//twilightmovie.ucoz.com - сайт о вампирах. Дневники вампира; Настоящая кровь; Сага Сумерки - Форум

Три недели неустанных тренировок в развитии и контроле собственных способностей имели колоссальный успех. Но силы покидали меня все чаще, а кокаина требовалось все больше. Да и к тому же мне нужно было перебираться ближе к Японии и ждать, когда Мидори объявится там.
Выбирать мне было не из чего, так как мне было абсолютно все равно. Оставалось лишь купить оружие, но с моими деньгами это не было большой проблемой.
Зайдя в книжную лавку, я купила географический атлас, и открыв его, стала искать точку, наиболее подходящую мне для выбора нового места жительства. Покрутив пальцем над страницей, мой выбор упал на большую красную точку. Шанхай.
Китай, отлично.
Снова купив нужных людей и заплатив круглую сумму за аренду самолета, я направилась в один из самых крупных городов мира.
Обживаясь в собственном домике в Китае, я держала на связь с Рахелем, мужчиной, из приближенных кругов отца Мидори. Еще одна продажная душа. Рахель должен был мне сообщить, когда Мидори появится в Токио. Там его дом и самые крупные центры. Я собиралась уничтожить все его дело и всех людей, так или иначе потакающих ему.

Уже четвертый день моего пребывания в Китае не было никаких известий о Мидори. Я начинала действительно уставать. Одержимости уже не хватало на открытие второго дыхания, начинали постоянно дрожать руки.
Махнув рукой на все, я решилась на выходной от нервов. Хотелось напиться. Хотелось не быть одной. Хотелось побыть человеком. Хотелось в последний раз увидеть золотые глаза.
Я ненавидела себя за эту мысль! Резко вскочив с кресла, я пыталась вытрясти из головы это воспоминание.
Как?? Как, черт подери, ОН мог прорваться сквозь толщу моих проблем?!
Сид. Месть. Вот, что важно сейчас. Сейчас и всегда. А после не будет ничего.
Новая доза кокса уже не могла унять дрожь в руках, не могла прогнать туман из мыслей.
Нужно было что-то еще. Что-то покрепче.
Героин?
Нет, это уже перебор. Но какой смысл у меня беречь себя?
Правильно. Никакого.
Как всегда решив все за несколько секунд, я больше не задумываясь на эту тему, села в машину и поехала на поиски торговца тяжелыми опиатами.
Найдя нужного человека, пришлось купить и его тоже. Я всегда боялась героина, как наркотика. Боялась, что будет слишком много химии. Слишком многие умирают, а у меня еще есть одно незаконченное дело.

- Сам пользуешься? – спросила я у парня драгдиллера.
- Свое не ем, - быстро ответил он, слегка улыбнувшись.
Я сжала губы и протянула ему купюру в тысячу долларов.
- Найдешь человека, который попробует?
Парень кивнул и тут же стал тыкать пальцами в свой телефон. Перекинувшись парой фраз с кем-то, он снова повернулся ко мне.
- Зачем такая молодая красивая девушка хочет портить свое здоровье? – приторно произнес парень, протягивая свою руку к моим плечам.
- Без лишних вопросов, - огрызнулась я, быстро отстранившись. В сознании тут же мелькнула картинка, как в его лбу окажется маленькая кровоточащая дыра.
Дрожащими руками я сжала виски и зажмурила глаза.
Как же я устала от всего этого…. От жизни.
Через пару часов времяпровождения с местными наркоманами я, не выдержав, заплатила за продукт, села в машину и со всей дури помчалась прочь.
Небо темнело. На город опускались сумерки. Когда последние лучи солнца скрылись за горизонтом, я вошла в душный, прокуренный клуб. Басы музыки стучали по голове, словно молот.
Втянув в туалете очередную дорожку, я пошла к бару. Заказав мартини с водкой, я выпустила часть боли наружу. Рядом сидел мужчина, с отвратительной гримасой боли на лице. Он бросил на меня короткий взгляд.
- Американка? – спросил он с легким акцентом.
- Можно и так сказать, - ответила я.
На некоторое время наш разговор прекратился. Музыка стала играть тише.
Временами, я бросала на мужчину косые взгляды, что-то в нем казалось мне странным. Знакомым, что ли. Я смотрела как он одну за одной выпивал стопки с янтарной жидкостью. Я пила уже четвертый бокал мартини с водкой. Вдруг мужчина неожиданно произнес:
- Это ад.
Я взглянула на него удивленно, он смотрел на стопку в своей руке. Его слова странно зацепили меня. Мысли пьяным потоком потекли в голове.
- Самое отвратительное, что он внутри, - подумала я, не заметив, что произнесла это в слух.
- Да, - не раздумывая, бросил мужчина, все еще глядя на свою стопку, - Интересно, сколько бы стоила вакцина против боли, если бы она существовала?
Этот странный разговор что-то неприятно шелохнул в груди, но, поддавшись непонятному позыву, я ответила.
- Не знаю… Я думаю дорого.
Почему-то, у меня была потребность продолжить этот странный разговор.
- Почти как душа наверно, - продолжил мужчина.
- Наверно…
Но тут, он резко развернулся и посмотрел мне в глаза. Его взгляд, полный боли и обреченности, пронзил меня как стрела.
- За что нам это все? – холодным голосом, полным отчаяния, произнес он.
- Не знаю… За жизнь, - ответила я, загипнотизированная его взглядом. Но тут, он так же резко встал и ушел, оставив меня наедине со своими раздумьями.
Музыка уже не доходила до моего слуха, я не чувствовала боли в висках, не чувствовала слез катившихся вниз по щекам, как вдруг, мое обоняние уловило запах.
Запах был до боли знакомым, но память, словно каменной стеной отгородила меня от воспоминаний, словно от чего-то очень болезненного. А запах становился все ярче. Он как светлая дорожка, среди вони перегара, пота, дыма и гари.
Я увидела его.
И ничего. Ни боли, не слез, ни рвущегося на части сердца.
Ничего.
Безразличие с отголосками ненависти.
Он замер посреди танспола. Глазами, черными как ночь, он смотрел сквозь меня. Казалось, еще чуть-чуть и из его мертвых глазниц потекут слезы.
И ничего.
Мир не перевернулся.
Я отвернулась и заказала еще мартини. Я собиралась сделать большой глоток, но меня остановила холодная рука.
- Белла?
Если бы я не видела, я бы не узнала его голос. Поломанный, потрескавшийся и дрожащий, как осенний лист на ветру.
Я на секунду встретилась с его взглядом. Перехватив бокал в другую руку, я резко выдернула правую руку из его захвата, и залпом осушила бокал.

Эдвард.
Я брел по ночному городу. Что привело меня сюда? Мне казалось острой потребностью, приехать сюда. На другой континент. Но зачем?
Я снова оставил свою семью. Но я чувствовал. Я знал, что надо ехать.
Заглянув в мысли Эллис, мое мертвое сердце сделало сальто. Она смотрела мое будущее, но не видела его. Ничего. Его не существовало.
Я видел ее испуганный взгляд.
Но это могло значить только две вещи – либо я умру, либо я встречу ее. Одно было лучше другого. Я сорвался с места, вновь, не попрощавшись ни с кем.
А Эллис молчала. Я даже за километр чувствовал ее боль.
Я хотел чтобы она была счастлива, что бы Джас вернулся. Что бы у моей семьи все было по-прежнему.

Идя по улице полной огней рекламы, мое обоняние донесло до меня запах. Закрыв глаза, я вдохнул глубоко.
Боже, как же этот запах похож на нее. Как же мне не хватало, хотя б частички нее. Но все же, это была не она. Этот запах бы лишь на десятую часть похож на нее, этот был солонее, этот человек словно только что вышел из моря. Но был и минус. Я даже на этом большом расстоянии, чувствовал что кровь гниет. Несметное количество химии было в организме этого человека. Табачный дым. Когда-то прекрасный запах, был отвратительно искажен неправильной, сложной жизнью.
Но я все равно пошел следом. Запах вел в местный клуб.
И тут, я увидел ее. Девушку, с пепельно-белыми волосами. Она повернулась лицом и я замер. Она была так молода, ей было едва восемнадцать, но маска боли и некой непостигнутой мудрости делала ее старше, а эта болезнь ее крови, этот алкоголь старили ее.
Что-то знакомое привлекало меня в ней. Запах? Возможно. Но что-то еще.
Она отвернулась к бару, разрешая мне на миг, рассмотреть ее профиль.
Сколько раз мертвое сердце может умереть?

