то, что Ирина была чрезвычайно расстроена. Она бродила по снегу (на севере? на востоке?) с отсутствующим, опустошенным выражением лица. Не было никаких вестей о том, куда она именно направляется – её путь не имел цели.

Элис нахмурила брови, ей это определенно не нравилось. Так было всегда, когда кто-то пытался хоть что-то скрыть от ее видений. Она посмотрела на Эдварда и поняла, что он согласен с ней, но никто из них не озвучил это ужасное предположение. Но они никак не могли выбросить из головы тот мрачный пролог.

Шли дни... Я ничего не забыла, образ Ирины и выражение боли на ее лице не покидали мои мысли. Но были и другие, не менее важные вещи, о которых тоже стоило задуматься. Я собиралась отправиться в Италию в течение нескольких дней. По моему возвращению мы должны были уехать в Южную Америку.
Каждая деталь этой поездки обсуждалась уже сотни раз. Мы начнем с Тикуны, отслеживая и анализируя все легенды, взяв их из первоисточника. Сейчас было решено, что Джейкоб поедет с нами. Он четко фигурировал в наших планах – весьма маловероятно, что с нами будут говорить люди, которые не верят в существование вампиров.

- Определенно хорошая мысль, - согласился Карлайл. – Он может помочь нам.
- Аргх, - простонала Розали.
- Уверен, с ним нам легче будет что-то выяснить о Несси, - сказал Карлайл. – А это сейчас самое главное.

Если в Тикуне ничего не получится, то было еще несколько близко относящихся к подобному мест. У Карлайла было пару старых друзей в Амазонии; если мы найдем их, то нам удастся добыть еще кое-какую информацию. Или, по крайней мере, они подскажут нам, куда отправиться за ответами. Вряд ли три амазонских вампира имеют к «полукровкам» непосредственное отношение, поскольку все они женщины. Никто не знал, сколько займут поиски.

- Но они знают, где искать, и очень хорошо это умеют, - заметил Карлайл. – Не упоминая о том, как приятно будет вновь их встретить.

Я пока еще не сказала ничего Чарли о предстоящей длительной поездке. Я долго думала над тем, как сказать ему об этом, пока Карлайл и Эдвард продолжали обсуждать поездку. Как правильно преподнести ему это?
Пока мы говорили об этом, я наблюдала за Ренесми. Она свернулась клубочком на софе, ее дыхание было глубоким и размеренным, она спала. Кудряшки обрамили ее личико.
Обычно мы с Эдвардом забирали ее в наш коттедж, чтобы уложить в кроватку, но сегодня мы задержались с семьей, планируя нашу поездку.
Эммет и Джаспер обсуждали возможности будущей охоты.

- Это правда… отличный шанс поохотиться на кого-то другого, - бросил Эммет.

Животный мир Амазонии кардинально отличался от того, где жили мы. Ягуары и пантеры, например. У Эммета появилось желание сразиться с гигантской анакондой.

Эммет ухмыльнулся этой идее, и в самом деле выглядя заинтригованным.

Эсми и Розали составляли планы того, что они возьмут с собой. Джейкоб полностью отделился от стаи Сэма, ссылаясь на постоянное собственное отсутствие.
Элис передвигалась слишком медленно для себя - она скользила по комнате, прибирая и так безукоризненно чистые комнаты и поправляя аккуратно развешанные Эсми гирлянды. Сейчас она повторно выстраивала вазы Эсми. Я могла видеть частые смены выражений ее лица – сосредоточенное и задумчивое, затем пустое, ничего не выражающее, затем опять задумчивое – она пыталась увидеть будущее. Я предполагала, что сквозь пробелы, которые оставляли в её видениях Ренесми и Джейкоб, она пыталась увидеть, что нам ждать от нашего путешествия в Южную Америку. Это длилось до тех пор, пока Джаспер не сказал:
«Оставь это, Элис. Это не наша забота».
Комнату окутало облако сосредоточенности и тишина. Должно быть, Элис опять взволновалась из-за появления Ирины.
Она показала ему свой язык, подняла одну из ваз, в которой стояли красные и белые розы, и направилась в сторону кухни. Только в одном из стоявших в вазе цветков можно было заметить намек на некоторое увядание, но похоже, что Элис решила устранить все несовершенности, как старалась устранить и все пробелы в видениях.

- Я просто пытаюсь отвлечь себя, и я всегда пытаюсь сделать все совершенным, - заявила Элис.
- Ага, и это ужасно раздражает, если хочешь знать мое мнение, - хихикнул Эммет.
- Не хочу, - Элис сузила глаза на брата.

Отвлекшись на Ренесми, я не заметила, как ваза выскользнула из пальцев Элис. Я уловила лишь порыв воздуха, а как только подняла глаза, увидела, что хрустальная ваза разбилась на сотни маленьких осколков, разлетевшиеся по поверхности мраморного пола на кухне.

- Почему ты упустила вазу? – спросила Эсми, совсем не волнуясь из-за вазы, хотя и была уверена, что это одна из ее любимых. Все они знали - то, что заставило Элис уронить вазу, было поистине ужасающим.
- Волтури, - Эдвард сказал то, о чем думали все Каллены.
- Это они были в прологе, - проговорил Эммет, он выглядел почти радующимся этой драке, но в его глазах появился блеск, который был так присущ мужчинам-Калленам – блеск, связанный с желанием защитить самое дорогое для тебя существо, и это доказывало, что Эммет взволнован не меньше, чем другие члены семьи. – Думаю, мы скоро узнаем, почему.
Все глаза устремились к Элис, умоляя продолжить читать, и она немедленно выполнила их просьбу.

Мы видели, как блистали сотни осколков, в мгновение все взгляды устремились к Элис.
Моей первой мыслью было то, что она разыгрывает нас. Потому что Элис никак не могла выронить вазу из-за неуклюжести. Я бы метнулась через комнату и подхватила бы вазу, если бы не была уверена в том, что Элис поймает ее сама. И как же она все же выскользнула из ее рук? Из ее, всегда уверенных в своих движениях, цепких рук...
Я никогда не видела, чтобы вампир уронил что-либо по случайности. Никогда.

- Что ж, это случалось уже дважды, - произнесла Элис; но Каллены знали, что то, что последовало за этим, никогда не было очень-то хорошим.

И вот когда Элис повернулась, она сделала это так быстро, как не мог никто другой.
Ее глаза были рассредоточены. Одной частицей своего зрения она наблюдала за будущим, другой - за тем, что происходило в комнате. Она смотрела на нас, как будто выглядывала из могилы. Я была в ужасе, отчаянии, агонии от её пристального взгляда.

Каллены тоже застыли, пока Элис быстро читала, даже не пытаясь скрыть или замаскировать свое волнение.

Я слышала, что Эдвард задышал с трудом, я слышала его прерывистое дыхание.
«Что?» – прорычал Джаспер, подскочив к ней – осколки вазы стерлись в порошок под его ногами. Он взял ее за плечи и резко встряхнул. Звенящая тишина повисла в воздухе. – «Что такое, Элис?!»
Эммет встал в стойку, направив свой корпус в сторону окна. Его губы приподнялись, обнажив клыки.

Напряжение удвоилось.
- Если это то, чего мы все боимся, тогда они вряд ли нападут сейчас, - заявил Джаспер, его голос слегка дрожал, но это было простительно, поскольку сейчас он испытывал волнение шести вампиров в дополнение к своему собственному. Именно на такой эффект он рассчитывал: после его слов напряжение в комнате ослабло, но ужасные мысли не покинули его семью.

Эсми, Карлайл и Розали все еще были тихи. Как и я.
Джаспер тряхнул Элис еще раз.
«Что, Элис?»
«Они идут за нами», – одновременно прошептали Эдвард и Элис. – «Каждый из них».

Напряжение вернулось и даже возросло: их самые ужасные страхи подтвердились.

Тишина.
В один миг я поняла, потому что их слова позволили возникнуть в сознании моему собственному видению.

- Почему мы не понимаем? – спросил Эммет. – Мы же знаем, что Волтури – угроза нашему существованию… единственная вещь, которая могла так сильно взволновать Эдварда и Элис.
- Верно, но мы-то услышали об этом от Беллы, а ей это подсказала интуиция, - проговорил Карлайл жестким голосом, который заставил Эммета слегка вздрогнуть. Было ясно, что Карлайл был напуган, и это не было чем-то нормальным. – И я уверен, что она волнуется из-за этого намного сильнее, чем каждый из нас.