Едва не выходя за рамки дозволенной скорости, я полетел к ней. С каждым сантиметром, что я становился ближе к ней, я чувствовал нарастающую боль.
Господи, да что же с ней происходит?!
Она поднимала, явно не первый за этот вечер, бокал с мартини с водкой. Не успев обдумать свои действия, я остановил ее.
- Белла?.. – вырвалось у меня, и я не узнал свой голос.
Она нехотя подняла на меня глаза и, мое сердце снова разбилось. Ее глаза, словно глаза у пластмассовой куклы, не были живыми. И с каждой секундой они, словно наливаясь песком, белели.
Она выдернула свою руку из моей, и я снова испытал шок.
«Что же с тобой происходит, девочка моя?» - хотелось спросить мне, но ни один звук, так и не смог вырваться из моего горла.
Вместо этого, я наблюдал, как кона залпом осушает свой бокал. Допив, она заказала еще.
- Хватит, - не выдержал я.
Но я и не ожидал, что это слово вырвется так грубо. Как же я хотел схватить ее и отнести домой. Карлайл поможет. Она станет такой, как прежде.
Она снова медленно подняла на меня глаза, и на миг мне показалось, что в них промелькнула злость. Глядя в эти глаза, я забыл все. Я забыл главное – я сделал ей больно.
Достаточно долго мы сверлили вдруг друга взглядами, как вдруг она произнесла:
- Отвали.
Но мне уже было все равно. Этот запах, он убивал меня. Запах гниющей крови. Она медленно умирала. Пусть она не будет со мной, пусть она ненавидит меня, но она будет жить!
- Достаточно, Белла! Поехали домой, - достаточно мягко произнес я.
Ее взгляд внезапно стал резким и приобрел непостижимую глубину.
- К кому домой? У меня нет ДОМА! Может быть к тебе домой? Я обойдусь и без тебя, Каллен! Проваливай!
Ее голос был резок и холоден. Все внутри снова болезненно сжалось.
Не осталось ничего в ней. Ей все равно. Она ненавидит.
- Я не в праве ничего от тебя требовать. Я и не требую, ты мне ничего не должна. Просто давай сейчас, я отвезу тебя домой.
Ее глаза резко засыпались белым песком и я ужаснулся. Никогда не видел такого. Возможно, это индивидуальная реакция организма на алкоголь, на наркотики. Она зажмурила глаза и с силой потерла веки. Я заметил, как трясутся ее руки.
- Что тебе нужно от меня? – устало поинтересовалась она.
- Я просто хочу сейчас отвезти тебя домой, - медленно проговаривая каждое слово, произнес я.
Я уже был готов идти на крайние меры, чтобы увезти ее отсюда.
- Это мой мир. Это моя жизнь. Оставь ее. С прошлой осени тебе в ней нет места, - холодно произнесла она и пригубила новый бокал.
Я резким, слишком резким движением остановил ее. Она снова выдернула свою руку и наотмашь ударила меня по лицу.
- Белла, я знаю, что не заслуживаю твоего прощения, но пойми…
Она не дослушав меня, встала, слегка покачнувшись.
- Я тебя не знаю.
И ушла.
А я остался стоять у бара, и смотрел ей вслед. Даже после такого количества выпитого, я заметил, что ее походка была очень грациозна. Она шла к выходу с высоко поднятой головой, всем своим видом говоря о том, как она презирает и ненавидит всех вокруг.
А я не мог. Не смог пойти за ней. Просто не смог…

Спокойная прохлада ночной улицы немного расслабила расшалившиеся нервы. Вопреки моим ожиданиям, Эдвард не вышел за мной, чему я была рада. Мне не хотелось его видеть, он сейчас – лишние проблемы.
«Кто он такой, что бы решать за меня? Один раз я ему это уже позволила. Довольно. Он уже давно перестал быть частью моей жизни» - эти мысли звучали скорей для того, что бы я в них поверила. И я верила. За этот год, я научилась обманывать людей, обманывать себя.
Сев в машину, я тут же завела мотор и двинулась с места.
Резким ударом, боль хлынула в голову, сильнее затряслись руки. Из последних сил я гнала машину на окраину города. Туда, где не будет людей, туда, где можно забыться.
Нарушая все мыслимые и не мыслимые пределы скорости, я следила за черной машиной в заднем зеркале. Ощущение погони, в какой-то момент, чуть не свело меня с ума, но, приглядевшись, я узнала его.
Наивно было полагать, что наш правильный вампир оставит меня в покое. Я почувствовала, как внутри вспыхнули искорки злости. А я все никак не могла оторваться от его взгляда, в зеркале заднего вида.
Гордость – грех. Но, я не могла позволить себе любить его. Такие большие чувства никогда не проходят бесследно, если они настоящие. Просто, теперь, за невозможностью любить, приходилось ненавидеть, а мой характер помогал мне в этом.
Я сильнее вжала педаль газа в пол, удовлетворенно наблюдая, как черная китайская машинка скрывается позади.
Дорога стала менее приспособленной для езды, пришлось сбросить скорость. За окнами перестали мелькать дома, а впереди замаячил океан. Впереди был обрыв, я ехала к самому краю, в надежде, что внизу мне никто не помешает. Но через миг, притупленные инстинкты заставили меня оглянуться. Сзади мелькнула серая тень, и прежде, чем я успела разглядеть ее, я почувствовала удар по капоту машины.
Я резко нажала на тормоз, машину занесло, но она резко остановилась, наткнувшись на что-то.
Разлепив глаза, я увидела Каллена, стоящего впереди.
Злость огнем полоснула внутри. Выскочив из машины, я набросилась на него.
- Какого черта ты сделал, кретин?!
- Какого черта ты делаешь?! – прокричал он одновременно со мной.
- Белла, это безрассудно!
- Не тебе решать! – крикнула я на него, - Я сказала, оставь_меня_в_покое!
Я заметила, как над нами мелькнула молния. Ему таки удалось вывести меня из себя. Все тело уже трясло мелкой дрожью. Глаза застилало туманов. Глубоко вдохнув воздух, я втянула в себя выпущенное электричество. Молния над нашими головами, рассыпалась множеством искорок. Кажется, Эдвард, даже не заметил этого.
Развернувшись к нему спиной, я залезла в машину, и трясущимися руками, доставала из под сиденья пакет с белым порошком. Мне нужно было хоть чуть-чуть успокоиться.
- Я оставлю! – прорычал Каллен, выхватывая у меня из рук наркотик, - но после того, как ты вылечишься! Я не позволю тебе гробить свою жизнь!
И все. У моей внутренней гранаты оторвали чеку. Три, два, один.. И взрыв.
- Гробить жизнь?! Ты МНЕ это говоришь?! У меня нет жизни!! Ее нет с того момента, как один самоуверенный идиот, сказал, что не было любви!! Мне глубоко срать на тебя, Каллен! Я тебя ненавижу!! Это ты!! Ты виноват во всем!! – я кричала уже во весь голос, срываясь на хрип.
Рывком выдернув из окаменевшего тела свой наркотик, я снова села в машину и жадно втянула кокаин. Но, казалось, действия он уже не произвел. Краем глаза, я не уловила ни одного движения со стороны. Он просто стоял и мертвым взглядом смотрел на меня.
Внутри меня сердце билось с реактивной частотой. Ударяясь о ребра, оно раскалывалось на части, принося нестерпимую боль. Все тело, словно, перемалывали. Зажмурив глаза, я закрыла лицо ладонями. Я слышала, как трещало электричество высоко в воздухе.
Даже с закрытыми глазами, я почувствовала, как изменилось его лицо. Как неуверенно он вдохнул, первый раз за все это время. Как боль, одновременно с его вдохом, разливалась по моему телу.
«Нельзя. Нельзя. Нельзя!» - уговаривала я себя, постоянно повторяя про себя, - «Ненавижу, ненавижу…»
Он сделал два медленных шага по направлению к моей машине. Открыв глаза, я заметила, что даже не закрыла дверь.
- Уходи, Эдвард! – взяв себя в руки, произнесла я.
- Прости, - прошептал он, так тихо, что, если бы я была человеком, ни за что бы не услышала.
И протянув ко мне руки, он вытащил меня из машины. Я резко развернувшись, правой рукой потянулась под сиденье, за пистолетом и прекрасно зная, что это не поможет, пустила пулю между его прекрасных черных глаз.
- Я сказала, отвали! – проорала я, вновь.
Пуля, отскочив от его головы, унеслась в сторону. Я следила за тем, как расширяются его глаза, как еще больше каменеет его тело, но он, крепко сжав мои плечи и талию, все же вытащил меня из машины.
- Не заставляй меня делать тебе больно, - выдавил он.
- Ты плохо осведомлен о моем восприятии боли, - сквозь зубы прошипела я, чувствуя, как огонь злости сжигает меня изнутри.
Приставив ствол оружия к его шее, я резким движением нажала на курок. И в этот момент, произошло сразу несколько вещей.
Пуля, не успев вылететь из ствола, ударившись о его каменную кожу, взорвалась. Оружие разлетелось на осколки, больно обжигая мне руку. Толи от боли, толи от несдержанной злости, я пропустила поток электричества из воздуха над нами, через его тело.
Крик агонии разрезал мои уши, я, боком почувствовала удар о землю.
Его крик, его боль взрывались во мне тысячами бомб. Мысленно пнув себя, я собрала всю энергию, и через несколько секунд, давила педаль газа в пол.
Я, собрав всю волю в кулак, старалась не смотреть назад, но все же краем глаза уловила его. Крик прекратился. Пытаясь встать, он снова и снова, обессилено падал на землю.
На миг зажмурившись, я почувствовала, как слеза стекает из уголка правого глаза.
«Нет, нет, нет!» - твердила я себе, - «Ему не больно, он вампир, он быстро излечится. Мне все равно. Мне все равно. Мне все равно!!» - твердила я, не замечая, что уже кричала в голос.

Вбежав в дом и закрыв дверь, я уже было, собиралась без сил опуститься на пол, как вдруг, почувствовала в кармане джинсов вибрацию. На экране высветился номер Рахеля. Мое сердце замерло.
- Я слушаю, - ответила я.
- Рахель звонит, - с отвратительным акцентом оповестил меня голос на другом конце трубки, - отец Мидори и его сын, прилетать в Иокогама через 8 часов, - отчитался Рахель, продиктовав мне адрес точки прибытия и предполагаемого дома.
Договорившись с ним об оплате его услуг, продиктовав ему номер счета и пин код, я нажала на отбой. Глубоко вдохнув, я почувствовала, как вновь открывается второе дыхание. Я как никогда, была близка к цели.
Взлетев по лестнице наверх, я принялась упаковывать деньги, оружие, наркотики и одежду в приготовленные заранее герметичные пакеты. Моим планом было добраться до Иокогамы своим ходом, то есть, через море.
Сложив все эти вещи в пакеты, я соорудила огромный водонепроницаемый рюкзак.
Присев в кресло, я сделала себе еще пару дорожек и достала из кармана телефон. Найдя в файлах фотографию Сида, я прикурила сигарету.
- Ради тебя..– прошептала я, поглаживая большим пальцем экран телефона.
Слезы падали на телефон, искажая изображение дорогого лица. Собравшись с силами, я швырнула телефон к стене и, нацепив рюкзак на плечи, выбежала из дома.

До воды я добралась за десять минут. Небо только начинало светлеть, но солнце еще не выглянуло из-за горизонта. Оставив машину у обрыва, я прыгнула вниз.

Эдвард.
Боль парализоввывала меня все больше с каждым шагом. Ее слова, ее взгляд убивали меня снова и снова. Огонь после инициации, казался щекоткой по сравнению с той мукой, что она доставила мне всего лишь своими словами. А потом, она выстрелила в меня. И впервые, за долгое время, я пожалел, что пуля не смогла войти в мое каменное тело. Но, она нажала на курок еще раз, и, словно, исполняя мое желание, огонь пронзил мое тело. Настоящая, реальная боль, подкосила мои ноги и заставила кричать в агонии. Эта боль была невыносимой, она резала и давила меня, сжигая заживо. А еще хуже становилось оттого, что ОНА уходила.
Наблюдая, как ее машина скрывается вдали, я пытался встать на ноги, но не мог, снова и снова падая на землю.
И как только ее машина, исчезла из пределов моего зрения, мое сознание провалилось в темноту.
Но, недолго мне суждено было находится в забытие. Из мрака меня вырвал телефонный звонок.
Вытащив телефон из кармана, я заметил, что боль почти полностью ушла. Возможно ли такое для вампира?
- Эдвард! Эдвард! Что с тобой? – вопил на том конце, тоненький звонкий голосок.
- Не знаю, Эллис, - выдавил я из себя.
- Эд, я.. я видела Беллу, - нерешительно произнесла сестра.
- Что?! Что ты видела?!
- Она умрет. Она спрыгнет с обрыва в воду. Я смотрела, Эд. Я ее видела четко. Я не понимаю, что происходит.
- Когда?!
- Как только солнце скроется за горизонтом, я не знаю точно. Я не знаю когда. Знаю только, что будет ночь. Я ждала ее, но она так и не всплыла. Она погибнет.., - всхлипнула Эллис и тут же затихла.
Я взглянул на небо. Солнце было за облаками и уже приготовилось к заходу. Вечер. Черт.
- Какой обрыв? Опиши мне место? Где она сейчас?
- Я не знаю где она, она снова пропала. Я не понимаю ее будущего.
Еще минуту, сестра, со скоростью ветра описывала мне то место, затем еще одно видение, бессмысленное, возможно это ее дом.
Повесив трубку, я побежал к своей машине. Объезжая город уже третий час, я наконец-то, наткнулся на ее дом.
Даже не думая над замками, я, не прилагая усилий, толкнул дверь и она с треском открылась. Но дом был пуст. Он пах ею, но не как родной дом. Кажется, что она только спала здесь. Это помещение вообще не походило на жилое. Казалось, его покинули давно.
Самая свежая дорожка запаха выходила на улицу.
Осмотрев дом, я заметил телефон, валяющийся у стены. Он был разбит, но все еще включен. Я поднял его, на экране была фотография. Фотография Сида и высохшие разводы от слез.
Что же случилось? Я терялся в догадках. Я не понимал. Не знал, где ее искать.
Выйдя на порог, я опустился на лестницу. Здесь я понял одно – я потерял ее. Потерял навсегда.
Я поднял глаза к темному небу. Тучи ушли и звезды, казалось, плакали вместе со мной. Вместо меня.
Я объехал все побережье, и не нашел того обрыва. Я нашел ее машину, но Беллы там не было. Это было не то место. Я был бессилен. Я ждал смерти, но снова зазвонил телефон.
Эллис, протараторила мне адрес. Она снова видит. Но, почему? Казалось, ответ очевиден – потому что, ОНА умирает.
Япония. Побережье Иокогамы.
Что она делает там?
Этот вопрос остался закрытым.
Сломя голову, я бросился в аэропорт. Запугав бедных пилотов до полусмерти, я вылетал в Японию.

Я сидела в машине, у входа в центр и перевязывала сапоги. Запихав в левый сапог лезвие, в правый я сунула маленький дамский пистолет. Возможно, все это было перебором, но мне так было спокойней. Повесив за плечи два автомата, заткнув за пояс еще два и запасясь обоймами, я еще раз внимательно всмотрелась в фотографию своей жертвы.
Каждый раз, когда я смотрела в это ненавистное мне лицо, мое сердце сжимали стальные клешни. В какое-то время, мне казалось, что я не смогу убить его медленно, мне просто не хватит терпения.
Вбежав в здание, я бегом побежала вглубь, в поисках лифта. Не хотелось тревожить людей просто работающих тут. Я быстро нашла лифт и, набрав пароль на отдельной клавиатуре, поехала вниз.
Видимо сигнал тревоги уже сработал, так как ниже я слышала приглушенные тревожные голоса, приказы. Очевидно, стены там были очень толстые, что даже мой почти идеальный слух, почти не улавливал звуков.
Прислонившись к правой стене, я ждала, когда откроются двери. Как только лифт остановился и появилась маленькая щелка в дверях я успела оглядеть открывшуюся мне панораму. Восемнадцать бойцов, солдат с оружием в руках, притаившись ждали, когда двери откроются полностью. Я быстро выпустила поток энергии и одним махом отключила сразу четырнадцать человек. Это, можно было назвать крайней мерой, так как потребление своего электричества сильно сокращает мои силы. Мне осталось их добить.
Быстро, слишком быстро, пустив пули в оставшихся стоять мужчин, я добила «первую партию». Это оказалось даже легче, чем я думала. Я уложила восемнадцать человек, в то время, как в мою сторону пролетело лишь три пули. Это же просто смешно.
Но мне вдруг стало страшно. Страшно из-за того, что во мне не шелохнулось ничего, когда я лишила жизни стольких людей, отцов, мужей.
Но они были лишь пешками.
«За Сида. За Сида» - твердила я себе.
За дверями слева послышался топот.
Дальше все проходило, скорей, на инстинктивном уровне. Обдумывать свои действия не оставалось времени. Как только обоймы в обоих стволах опустели, я выпустила две конечности и на ходу свернула шеи двум парням. Увидев это, некоторые замерли на местах, не в силах продолжать бой. Они стали легкой мишенью.
С легкостью вырвав оружие у кого-то, я выложила еще одну обойму.
В зале внезапно стало тихо. Последние удары уже мертвых сердец, последние вздохи, эхом пронеслись у меня в сознании, на секунду заставив мое тело окаменеть.
Быстро справившись с замешательством и выбросив опустошенное железо, я побежала к дверям. В следующем помещении было пусто, там стояли только канцелярные столы. Это был обычный офис. Была неприметная дверка за цветком слева, и такие же железные двери, в какие я только что вошла, прямо впереди. Я прислушалась, но не услышала ничего.
Испугавшись мысли, что здесь есть черный выход, я побежала проверить маленькую дверь.
Она была не заперта. Войдя, я сначала не поверила своим глазам. Это была настоящая накролаборатория. Плантации трав, микроскопы, колбы и какие-то приборы. Я стояла и смотрела на все это с глупой улыбкой на лице.
Придя в себя, я огляделась. Закрытое помещение. Я побежала к стальным дверям, ворвавшись внутрь, моему взору предстал длинный черный коридор.
Здесь было множество дверей, проверять каждую не было времени и смысла. Я тихо шла вдоль, предельно напрягая слух. Дойдя до конца, я услышала приглушенный голос за самой дальней дверцей. Как все банально.
Я замерла, вслушиваясь.
Мое сердце разгорелось яростным пламенем, когда я узнала этот голос. Голос убийцы. Я не понимала, о чем он говорит, но мне это было не важно, глаза застелило красной пеленой и здравый смысл ушел далеко на задворки сознания.
Одержимость.
Вот, как можно, наиболее точно описать мое состояние. Одержимость местью.