Это было призрачное воспоминание из сна – темные фигуры в плащах, надвигающиеся на нас сквозь туман, оковывая плотным кольцом. Смутные воспоминания об одном из моих человеческих кошмаров. Я не могла видеть огонь, пылающий в их глазах. Но я знала о нем.
Намного сильнее, чем воспоминание, всплыло желание защитить всех, кто был рядом со мной.
Я хотела взять Ренесми,

- Ренесми, - воскликнули Каллены вместе. Их глаза были наполнены страданием, и, если бы их лица могли, они бы побледнели.
- Должно быть, они подумали, что она – бессмертный ребенок, - Эммет сказал то, чего боялись все; он был единственным, кто смог это произнести вслух.
- Нет… - простонали Розали и Эсми. Эсми повернулась в объятиях Карлайла, спрятав лицо у него на груди, рыдая, как вампир.
Эдвард застыл как глыба льда, как и много раз раньше во время чтения этих книг. Но на этот раз в его глазах можно было увидеть, как он просчитывает все варианты. Он пытался придумать, как остановить все это.
- Мы не позволим этому случиться, - прошипела Розали, и, хотя было видно, что она волнуется и страдает, но ее злость и желание защитить прорвались сквозь них.
- Что мы можем сделать? – спросил Джаспер, его голос был напряжен, как будто он был чем-то раздавлен; как будто на него навалилось слишком много эмоций. – Они пошлют лучших за нами… придут все. Наша семья большая и сильная, но армия Волтури намного больше и сильнее…
- Так что, ты решил просто сдаться? - возмущался Эммет. – Мы собираемся защитить эту семью и, что еще вернее, мы собираемся защитить Несси ценой наших жизней.
Джаспер ничего не ответил, хотя был благодарен за слова брата, как и за то, что они сделали со всеми в этой комнате. Элис продолжила читать; желая поскорее узнать, что случится.

прижать ее к себе, защитить от всего. Но я не могла даже взглянуть на нее. Я ощущала себя глыбой льда. Впервые с того момента, как я переродилась в вампира, я ощущала холод.
И вот я услышала подтверждение своих страхов. Все это было не нужно, я уже и так знала.
«Волтури», – со стоном произнесла Элис.
«Все они», – одновременно с ней выдохнул Эдвард.

- Все они, - проговорил Карлайл, он стал еще бледнее, чем когда-либо раньше. – Ты имел в виду - даже жены…
Но ответа на этот вопрос не было, так что Элис продолжила читать.

«Зачем…» – прошептала Элис, явно обращаясь к себе. – «Как?»
«Когда?» – прошептал Эдвард.
«Зачем?» – Эсми отозвалась эхом.
«Когда?» – повторил Джаспер. Его голос был словно скован льдом.
Глаза Элис не моргали, будто какая-то пелена покрыла их; они словно бы затуманились. Рот Элис раскрылся в ужасе.
«Скоро», – сказали они одновременно.
Затем заговорила только Элис.
«Там снег в лесу. Ждать меньше месяца».

- Почему так долго? – удивился Джаспер.
- Они все придут, - ответил Карлайл. – Только потому, что они придут все, им понадобится так много времени.

«Зачем?» – спросил Карлайл.
Эсми ответила:
«У них должна быть причина. Может они хотят увидеть...»
«Нет, причина не в Белле», – ответила Элис ничего не выражающим голосом. – «Идут все они – Аро, Кайус, Маркус, каждый член охраны, даже жены».
«Жены никогда не покидают крепости», – возразил ей Джаспер. – «Ни во время южного противостояния, ни во время Римского вторжения в Вольтеру. Даже тогда, когда Волтури охотились за бессмертными детьми, жены не выходили из крепости. Никогда».
«Они уже в пути», – прошептал Эдвард.
«Но почему?» – опять спросил Карлайл. – «Мы не сделали ровным счетом ничего! А даже если сделали, что же могло заставить прийти их всех?!»

Каллены вздрогнули.