Стальные двери. Я не замечала крови, выступившей на руках, когда я выбивала их, я не чувствовала боли. Я, даже через этот кусок железа, видела их испуганные лица.
Я чувствовала их страх.
Выпустив еще пару щупалец, не обращая внимания на адскую боль в бедрах, я резко ударила мягкими конечностями своего нового тела по стали дверей. Какой неестественный скрип. Металл сильно прогнулся, растягиваясь. Удар за ударом.
Я слышала, как вода в трубах под потолком бушует, вместе с моим сознанием, разрывая сковывающее течение железо. Слышала хруст бетона, под напором водной толщи.
Удар за ударом.
Второе дыхание. Сила богов.
Двери в последний раз скрипнули и накренились, освобождая мне дорогу.
Вот они все. Двое убийц со своими шавками. Как крысы. Но, даже крысы, загнанные в угол не сдаются.
Втянув двое щупалец, я почувствовала невероятное облегчение, поток новой силы.
Загремели выстрелы. Один, два, пять, восемь..
Они еще не знают с кем связались. Я научу их ценить жизнь… перед смертью.
Уворачиваясь от пуль, я, меньше чем за минуту переломала хребты всем стражникам. Всем верным псам, с таким спокойствием отдавшим жизнь за своего хозяина.
Мидори в соплях и слезах сидел, вжавшись в стену, и что-то невнятно скулил.
Поистине жалкое зрелище.
- Что вам нужно? Что вы хотите? – пищал его прислужник.
- Что я хочу? – приторно-сладким голосом произнесла я, - Что я хочу. Я хочу, что бы ты, гнида, вернул время назад. Что бы ты вернул к жизни всех, на кого поднялась твоя гнилая ручонка. Ты не в силах? Ох. Тогда прости. Больше у меня желаний нет!!
Он замер. Он даже не дышал. Еще чуть-чуть и его сердце само остановится. В это время, я заметила шевеление позади себя.
Мидори на карачках полз к выходу, по мокрому полу, тихо постанывая. Не разворачиваясь, я, одним движением, кинула в его сторону щупальцу и, обернув вокруг его головы, потянула к себе. Но, кажется, я вновь перестаралась.
Как тогда, в первый раз, в открытом море. Но тогда мне было жалко бедное животное, а сейчас…
Послышался хруст и мое лицо озарила улыбка. Отпустив безвольное тело на пол, я вновь все свое внимание обратила на него. На убийцу.
Присев рядом с ним на корточки, я решила ему дать знать, за что он умирает. За кого.
- Помнишь Филадельфию? Где-то месяц назад ты заключил сделку с одним парнем. Его звали Сид. Но он тебе или ему, - я небрежно кивнула головой в сторону тела Мидори,- чем-то не угодил. Чем он вам так не понравился, а? Как по мне, так он был хорошим парнем, верным другом. А знаешь, что главное? Он был моим братом! – злостно выплюнула я в лицо жертве.
- Я…я.. – что-то невнятно скулил он, глотая слезы.
Я нежно, насколько это возможно, прикоснулась щупальцем к его лицу. Он скривил гримасу отвращения. Казалось, его вот-вот вырвет.
- Ты лишил меня единственного дорогого человека на земле! Ты лишил меня брата! – со всей ненавистью крикнула я, запуская щупальцу в его горло.
Его тело начало трясти, он захлебывался в собственных жидкостях и задыхался. Но вдруг, он резко поднял руку с лезвием и полоснул по щупальце.
Я вскрикнула, а из раны полилась кровь. Я со всей дури ударила его по лицу свободной конечностью и снова раздался хруст. Я сломала его челюсть. Тело забилось в конвульсиях, глаза закатились, из носа и рта полилась кровь. А я внимательно вслушивалась в его сердцебиение. Оно было неровным, но очень быстрым. Вдруг сердце запнулось и резко остановилось.
Все.
Кончено.
Встав с колен, я, превозмогая боль, втянула в себя щупальца. Бедро немного болело.
Не выжидая больше ни секунды, я, забрав свои вещи, побежала прочь. Прочь из этого ада.
Выбегая на улицу, я вышвырнула водителя из первой попавшейся машины. Я ехала к океану.
В голове было пусто, мне только казалось, что если я сбавлю скорость то наступит конец. Конец всего. Съехав с дороги, я понеслась в сторону воды. Обрывы. Там было так высоко.
Морской воздух ласкал лицо, раздувая волосы. Сбросив с плеч сумку, я с разбегу прыгнула в воду.
Вода давно не казалась мне такой чистой и сладкой на вкус. Эти секунды казались вечностью. Мгновенья в раю.
Но потом сердце забилось быстрей. По телу прошла крупная дрожь, тело само начало трансформироваться обратно. Из последних сил выбравшись на берег, я побежала к машине. Там были мои вещи. Там был наркотик.
Руки тряслись так, что все летело на землю. Высыпав на ладонь порошок, я вдохнула слишком много, что чуть не подавилась. Дрожь немного стихла и сердце успокоилось, но этого было недостаточно.
Умереть от передоза в двадцать семь или от оргазма в восемьдесят.
До восьмидесяти мне точно не дотянуть, да и двадцати семи ждать не зачем. Моя миссия на этой земле окончена.
Достав две колбочки с желтоватой жидкостью и шприцы, я на секунду замерла, посмотрев в небо.
- Если ты там, Сид…
Я не договорила, а глаза наполнились слезами.
Почему люди верят в бога? Им нужно во что-то верить. Пусть не для себя, так для своих родных. Они должны знать, что уходят за ними в лучший мир. Что, когда-нибудь, они обязательно встретятся.
Наполнив два шприца под завязку, я выпустила одну щупальцу и перетянула вену. Быстро вколов содержимое обеих шприцов, я откинулась на землю.
Щупальца втянулась в тело, а небо полетело вниз.
Из уголков глаз потекли слезы, на губах застыла улыбка.

Эдвард.
Я проклинал всех богов, когда ехал в машине по направлению к побережью. Последние лучи солнца только что скрылись за горизонтом.
Но тут я почувствовал шлейф ее запаха. Свернув с дороги, я на ходу выскочил из машины.
И я услышал ее. Стук ее сердца, слабый. Неуверенный. И она была не в воде.
Она лежала на краю обрыва, смотря в небо.
Небо было ясным, без туч, но прямо над ней, высоко, мелькали десятки молний. Это было необъяснимо прекрасное зрелище. Но мне было не до этого.
Все это было похоже на медленное немое кино. Я бежал к ней, я кричал.
А она, улыбалась и медленно закрывала глаза.
Нас разделяло буквально двадцать метров, как вдруг, ее сердце остановилось.
Эта тишина разрушала мой мир. Свет исчезал, покрывая все мраком.
Я упал рядом с ней на колени, но сердце не билось.
Я ударял ее по грудной клетке, но оно молчало.
Я звал, кричал, просил не оставлять, но она уходила.

В эти секунды, я понял, что умираю. Умираю вместе с ней.

Я особо старалась не думать, что мое время уже закончено. О том, что меня ждет после…жизни. Я надеялась только на то, что смогу увидеть Сида.
Я давно перестала верить в рай или ад, но сейчас, на смертном одре, я задумалась. Но мне, по прежнему, было все равно. Я знала одно – Сид в лучшем мире, и так или иначе, мне дадут с ним увидеться, пусть и в последний раз, ведь, я так и не смогла с ним попрощаться.

Тело онемело, а небо стало водой. Окутывая своей тяжестью, оно вырисовывало образы родного мне человека. Увидев его улыбку, я почувствовала, как из моих глаз потекли слезы. Слезы счастья.
Наконец-то я рядом с тобой!
Но что-то происходило с моим телом, дыхание вырывалось из груди, причиняя неприятные ощущения. Гораздо проще было не дышать. Но, казалось, меня заставляли.
Приятный свет, и родной человек рядом, что еще нужно мне? Протянув руку к его лицу, я хотела услышать его голос.
Но услышала нечто другое.
Чьи-то крики. Когда я поняла, кто кричит, мои мысли затопила вязкая злость. Даже она сейчас была приятной.
Рай существует.
Но крики становились все сильнее и отчетливее. Как только я стала улавливать суть, мое существо охватила паника.
- Дыши, Белла, дыши!! Ну же!! Не оставляй меня!! Умоляю, Белла! Я же.. Я же … Господи, за что ты так с ней??!!
Этот голос… Его голос. Снова текли слезы. Образы исчезли, кидая мне в лицо темноту и боль. Золотые стены рухнули, рассыпаясь дорожной пылью. Я ничего не понимала. Я чувствовала только эту адскую боль в груди. Нестерпимую, физическую боль. Хотелось кричать, но тело не слушалось.
Паника, боль и слезы полностью затапливали мое сознание. А он все кричал.
- Ну, давай же! Давай же, дыши! – его голос срывался то на звериный рык, то на слезную мольбу, - Не умирай, пожалуйста, не умирай! Я так люблю тебя..
«Не умирай»? «Люблю»?
Пульс гулким стуком отдавался в ушах, кровь с силой била по вискам, выгоняя слезы. Время остановилось.
Это не может быть правдой!!!
Никогда еще в жизни, я не испытывала такого смятения, такой паники. Я застыла на перекрестке двух сгорающих дорог.
Но почему-то сейчас, я поверила ему. Моя душа встрепенулась, она хотела быть с ним, как и я. Я всегда, всегда, верила ему, но гордость услужливо запихивала все чувства глубоко, считая это слабостью..

Мысли резко оборвались темнотой, подступившей отовсюду…

Резкая вспышка сознания и резкая боль в груди, я снова ощущала, как пульс эхом стучит в голове. На подсознательном уровне, я слышала небольшое потрескивание электричества, входящего в мое тело.
Инстинкты завладели моим сознанием, когда я почувствовала ледяное дыхание на своей шее. Я, словно, заранее знала, что это. Это как ощущение дежа вю. И прежде, чем ядовитые клыки впились в мое горло, я, собрав последние силы, попыталась поднять руку.

Эдвард.
Уходя, я хотел, что бы она была счастлива. Я хотел для нее нормальной жизни, в нормальном мире.
Я хотел, Я мечтал…
Эгоист.
Это все моя вина. Я должен был уйти из ее жизни, как только увидел ее. Но, что сделано, то сделано. Прошлого не вернешь. И я снова поступаю по СВОЕМУ желанию. Я не могу дать ей умереть. Это оказалось выше меня.
В эти долгие секунды, дорога моей жизни успела повернуться на 180°, разрушаясь. Она была ангелом, и если существует господь, позволивший случиться этому с ней, то он не стоит ничего. Он не стоит и волоска с ее головы.
На миг, поднимая глаза в небо, я понял, как умирают ангелы. По всему темно синему небу были разбросаны десятки молний, которые в один миг, взорвались миллионами искр, опускаясь на землю. К ней. Это было невероятно. Это просто не могло быть реальностью. Может, вампиры все же могут страдать психическими расстройствами?
Она умирала. Цепляясь за последнюю надежду, я склонился к ее шее, обнажая зубы. Время стало свинцовым, пробиваясь через его толщу, через свои принципы, я собирался сделать ее жизнь проклятьем. И это было моей надеждой?! Проклятье?!
Я ненавидел себя так, как не может ненавидеть никто, на этом свете.
Прошла всего секунда с тех пор, как я решился на обращение. Возможно, нет, скорее всего, я уже опоздал, ее сердце уже молчало, но мои зубы уже почти касались нежной кожи.
Но, вдруг, что-то схватив меня за ногу, отбросило от ее тела. Обвивая мои ноги и горло, инородные тела прижимали меня к земле. Не успев проанализировать ситуацию, понять, что происходит, в моей голове эхом взорвался звук бьющегося сердца и, в этот же момент, она открыла глаза.
- Не надо.. – хриплым шепотом вырывались слова из ее горла.
Стеклянный взгляд был прикован к небу, из глаз, по вискам, ручьями стекали слезы.
Я был полностью дезориентирован, совершенно забыв про свои оковы, я смотрел на нее, не в силах поверить в чудо.
Что-то стягивающее мое горло, ослабило хватку, вернув меня к сознанию. Я дернулся, вырываясь, и тут же застыл пораженный. Длинные белые щупальца, только что сжимавшие мое тело, плавно скользили к ее бедрам, втягиваясь.
«Что с ней стало?»
Мое сознание разрывал ужас, хотелось закричать, но вдруг, ее руки затряслись мелкой дрожью. Я слетел с места, снова становясь на колени рядом с ней. И в который раз, за последние несколько минут, меня сковали холодные клешни страха. Ее глаза, ее прекрасные глаза, цвета топленого шоколада, были полностью белыми. Человеческое зрение не смогло бы различить зрачков и радужки, но я видел. Видел ее зрачки, словно засыпленные мельчайшими крупинками белого песка. Белки ее глаз, казались серыми в этом контрасте.
Она, резко вдохнув, выгнула спину, и ее крик потонул в конвульсиях сотрясающих ее тело.

Я держал ее голову, что бы она не захлебнулась в собственных жидкостях. Ее руки безжизненными плетями лежали на земле, а глаза закатывались. Она уже не в первый раз умирала у меня на руках.
Прислушиваясь к ритмам ее сердца, я пытался найти выход. Я уже почти решился на то, что бы обратить ее, но теперь я не был уверен. Возможно, мой яд, для того, что живет в ней, может быть смертелен. Тогда я собственноручно убью ее. А возможно, это нечто, само убивает ее изнутри. Ответа я не знал.
Не теряя больше ни секунды, схватив ее на руки, я помчался в сторону аэропорта. И если мне придется убить кого-нибудь, что бы достать этот чертов самолет, я сделаю это незадумываясь.
Всю дорогу к аэропорту, я не мог оторвать глаз от Беллы. Я смотрел только на нее, слушал только ее сердце. Все мое существование сейчас, зависело от этих неуверенных, едва слышимых ударов. Судороги прекратились, и она мирно лежала на соседнем сидении автомобиля. Ее дыхание было поверхностным, и я молился только об одном, что бы успеть.
Въезжая на территорию аэропорта, я все так же не замечал никого вокруг, и вздрогнул, когда к машине подлетел Карлайл.
- Эдвард, что с ней? Эллис не все смогла увидеть, - спросил отец, вытаскивая Беллу из машины.
Я, не позаботившись даже о том, что бы заглушить двигатель, выскочил из машины и тут же перехватил тело Беллы из рук Карлайла. Я не мог доверить ее никому сейчас.
- Быстрее, мы и так тут дел натворили. Самолет вон там, - никак не отреагировав на мое поведение, сказал отец.
Сетуя на человеческую скорость, я побежал к самолету. Как только я попал в салон, мысли всей моей семьи тут же ворвались в мою голову. Эсме очень переживала за меня и Беллу, Эллис было нехорошо от того, что она плохо видит будущее, Эммет, сидевший за штурвалом самолета, не был переполнен жизнерадостности как прежде, он был сосредоточен на том, что пытался поднять машину в воздух. Даже Розали не была как прежде озабочена собой, она тихо сидела за вторым штурвалом, прислушиваясь к тому, что происходит в салоне.
В это время Карлайл все-таки забрал у меня Беллу и положив на кресло, принялся возиться со шприцами, что-то вкалывая. Он вдруг на секунду замер, а я, проникнув в его мысли, вновь ужаснулся. Быстро подскочив к ней, я аккуратно взял ее руку. Встретившись взглядом с Карайлом, я увидел в их отражении крайний ужас.
- Я ввел ей налоксон, он дожжен был снизить концентрацию героина, но он подействовал плохо. И я ввел ей обычный соляной раствор и ..это.. – попытался объяснить мне отец.
На ее руке, в районе локтевого сгиба, на месте инъекции быстро разрасталось темно-синее пятно, словно ее вены, сжигали всю руку. Я почувствовал, как страх все сильнее сковывает мое сознание.
Быстро объяснив Карлайлу то, что я видел в ней, мы пытались найти выход, но пришли лишь к тому, что яд вампира может оказаться смертельным для нее.
Но снова случилось непредвиденное, Белла пришла в сознание и, в ту же секунду, душераздирающий крик заполнил собой весь самолет.
Я услышал мысленные вскрики у себя в голове, когда ее сердце вдруг запнулось.
Ее спина выгнулась, послышался полный боли стон, а из ее бедер вырвалась пара белесых щупалец. Я в полной мере чувствовал страх и изумление моей семьи.
Карлайл, полностью охваченный противоречивыми мыслями, неуверенно вводил ей еще одну дозу налоксона. Белла все кричала, ее тело сводило в судорогах, а извивающиеся щупальца, сминали все вокруг. Зажав ладонями загноение на ее руке, я прикоснулся к ее лицу.
- Белла, не умирай… - прошептал я ей на ухо, - только не умирай, прошу тебя.
- Ей страшно, - подал голос Джаспер, и все как один, оглянулись на него.
«И ей очень больно, Эд» - добавил он мысленно, - «Скажи ей, что ты любишь ее»
- Я люблю тебя, Белла. Прости меня, прости, если сможешь, - прошептал я, ей на ухо.
И в ту же секунду, ее тело обмякло в моих руках, глаза закрылись, а щупальца безвольными плетями втянулись в тело.
Я услышал вдох облегчения, и не сразу понял, что сам издал его. Прикоснувшись к ее губам, и положив руку ей на сердце, я отсчитывал удары, даже не заметив, как самолет пошел на посадку.

Форкс. Я надеялся, что вся семья снова будет в сборе, что все станет по-прежнему, но не такой ценой.
Моя любовь, моя жизнь, моя душа умирала у меня на глазах. И каждый раз, когда ее хрупкое сердце спотыкалась в своем потерянном ритме, я вздрагивал от резкой боли в груди, крепче сжимая ее руку. Прошло несколько часов, с тех пор как мы оказались дома, а состояние Беллы не улучшалось.
Карлайл соорудил домашнюю реанимацию и не отходил от Беллы ни на шаг, так же как и Джаспер. Так же как и я.
Чувства благодарности резали меня изнутри, заставляя ненавидеться себя. Я принес в эту семью столько проблем и столько боли, а сейчас каждый старается помочь мне. Помочь Белле. Даже Роуз надеялась на ее выздоровление, приводя меня в шок своими мыслями.
Карлайл ежеминутно проверял ее состояние, сравнивая его с показаниями приборов жизнеобеспечения. Ее дыхание все еще было поверхностным и не глубоким, а место укола - в ужасном состоянии от соли. Джаспер так же был рядом, контролируя ее противоречивые эмоции. Сейчас, он требовал от Беллы лишь одно – желание выжить. Это было нашей главной надеждой. Нашей главной проблемой.
Я следил за секундной стрелкой, отсчитывая пульсирующие удары ее сердца. Оно билось слишком слабо и слишком неуверенно для того, что бы на компьютере, считывающем ее пульс, отображалось хоть что-то. По всем человеческим законам, она была уже мертва.
Она была на грани. На грани жизни. Но она была рядом, я чувствовал это. А Джас, чувствуя ее, подтверждал мои догадки.
В какой-то момент, показалось, что даже воздух замер, вслушиваясь в пикающие звуки кардиограммы. Я прикоснулся к ее груди, силясь поверить, что приборы правы. Я чувствовал, как позади меня облегченно выдыхает Карлайл, как Эсме и Эллис, услышав биение сердца, слегка улыбаются и их улыбки отражаются на моем лице.
Сердце бьется.
Ее сердце.
Самый важный звук в моем мире.
Звук, за который не страшно пройти все круги ада. За который не страшно умирать. Не страшно жить. За который хочется бороться.
«Боже, какая боль. Как человек может испытывать такое?» - мысленный возглас Джаспера врывается вихрем в мою голову, разнося минутное счастье на осколки.
- Она не человек, - словно прочитав мысли своего любимого, вставляет свое слово Эллис.
- Эта боль убивает ее. Она повсюду, - тихо шепчет Джас, добавляя мысленно, - «Я не могу разобрать, где физическая, а где эмоциональная боль»
Джаспер сжимает виски, массируя их. Я слышу, как у него начинает болеть голова. Эта же боль тревожит Эллис. Она не видит. И я слышу, как непонимание, волнение и страх за Беллу, вновь проникает в сознание всей семьи.
И только я сижу, тихо радуясь тому, что сестра не видит будущего, потому что, это означает, что пока оно есть. И пока, это - самое главное.
Время идет. За окном темнеет, но освещение не играет роли. Из комнаты вышли все, кроме Джаспера, оставив нас наедине. Его присутствие меня не смущало. Он ощущал ее внутренний мир, а мне оставалось молча завидовать, ведь я так и не услышал ни одной ее мысли.
Я битый час сидел рядом с ней, сжимая ее руку. Я так сильно увяз в своих мыслях, что вздрогнул от прикосновения.
Сильнее сжав мою ладонь, она вдруг резко вдохнула и открыла глаза, одновременно выпуская на волю белых змей, разрывающих простыни.
- Белла, - я попытался обратить ее внимание на себя, что бы успокоить и объяснить все.
Она перевала взгляд на меня и время остановилось. В этот миг, по комнате эхом разлетелся судорожный вздох Джаспера попытавшегося забрать всю ее боль, но его просто не хватило.
Не нужно было обладать его талантом, что бы увидеть эту темную бездну в ее глазах.
Этот океан несбывшихся надежд.
Эту боль. Этот страх.
«Прости» - как ничтожно это слово звучало у меня в голове.

Щупальца зависли в сантиметре от моей шеи, а глаза наполнились слезами. Прошло меньше секунды, как две крупные капли, упали с ресниц, и, скатившись по щекам, улетели вверх, разрываясь на атомы. Но я услышал, как ее сердце, сбившись с ритма, застучало быстрее, как по ее телу прошла дрожь. Я только хотел протянуть к ней руку. Успокоить.
Сказать, как люблю.
Но она убегает. А мое тело парализовано. Впервые в «жизни», я не контролировал его. Не чувствовал. Не чувствовал ничего. Только треск послышался. Как будто, что-то оборвалось.
Где-то внутри.
- Погоди, - спокойно произносит Джас, хватая ее за руку. Я слышу в его мыслях боль, разрывающую их обоих на части. Я чувствую, как он напряжен.
Она попыталась выдернуть свою руку из смертельной хватки вампира, но когда ее попытка провалилась, она пустила в ход свои щупальца. Один широкий взмах и треск стены, под каменным телом вампира.

Белла.
На смертном одре жизнь, казалось, сияет яркими красками. Неведомая сила тянула меня обратно, заставляя жить, заставляя терпеть. Тело было скованно тысячами оков, не позволяя шевелиться, в то время как острые иглы, одна за другой, вонзались в мое сердце.
Хотелось больше не чувствовать ее. Это было невозможно, как и поверить в реальность этих ощущений. В реальность едва слышимого шепота. Ощущения холодной ладони в своей руке.
И сама не понимая себя, я из последних сил цеплялась за края жизни, жизни, отобравшей у меня все.
Боль стала затихать на некоторое время, позволив телу немного расслабиться. Сознание окутала блаженная в своей пустоте темнота.