В планах перевести You Make My Dreams Come True

- Ирина! – ахнуло несколько вампиров, но Эдвард кричал, его глаза были полны боли и злости, а Элис это имя прошипела.
- Не может быть, - пробубнила Эсми, и Карлайл прижал ее поближе к себе, они оба была ранены тем, что кто-то, кого они считали частью своей семьи, смог так поступить с ними.
- Если она видела Ренесми, - мягко произнес Джаспер. – С того расстояния, на котором она находилась… она могла придти только к одному выводу.
- Но она пошла к Волтури… - вновь прошипела Элис. – Она же знала, что это будет смертным приговором для нас.
- Да, она это знала, - ответил Джаспер мрачным голосом, напоминая всем о прошлом сестер.
- Но это не оправдывает Ирину, - отрезала Розали. – Она могла прийти к нам… ей не стоило…
- Достаточно, - рявкнул Эдвард, его голос прозвучал резко из-за злости и боли, переполнявшей его. – Она пошла к Волтури, и с этим мы сейчас ничего не может поделать. Разговоры об этом делу не помогут.
- Эдвард, - сказала Эсми, выпутываясь из объятий Карлайла, подходя к сыну и обнимая его. Он выглядел так, будто именно сейчас ему нужно было почувствовать чьи-то объятия, но он никогда бы не попросил об этом.
- Эти книги не только помогут нам, - продолжал Эдвард, на этот раз его тон был менее мрачным. – Я вижу так много ошибок, которых наделал… и так много вещей, которых мы можем избежать. И эта одна из них. Если Ренесми родится в нашей реальности, мы должны убедиться в том, что семья Тани знает о ней все. Я не хочу, чтобы непонимание и недоразумение встали между нашими семьями.
- И ты сможешь просто игнорировать то, что сделала Ирина? – спросила Розали; она всегда помнила обиды, а особенно если они были направлены на ее семью: тогда она помнила их еще дольше и желала отомстить.
Эдвард посмотрел на сестру холодными черными глазами, и было ясно, что если бы сейчас Ирина была рядом с их домом, у нее были бы серьезные проблемы. – Со временем – да, - ответил Эдвард. – Я знаю лучше, чем кто-то из вас, через какую боль им пришлось пройти, когда они потеряли свою мать… - он попытался избавиться от этой боли, но не смог не думать об этом.

Вдруг она резко подняла голову. Эдвард задержал дыхание.
«Она решила пойти к ним», – сказала Элис. – «Ирина решила пойти к Волтури. И затем они приняли решение... Но выглядело так, будто они ждали ее. Будто их решение уже было принято, и оно просто ждали...»

- Странно, - пробормотал Джаспер, сузив глаза.
- Да, - ответил Карлайл, чувствуя неловкость, - потому что только она могла рассказать им о том преступлении, которое мы якобы совершили.

Наступила гробовая тишина. Что же такое сказала им Ирина, что стало причиной такому видению Элис?
«Мы можем ее остановить?» – спросил Джаспер.
«Никаких шансов. Она почти на месте».
«Что она делает?» – задал вопрос Карлайл, но я уже не обращала внимания на их дискуссию. Все мое внимание сосредоточилось на картинке, сложившейся в моей голове.
Я видела Ирину, стоявшую на скале и наблюдавшую за нами. Что же видела она? Вампира и оборотня, которые были лучшими друзьями. Я сфокусировалась на этом, чтобы понять ее реакцию. Это было не все, что она видела.
Она видела ребенка. Изумительно красивого ребенка на фоне белого снега. Явно больше, чем просто человеческого ребенка.
Ирина... осиротевшие сестры... Карлайл рассказывал, что потеря их матери путем суда Волтури заставила их стать борцами за справедливость.
Только полминуты назад Джаспер произнес: «Даже тогда, когда Волтури охотились за бессмертными детьми...» Бессмертные дети – главное нарушение, и главное табу в этом мире.
С учетом прошлого Ирины, как могла она подумать что-то другое о том, что увидела в тот день на маленьком лугу?
Ведь она не была настолько близка, чтобы услышать биение сердца Ренесми, чтобы почувствовать тепло, исходящее от ее тела. А розовые щечки Ренесми из-за всего, что она знала, она могла счесть всего лишь уловкой с нашей стороны.
Кроме того, Каллены объединились с оборотнями. Возможно, с точки зрения Ирины, это выглядело так, будто мы перешли все границы…

Эта причина никого не сделала счастливым.