Внезапно придя в себя и резко распахнув глаза, я почувствовала рядом чье-то присутствие. Инстинкты оказались быстрее, и выпустившиеся на волю щупальца хотели помочь онемевшим рукам свернуть шею опасности, как вдруг, я захлебнулась во взгляде черных глаз.
Боль, так тщательно зарываемая в глубинах сознания, вырвалась наружу, сметая все на своем пути. Эта боль и страх осознания, разрывали меня изнутри, наполняя глаза слезами.
«Возьми себя в руки! Будь сильной!» - приказывал разум.
Но две крупные капли все же упали с ресниц. И снова инстинкты сработали быстрее собственного тела. Подхватив летевшие вниз капли, внутренние силы заставили их взмыть вверх и взорваться миллионами частиц.
Его присутствие в моей жизни. В этой комнате. Его голос. Его протянутые руки пугали меня, избивая раскаленными хлыстами.
«Но это же не может быть правдой! Что за злая шутка!»
Прихватило сердце. Сжавшись от новой волны боли, которая вернула меня к действительности, я быстро вскочила на ноги и побежала к двери.
Чья-то рука. Чей-то знакомый голос. После неудачной попытки вырваться, пустила в ход сильную часть своего тела. И без оглядки бросилась к выходу.
Выбегая из дома, мой взгляд упал на ключи в зажигании у черного Мерседеса.
Вдавливая педаль газа в пол, последнее, что я услышала позади, был разгневанный женский голос. Розали.

Гоня машину в неизвестном направлении, я оглядывалась по сторонам в поисках чего-то, что бы могло указать на мое местоположение. Но местность и без подсказок оказалась до боли знакомой.
Форкс. Не решив ничего гениального, я повернула в сторону пустующего дома отца.
Но организм отчаянно отказывался ехать в этом направлении, он требовал свою дозу, ломая кости вскипающей кровью.
Выезжая на шоссе, я направилась в сторону Порт-Анжелеса, в надежде найти то, что нужно мне. В глазах периодически темнело и резкость размывалась каплями по лобовому стеклу. Выскочив из машины, я впервые бросила взгляд на свои ноги. Я была босиком, и на мне было лишь полупрозрачное белое платье, с огромными дырами на бедрах. Я не задавалась вопросом, как оно оказалось на мне.
Чертыхнувшись про себя и тут же забыв про свой внешний вид, я направилась в переулок, в конце которого, на ступеньках сидели двое парней.
- Эй, крошка, хреново выглядишь, - воскликнул один, как только увидел меня.
Втянув воздух, я почуяла множество смешанных запахов. У них в крови был настоящий нарко-коктейль.
- Героин? – заламывая пальцы на руках, спросила я.
Видимо на моем лице отражалась последняя надежда, потому что я отметила, как искренне в ответ отразилось на его лице слово «нет».
- Кокс? Морфий? Что-нибудь! – довольно громко воскликнула я, теряя контроль над эмоциями.
Слова вылетали уже сами по себе, я теряла контроль над собой. Над своим телом и чувствами. Осталось только желание, голая потребность.
Я помню, как я входила за парнями в помещение, две спасительные дорожки кокаина, ослабившие боль, какой-то парень, предлагавший героин. Я сказала, что оплачу телом.
Три трупа на полу возле себя, с застывшими гримасами боли на мертвых лицах.
Грязные шприцы… и стены окрасились желтым, включая свет в окнах.
Подвешенный на струнах бас гитары.
По обоям к небу текут слезы.
А по потолку летают маленькие сонные бабочки.
А еще, разглядывая объемные канцелярские принадлежности, в голову на миг закралась идея, что сердце можно склеить, скотчем, например.
Хотела достать, но очень устала. В следующий раз, наверное.

- Ты совсем из ума выжила?!! Какого хрена ты творишь, идиотка!!
Громкий, очень громкий голос и пощечины вырывали меня из блаженного забытия, окуная головой в ледяную воду реальности. Сопротивляться и давать отпор не хотелось, да и сил совершенно не было.
Сильные руки, подняв меня над полом, хорошенько встряхнули. Резкая боль в голове давила мое сознание. Еще чуть-чуть таких криков и меня вырвет.
- Смотри мне в глаза! – еще один резкий удар по лицу, заставил меня сфокусироваться на моем обидчике.
Я уже давно перестала удивляться чему-либо, но сейчас хотелось ущипнуть себя. Передо мной стояла надменная сестренка Эдварда. Розали, собственной персоной. Я огляделась, не поверив, что она пришла одна.
- Что ты здесь делаешь? – прохрипела я, пытаясь сесть удобней.
- Пытаюсь вправить мозги одной особе, которая, похоже, окончательно свихнулась!
- Роз… - я пыталась подобрать слова, так что бы послать ее не очень грубо.
- Заткнись и поднимай с пола свою задницу, мы едем домой! – командным голосом объявила Розали.
- Оставь меня, - обречено выдохнула я, - что вам всем от меня надо….я просто хочу жить нормально…уйди.. – тихо бормотала я себе в колени.
- Жить?! Ты себя в зеркало видела?! Ты сидишь на трупах, объебанная, прости господи! – воскликнула девушка, хватая меня за руку и пытаясь поднять на ноги.
- Роуз, уйди, я не хочу делать тебе больно… Я и так..
- Заткнись, я сказала! Да, ты уже постаралась! Все это время, как два кретина не смогли найти общий язык в любви, не было ни у кого нормальной жизни!!
Злость змеей растеклась по организму. Сохраняя последние капли силы и самообладания, я выдавила:
- Он. Меня. Не. Любит. Он. Сам..
- Оставил меня, - перебив, передразнила меня Розали, - Знаю, знаю. А ты сама то веришь в это?
- Верю! –быстро бросила я, пряча лицо в ладонях.
- Заметно, - язвительно выдохнула она и присела рядом со мной на корточки.
Не понимая, что происходит, я подняла глаза на нее, пытаясь поверить, что это действительно Розали.
- Ты нужна ему. Он хотел счастья для тебя. Человеческого счастья, - нежно, слегка ухмыляясь, произнесла Роуз, аккуратно дотрагиваясь пальцами до моего кольца.
Не в силах обуздать боль, рвущуюся наружу, не в силах остановить слезы, разбивающиеся о пол, я дотронулась до плеча Роуз, словно проверяя. Я не могла поверить, что только что произнесенные слова, вылетели из ее уст.
- Почему? – выдохнула я вопрос, на который не было ответа, чувствуя, как мои губы начали дрожать.
Боль, сладкая боль разрывала грудную клетку, ударами об ребра.
- Потому что он – дурак, любит тебя и зациклен на твоем счастье, - и вдруг резко сменив нежность и заботу на лице, на обычное презрение и надменность, она добавила, - и если ты сейчас не пойдешь сама, то я поломаю твои кости и понесу тебя в мешке!
Борясь с собой, я не заметила, как по телу прошла волна неприятной дрожи.
- Я не могу, Роз. Слишком поздно..
Она показательно закатила глаза и, резко оторвав меня от пола, через секунду уже запихивала в машину.
- Роз.. Нет.. Я не могу. Я не хочу.. – неуверенно начала я, собираясь выбраться из машины.
- Ты любишь его? – четко произнесла она, вдавливая педаль газа в пол, и защелкивая двери.
Гордость и боль причиненная им, не давали ответить на этот вопрос. И я бессильно опустила лицо в дрожащие ладони. Наступило долгое молчание. Я потеряла счет времени, но вдруг заметила, как стала спадать скорость.
- Любишь? – вдруг, снова потребовала ответа Розали.
Я подняла глаза на нее. Она смотрела мне в глаза с очень серьезным выражением лица. Мне показалось, что она предоставляет мне выбор. Что можно уйти сейчас. Душа снова наполнилась слезами и болью. Роуз в ожидании вопросительно подняла свою изящную бровь.
- Я.. Я не знаю… - дрожащим голосом выдавила я, опуская глаза.
- Черт бы вас побрал, Белла! Скажи мне то, что ты чувствуешь! – резко схватив меня за подбородок, она больно впилась ногтями мне в щеки, заставляя смотреть на нее.
- Я не могу…
- Если ты сейчас скажешь мне твердое «Нет», то можешь проваливать и умирать, как угодно твоей душе, - грозно прошипела она, встряхнув меня за подбородок.
Разве могла я сказать «Нет» сейчас?
Я уже мертва. Мертва, и не раз. Чего я стОю? Чего я хочу?
«Ты нужна ему» - пронеслись в голове слова, так неестественные для Розали.
Из глаз снова потекли слезы.
- Он…. – начала я, но слова утонули в слезах, - ..так больно..
Посчитав это положительным ответом, Розали громко вздохнула, на манер великого мученика, и с огромной силы треснув меня по лицу, потащила в сторону дома.
Преодолев за несколько секунд несколько километров, она начала истошно вопить прямо мне в ухо.
- Даже и не думай! Если я сказала, что ты идешь со мной, значит, ты идешь со мной! Тебя вообще никто не спрашивал!
Она резко дернула меня за плечо, чуть не уронив, из-за чего, я инстинктивно выпустила щупальца из бедер. Я кинула испуганный и непонимающий взгляд на Розали, заметив на ее лице ухмылку.
Через секунду, я почувствовала их приближение. Вся семья летела к нам навстречу. Его запах врезался в мое сознание, затуманивая его. Слезы не переставая текли из глаз. И ко всему этому прибавилась сухая боль в позвоночнике. Меня снова начинало ломать.
Я даже не успела понять, чья это рука, как невольно моя щупальца с силой влетела в прекрасное лицо Роуз. Осознание того, для чего она устроила весь этот спектакль, в который раз, повергло меня в шок.
- Вот черт, - выругалась она, - «в ответ» ударив меня.
- Розали, не надо! – раздался встревоженный голос Карлайла, - Белла! Белла!
Выхватывая меня и рук Розали, Карлайл тут же понес меня в дом и положил на диван.
- Как ты? – аккуратно спросил Карлайл.
Не поднимая глаз с пола, я сидела, обхватив колени руками, слегка раскачиваясь. Я чувствовала всех в этой комнате. Я чувствовала себя ребенком. Маленькой девочкой, раздавленной неподъемным грузом жизни.
Я ощущала, как ОН приближался ко мне. Так медленно и неуверенно. Когда его рука коснулась моего плеча, я нервно вздрогнула, и, закрыв лицо ладонями, я изо всех сил, пыталась не разреветься в голос.
Я задыхалась от рыданий, разрывающих мое горло. Все тело трясло крупной дрожью, но все мои ощущения были сконцентрированы лишь на том, кто сидел рядом со мной, едва касаясь моего плеча.
Я слышала, как все вампиры бесшумно покинули комнату, оказываясь за пределами моего слуха.
Воздух совсем закончился, и я судорожно всхлипнула, пытаясь вдохнуть. От притока кислорода, от его запаха, так резко ворвавшегося в меня, все внутри сжалось.
Его прикосновение причиняло мне такую нестерпимую боль, такое невыносимое блаженство, что сердце разрывалось от противоречивости этих чувств. Хотелось орать. Орать от боли. НО не было сил даже восстановить до конца человеческий облик.
Вдруг, я почувствовала, как холодная рука, нежно коснулась белой гладкой кожи, на моих конечностях. В этот момент, я услышала, как затрещало электричество над нами, и испуганно отдернула щупальцу, пытаясь втянуть ее в тело. Трансформация принесла сильную боль, словно разламывались кости. В глазах потемнело. Сознание снова покидало меня.
- Белла, - тихий шепот, заставил меня ухватиться за края реальности. Я чувствовала, как он пытался что-то сказать, но слова словно застревали у него в горле. Он лишь встал с дивана, убрав руку с моего плеча.
Еще раз судорожно вздохнув, я попыталась поднять глаза на него. Встретившись с ним взглядом, я перестала видеть окружающий мир. Все перестало существовать вокруг, боль ушла, оставляя меня наедине с омутами его черных глаз. Омутами, в которых я утонула..