Ирина сжимала руки на снежном просторе не от грусти по Лорану после всего, а от понимания, что она обязана сообщить о Калленах, и понимания, что с ними произойдет, если она сделает это. Очевидно, что ее совесть встала выше столетий дружбы.
И ответ Волтури на подобное нарушение был автоматическим, все уже было решено.
Я развернулась и накрыла собой спящее тело Ренесми, закрывая ее своими волосами, пряча свое лицо в ее кудряшках.
«Подумайте о том, что она увидела тем днем», - перебив Эммета, тихо произнесла я, не обращая внимания на то, что он хотел сказать, - «для того, кто потерял свою мать из-за бессмертного ребенка, кем будет выглядеть Ренесми?»
Вокруг была абсолютная тишина, пока остальные вникали в то, что я уже поняла.
«Бессмертным ребенком», - прошептал Карлайл.
Я почувствовала, что Эдвард встал на колени около меня и обнял нас обеих.
«Но она ошибается», - продолжила я. – «Ренесми не такая, как те, другие дети. Их развитие остановилось, а она так быстро растет каждый день. Их невозможно контролировать, а она никогда не причинила вреда Чарли или Сью, она даже не показывала им то, что могло бы их расстроить. Она может себя контролировать. Она уже умнее многих взрослых. Нет никакой причины…»

- Верно… но Волтури это не волнует, - мрачно изрек Джаспер.

Я продолжала бормотать, ожидая, что кто-то вздохнет с облегчением, ожидая, что спадет ледяная напряженность в комнате, как только они поймут, что я права. Но казалось, что в комнате стало еще холоднее. Постепенно мой тихий голос утонул в тишине.
Долгое время все молчали.
Потом Эдвард прошептал мне на ухо.
«Это не то преступление, по которому они проводили бы разбирательство, милая», - прошептал он тихо. – «Аро увидел доказательство в мыслях Ирины. Они придут уничтожать, не вникая в причины».
«Но они ошибаются», - упорствовала я.
«Они не станут ждать, пока мы докажем им».
Его голос все еще был тихим, нежным, бархатным… но в нем сквозили боль и безысходное отчаяние.
Голос Эдварда был таким, как взгляд Элис – словно из могилы.
«Что же нам делать?» – спросила я.
Мирно спящая в моих руках Ренесми была такая теплая и идеальная. Я так беспокоилась о быстром взрослении Ренесми, беспокоилась, что у нее чуть более десятилетия жизни… Этот ужас сейчас казался смешным.
Чуть больше месяца…

Каллены вздрогнули.

Неужели это было пределом? Я была счастлива так, как не был способен ни один человек. Неужели был какой-то мировой закон, распределяющий равные доли счастья и несчастья на свете? Неужели моя радость нарушила этот баланс? Неужели четыре месяца – это все, что я могла иметь?
Эммет ответил на мой риторический вопрос.
«Мы будем биться», - спокойно ответил он.
«Мы не одолеем их», - прорычал Джаспер.
Я могла представить себе, как выглядит его лицо, как он, защищая, обнимает Элис.
«Что ж, мы не можем убежать. Не при наличии Деметрия», - фыркнул Эммет с отвращением, и я инстинктивно поняла, что его раздражает не преследование Волтури, а мысль о побеге.

- Конечно, - заявил Эммет.

«И я бы не сказал, что мы не можем победить», - добавил он. – «Есть способы, которые стоит обдумать. Мы не должны сражаться одни».

- Нет… не должны, - задумчиво проговорил Эдвард. – Вот оно.
- Что? – спросил Джаспер.
- Читай, Элис, - попросил Эдвард. – Я не хочу сейчас строить предположения.

Я вскинула голову.
«Но мы и не собираемся приговаривать Квилетов к смерти, Эммет!»
«Спокойно, Белла», - выражение его лица не отличалось от того, с каким он обдумывал борьбу с анакондами. Даже угроза полного уничтожения не могла изменить настроя Эммета, его желания ввязаться в битву. – «Я не имел в виду стаю. Но хотя, на деле, ты же не думаешь, что Джейкоб или Сэм будут игнорировать вторжение? Даже если бы это не касалось Ренесми? Не говоря уже о том, что благодаря Ирине, Аро к тому же знает и о нашем соглашении со стаей».

- Он определенно прав, - пробурчал Карлайл, его тон был мрачным. – Волки будут сражаться вместе с нами в этой битве.