Наверное, эта боль никогда не покинет мое сознание. Мое тело. Голова, словно налитая свинцом, раскалывалась на части. Руки и ноги потяжелели, чувства притупились, а болезненные спазмы, один за другим, размешивали мои кости в порошок. Яркий свет резал глаза даже сквозь закрытые веки.
- Белла.. – тихий бархатный шепот, иглой вонзился в мою грудь, - ты можешь открыть глаза?
Не заметив, как перестала дышать, я с трудом сдерживала слезы, и рвущийся наружу крик. Вся эта боль была невыносима.
- Белла, прошу тебя, открой глаза, - его голос срывался на каждом звуке. Если бы я не знала, что вампиры не плачут, я была бы уверена, что он рыдал.
Веки приподнялись, высвобождая лавину слез и судорожный всхлип от накопившихся эмоций.
- Послушай. Можешь ничего не говорить, просто выслушай меня. Я совершил ошибку века. Я причинил боль всем и, я знаю, что не достоин твоего прощения. Я хочу, что бы ты знала, что я полюбил тебя в самый первый день нашей встречи, и эти чувства сохранятся во мне навсегда. Ты самое дорогое, что есть у меня в жизни, в моем существовании. И теперь единственным лучом света в нем, является надежда на то, что ты простишь меня. Простишь за ту боль, что я причинил нам обоим. Если ты скажешь мне уйти, я уйду. Но я всегда буду рядом, на тот случай, если ты передумаешь. Без тебя мое существование не значит ничего. И я не позволю тебе гробить свою жизнь понапрасну. Прошу тебя, Белла. Останься здесь. Останься на время, пока ты сможешь вылечиться. После, твое решение будет неоспоримо. Прошу.. Останься сейчас.
Каждый раз за воспоминаниями о той боли, приходила злость. Этот раз не был исключением. Слезы высохли на щеках, а боль, от его слов, была уже другого характера.
Он - причина всем моим бедам.
Из-за него умер Сид.
Ненавижу.
- Уйди.
Что-то полоснуло мое в миг оледеневшее сердце, когда в его глазах отразилась боль. Но он ушел. Не сказав больше не слова. Как только он скрылся из зоны видимости, все внутри меня закричало «Останься!», но этой просьбе не суждено было быть озвученной. Противоречивость чувств сжирали меня, душевная боль разрывала на кусочки.
И почему мое сердце все еще бьется?
В дверях появилась Эллис. Тепло растеклось внутри, все больше оживляя боль, при виде маленького эльфа. Почему-то, не было места для злости на нее в моем мертвом сердце, хотя, я знала, что и она могла поступить иначе.
Эллис, боязливо подошла к краешку кровати и неслышно присела. Она заглянула мне в глаза, и я чуть не расплакалась снова. Сколько боли, переживаний и вины было в этих вечно смеющихся глазках. Она сидела молча, словно боялась чего-то. Преодолевая тяжесть и боль в суставах, я хотела поднять руку, но смогла только слегка пошевелить пальцами. Эллис быстро опустила взгляд на мои пальцы и тут же вернулась к лицу. Эта боль в ее глазах убивала меня. Я хотела сказать ей, но слов не было. Не было даже мыслей, лишь желание стереть эту ужасную маску с ее лица. Глубоко вздохнув, как бы набираясь сил, я, через силу, выпустила из бедра щупальцу и медленно протянула к ее руке.
Боже, как я боялась ее реакции. Она могла испугаться. Ей будет противно прикасаться ко мне. Я ведь не человек, физически. Щупальца замерла в паре сантиметров от ее запястья, подрагивая.
И все страхи в миг ушли. Казалось, даже часть боли пропала бесследно, когда Эллис нежно прикоснулась к белой коже щупалец. Боль в ее глазах сменилась отчаянным счастьем, на губах заиграла слабая улыбка.
Немного сильнее обвив ее руку, я почувствовала, как радостно мое сердце бьется об ребра. И словно еще одна ниточка крепко накрепко связала нас вместе, удерживая меня в этом мире. Сейчас, именно сейчас, когда жизнь почти отвернулась от меня.
- Эллис.. – выдавила я, дрожащим от слез голосом. И вампирка тут же бросилась обнимать и целовать меня.
- Белла, господи, как я рада. Как я волновалась за тебя! Как я боялась, что ты… Зачем?! Белла, зачем ты это сделала? Боже, какая ты дурочка! – воскликнула она и снова, порывисто обняла меня.
- Я тоже рада Эллис, я тоже.. – прошептала я, из последних сил заставляя себя говорить внятно.
Вдруг она резко отстранилась, ее лицо немного посерьезнело.
- Прости? – быстро бросила она, с опаской глядя мне в глаза.
- Я люблю тебя Эл, и не могу злиться.
Эллис вновь расплылась в улыбке, но вдруг, боль скрутила мой позвоночник, застилая глаза пеленой. Вскрик слетел с губ, спина выгнулась дугой. Словно выйдя из какого-то транса, боль полностью завладела моим телом, не разрешая мыслить нормально. Сердце билось в бешеном ритме, и этот гул раздавался в голове. Ужасная, невыносимая боль огнем полыхала в сердце.
Затупившиеся в конец инстинкты все еще ощущали чье-то присутствие в комнате, но было уже все равно. Хотелось только одного – что бы эта боль прекратилась, и уже не важно, каким способом.
Мое время остановилось, но я чувствовала, как оно бежит за пределами моей досягаемости. Что-то менялось вокруг, но весь мир был покрыт белым туманом. Туманом боли.

Эдвард.

Уйди.
Я ожидал чего-то другого? Это было бы слишком эгоистично, после того, что я оставил ее. Она будет права, если будет ненавидеть меня. Она ненавидит. Своими поступками, я заслуживаю и худшей участи.
Но сейчас, сейчас она, одним словом, возместила всю ту боль, что я мог причинить ей. Я не мог отказать ей, но и уйти для меня сейчас было наихудшим вариантом.
Собирая себя по кусочкам, я вышел за дверь. Мимо меня прошмыгнула Эллис и с этого момента, я не вылезал из ее головы.
А что я мог делать теперь? Только наблюдать.
Мое сердце истекало желчью, когда Эллис обняла Беллу. Это даже смешно. Я ревновал ее к собственной сестре. Это смешно и дико больно.
Но вдруг, она закричала.
Не в силах удержаться на месте, я бросился к ней. Ее тело тряслось и извивалось, а широко открытые глаза, невидящим взглядом уставились в потолок.
- Сделай же что-нибудь! – взмолился я, когда отец подошел к Белле.
- Я не знаю, что можно сделать. Я провел анализы. Все обезболивающие могут только ухудшить ситуацию, - пояснил он, едва касаясь изуродованной руки.
- А что тогда это?- надломленным голосом спросил я указывая на извивающуюся щупальцу.
- Это она. – подала голос Эллис.
Я не в силах сказать что-либо поднял ошалевший взгляд на сестру.
- И не смотри так на меня, - дерзко ответила Эллис, - это Белла. Она – другой вид.
Я все еще не мог поверить своим ушам, и перевел свое внимание на Карлайла. Он лишь слегка кивнул, пожимая плечами, как бы в знак согласия с Эллис.
- Но, что с ней? Почему ей так плохо?
- Это из-за наркотиков, - ответил Карлайл, - очевидно, ее организм очень чувствителен. У нее была сильная передозировка, это сказывается на ее сердце. Плюс ко всему, обычная ломка. Только гораздо более болезненная, нежели у обычного человека.
- Господи, ну должен же быть какой-то выход! Можно ведь как-то избавить ее от этой боли?! – сказал я, крепче сжимая трясущуюся ладонь.
- Ты можешь дать ей анальгетик с таким же успехом, что и вколоть ей новую дозу, Эдвард. – серьезно произнес Карлайл, не оставляя мне выхода.