«Я думал о других наших друзьях».
Карлайл вторил мне шепотом.
«Других наших друзей мы тоже не будем приговаривать к смерти».
«Эй, пусть они сами это решают», – примиряюще высказался Эммет, - «я не говорю, что они должны биться с нами вместе».
Я увидела, как в его голове появляется план.
«Им всего лишь надо быть с нами рядом, чтобы Волтури стали сомневаться. В конце концов, Белла права. Если мы сможем остановить их и заставить выслушать, то это, может быть, устранит всякую причину для сражения».
Теперь на лице Эммета было какое-то подобие улыбки. Удивительно, что никто еще не врезал ему до сих пор. Я хотела.
«Да», - с готовностью произнесла Эсми, - «это имеет смысл, Эммет. Все, что нам нужно, это остановить Волтури на время. Настолько долго, чтобы они нас выслушали».
«Нам понадобится просто целая группа свидетелей», – резко заявила Розали, ее голос звенел как стекло.
Эсми кивнула, соглашаясь, будто не услышав сарказм в голосе Розали.
«Большего от друзей мы просить не сможем. Только свидетельствование».
«Мы бы сделали для них тоже самое», - сказал Эммет.
«Мы должны обратиться к ним прямо сейчас», - пробормотала Элис. Ее глаза снова были полны непроглядной пустоты.
«Им стоит показывать ее очень осторожно».
«Показывать?» – спросил Джаспер.
Элис и Эдвард посмотрели на Ренесми. Глаза Элис вновь остекленели.
«Семья Тани», - произнесла она, - «кланы Сиобан и Амуна. Кое-кто из кочевников – Гаррет и Мэри, точно. Может быть Алистер».

- Не думаю, что Алистер захочет участвовать во всем этом, - пробормотал Карлайл, но Элис продолжила читать.

«Как насчет Питера и Шарлотты?» – боязливо спросил Джаспер, будто надеясь на отрицательный ответ, и что его старый друг избежит участия в резне.

Джаспер вздохнул, похоже, сейчас он думал так же.

«Может быть».
«Амазонки?» – спросил Карлайл. – «Качири, Зафрина и Сенна?»
Показалось, что Элис была слишком поглощена своим видением, чтобы сразу же дать ответ, наконец, она вздрогнула, моргнула и вернулась к реальности.
Она на сотую долю секунды встретилась взглядом с Карлайлом и тут же опустила глаза.
«Я не вижу».

Элис остановилась на секунду, не уверенная в том, что это значит, но понимая, что что-то таки значит, но затем продолжила читать.

«Что это было?» - спросил Эдвард, его шепот был требовательным. – «Та часть, что про джунгли. Мы собираемся отправиться на их поиски?»
«Я не вижу», - повторила Элис, избегая его взгляда.
Секундное замешательство отразилось на лице Эдварда.
«Мы должны разделиться и не терять времени, надо успеть до того, как ляжет снег. Надо разыскать всех, кого только сможем, и привести сюда, чтобы показать ее».
Она снова просканировала будущее:
«Спросите Элеазара. Дело не только в бессмертном ребенке».

Каллены нахмурились.

Снова надолго повисла зловещая тишина, пока Элис была в трансе. Когда видение ушло, она медленно моргнула, ее глаза все еще были затуманены, несмотря на то, что она уже вернулась в реальность.
«Так много всего. Нам надо торопиться», - прошептала она.
«Элис?» – спросил Эдвард. - «Это было слишком быстро, я не понял. Что там…?»
«Я не вижу!» – рявкнула на него Элис.

- Что с тобой происходит? – спросил Эдвард.
- Не знаю, - ответила Элис, немного волнуясь.

«Джейкоб почти здесь».
Розали шагнула к двери.
«Я разберусь с…»
«Нет, пусть идет», - быстро молвила Элис, ее голос становился напряженнее с каждым словом.
Она схватила Джаспера за руку и поволокла его к задней двери. – «Я буду лучше видеть, если буду и от Несси подальше. Мне надо идти. Я должна сконцентрироваться. Мне надо видеть все, что смогу увидеть. Я должна идти. Давай, Джаспер, у нас нет времени!»

Эдвард взволновано посмотрел на Элис.
- Будет проще сделать это, если каждую секунду вы не будете задавать мне вопросы, - подумала Элис, но тон ее ментального голоса был наполнен сомнением… или надеждой; но почему-то ни то, ни другое Эдварду не понравилось.

В планах перевести You Make My Dreams Come True

- Это был конец главы, - произнесла Элис, и Эдвард выхватил книгу из рук сестры. И не важно, что сейчас была не его очередь читать главу, всем было на это наплевать. Они чувствовали то же, что и Эдвард: желали услышать продолжение.