Я сидел рядом с ней, время от времени сдерживая ее тело от очередных конвульсий. За все эти пять часов, она так и не пришла в себя. Только кричала, извивалась и плакала. И каждая пролитая ею слезинка, кислотой проливалась мне на сердце.
Эллис сидела на подоконнике, держась за голову и отчаянно пытаясь разглядеть будущее. А Джаспер, безмолвно стоял у стены, пытаясь хоть на сотую часть облегчить ее страдания.
В комнате творилось что-то невероятное. Когда ее тело пронзали конвульсии, все невысохшие капли ее слез, мигом взмывали к потолку и в бешенном, суматошном темпе рассыпались на стенах. Иногда, над ее головой возникало зеленоватое электрическое поле, после чего, судороги прекращались и сознание, как казалось, оставляло ее, словно заканчивались последние силы.
Через несколько минут, Белла снова заметалась, и я снова прижал ее плечи к кровати. Но вдруг, я встретился с вполне осознанным взглядом. Из белых глазниц, вновь ручьями потекли слезы.
Она смотрела мне в глаза, прожигая дыру своим взглядом. Ее руки порывисто хватали простыни, изрывая их на кусочки. Она из последних сил держала свою боль в себе.
- Прости… Прости, меня Белла. Я не могу уйти. Не могу тебя оставить сейчас! Прости, пожалуйста! – взмолился я.
- Больно, - выдохнула она, и ее голос сорвался на писк.
- Я знаю. Терпи, моя девочка. Ты сильная. Терпи, умоляю тебя. Прости.. Прости.. – как в бреду повторял я, целуя ее руку.
- Даже не думай! – резкий голос Эллис разрезал воздух над нами.
- Что?! – ошарашено спросил я.
- Ты хочешь дать ей дозу, - прошипела она тихо, оказавшись рядом, - это сделает только хуже!
- Я не могу, не могу, Эллис.. Господи..
- Убей меня… - произнесла Белла, тонким хриплым голоском, - пожалу..
Она не смогла договорить. Ее слова потонули в конвульсиях и криках.

Мне казалось, что еще чуть-чуть и вся ее боль, все ее душевные терзания порвут меня на части. Могут ли вампиры сходить с ума?
Я уже сошел.

Последующие 72 часа стали для меня адом. Состояние Беллы не изменилось. Ее ломка продолжалась все с той же силой. Она ничего не ела. Попытки поставить капельницу успехом не увенчались, так как она каждые 2-4 минуты извивалась и крушила все, что попадалось под руку. Даже вампирская сущность едва могла противостоять силе ее щупалец. Эсме и Эллис пытались давать ей хотя бы воду, но после каждого глотка, ее еще пять раз выворачивало наизнанку. Она постоянно бреди и кричала, и, все реже приходила в сознание. Боль затуманивала ее разум. Не один человек не смог бы выдержать этого. Трое суток. Семьдесят два часа, за которые она, казалось не раз, прошла все круги ада.
За что ангелам такая боль?
Я сходил с ума все это время. Я умирал от мучавших ее терзаний. Каждый ее крик, каждая ее слеза убивала меня и заставляла родиться снова, что бы еще раз за разом пережить эту боль. Я больше не мог, просто не мог это выносить. Еще чуть-чуть, еще один крик, и из ее горла полезут внутренние органы.
По стечению этих стрех суток, комната, где находилась Белла, больше напоминала место, где испытывали оружие. Стены были полуразрушенными, от железного каркаса кровати осталось что-то невнятное, повсюду была вода. На полу и на стенах, в воздухе и на потолке.
Каждый раз, когда ее речь становилась более осознанной, и разум отблесками светился в ее глазах, ее приходилось удерживать в доме силой. Я и Джас уже не справлялись с этой задачей. Она кричала, извивалась, била.. Выскальзывала из наших стальных объятий.
Это была не она.
Это был демон. В ее мутно-белых глазах горело пламя ада.
Я не понимал, как она терпит. Как терплю я.
Джаспер не выдерживал ее боли. Эллис не видела конца этому кошмару. Все были не в себе.
Эти крики. Мне казалось, что я их буду слышать всегда. Даже сейчас слышу, когда она до скрежета сжимает зубы, не издавая не звука.
«Инициация? С таким же успехом, можно сравнивать занозу в пальце и превращением» - слова Джаспера заезженной лентой, раз за разом, прокручивались в сознании.
Как и сейчас, она лежала на полу, крепко стиснув зубы. И лишь на выдохе, из ее горла доносился мучительный стон. Стало казаться, что этот ужас не закончится никогда.
Ее тело, вдруг, резко замерло.
«Боль утихает» - донесся до меня возглас Джаспера, - «Стремительно»
Сердце в груди сжалось до боли приятно.
- Белла, Белла! Ты меня слышишь?
Я не выпуская ее руку, гладил ее по спутанным, грязным волосам. Казалось, что все обиды, вся боль расставания была старой, давно забытой сказкой. Неправдой. Но так казалось только мне.
Она резко присела, на миг зажмуриваясь.
- Ты. – бросила она, выдергивая свою руку.
От эмоций отображенных на ее лице, мне стало плохо. Злость, боль, отчаяние, ненависть. Все смешалось в большой микс и ни чего уже было не понять. Ее передернуло, видимо, от очередного спазма, но выражения лица не изменилось. Она порывисто оглянулась, рассматривая всех, кто находился в комнате. Ее взгляд задержался на Эллис, а потом, она встала и быстрым шагом пошла к двери.
- Белла, подожди. Послушай. – как всегда, спокойно, одернул ее Карлайл.
Она остановилась, молча глядя ему в глаза.
- Ты еще слишком слаба, останься у нас на время, что бы восстановиться полностью. Мы будем рады тебе. – как ни в чем не бывало, продолжил отец.
Парализованный, я наблюдал за ней. За ее реакцией.
Боже, мне хотелось бы взорваться на месте, если она переступит порог этого дома. Я не мог даже думать об этом, но в то же время, видя всю ее, не мог предположить, что она останется.
Она молчала, обдумывая свое решение. Ее тело снова слегка трясонуло и она порывисто обняла себя руками, впиваясь ногтями в мягкую кожу.
На эти секунды в моей голове повисла тянущая тишина. Она действовала мне на нервы.
К ней, тихо подошла Эллис, аккуратно обнимая за плечи. Белла вздрогнула, но не отстранилась.
- Останься, Белла. Прошу.. – тихо-тихо прошептала Эллис ей на ухо.
И она, подняв глаза на Карлайла, уверенно кивнула.
Не сказав ничего.
Я умер еще раз.

Белла.
Странное опустошение. Словно уходящая боль забирала себе все хорошее, что когда-то было во мне. И опять эти золотые глаза. И эта злость. Но почему?
Разве не ради него я терпела?
Если нет, то ради кого или чего?
Просто ради того, что бы жить? Врядли. Жизнь – не самое привлекательное, что есть в моем неоткрытом мире.
Слова Эллис выдернули меня тогда из всего мрака. И забыв все. Всю боль и обиды я держалась голыми руками за раскаленный поручень жизни, сжигая кожу до кости. Оставляя всех, кто меня любил в другом, счастливом мире. Маму, отца, Сида. Всех. Если и есть ад, то мой – здесь, на земле. В таком случае, я слишком дерьмовая даже для того, что бы умереть.

И снова захотелось убежать. Словно я оказалась не в том месте, не в том сне и мне хотелось, как можно скорее попасть домой. Домой.
Но теперь, у меня нет дома.
Нет сил и веры.
Нет желания.
Ничего нет.
Уже по привычке зарывая всю боль и чувства в себя, я согласилась остаться в этом доме, на некоторое время. Хотя бы для того, что бы набраться сил.
Обхватив мои плечи, Эллис вывела меня из разрушенной комнаты. Она думала, что я не заметила, как она пристально посмотрела на Эдварда и Карлайла. Я видела, но мне было все равно. Все ушло из меня. Просто было не до чего.
Медленно проведя меня по коридору, Эл завела меня в комнату и полезла в шкаф.
- Белла, ты сможешь принять душ? Я помогу тебе, просто хочу быть уверена, что..это..не начнется..опять. – пробормотала Эллис.
Слушая ее краем уха, я молча кивнула, продолжая стоять посреди комнаты, как игрушка, которую забыли убрать на место. Все так же медленно и аккуратно Эллис провела меня в ванную и помогла принять душ. Вернее даже сказать, что она мыла меня, потому что мне было все равно. Я лишь стояла в ванной, иногда обхватывая себя руками, когда меня снова начинала пронзать боль.
По крайней мере, теперь, она была терпимой. Терпимой, по сравнению с тем, что было пару часов назад..
Безразличие растеклось по телу и время остановилось.

Эдвард.

Тишина угнетала. Именно сейчас отсутствие ее мыслей в моей голове было наиболее болезненным. Она была словно неживая. Это было даже хуже, если бы она кричала о том, как ненавидит и презирает меня.
Она была куклой.
Красивой куклой без души, сердца и эмоций. Без мыслей.
Эллис каждое утро одевала ее, умывала, красила. Эсме готовила для нее еду. Они разговаривали с ней. Иногда она даже, казалось, слушала и кивала. Но каждый раз, как только появлялся я, ее взгляд замирал на одной точке. И даже если я сидел прямо у нее перед носом, она смотрела сквозь меня, словно сквозь воду.
Ее глаза иногда темнели, становясь бежевыми, иногда темно-коричневыми.
Все пытались разговорить ее, но она не издала ни звука. Карлайл терялся в догадках и теориях. Джаспер не видел ее эмоций. Их просто не было.
Проходили дни, но ничего не менялось. Я был опустошен и потерян, как любовь между нами.
Эллис проводила с ней все время, а мне оставалось, как собаке, скулить под дверью, истекая слюной.
И сейчас, спустя неделю, даже тот довод , что она просто осталась жить, уже не грел душу. Я в полном отчаянии сидел в гостиной на диване, спрятав лицо в ладонях. Почувствовав прикосновение к своему плечу, я нехотя поднял глаза.
- Все вернется на свои места, Эдвард.
Я тяжело вздохнул, глядя в теплые глаза отца и, снова понуро опустил голову.
- Не мучай себя. Просто, дай ей время. Она ведь еще совсем ребенок.

Отсутствие боли пугало меня. Было ощущение, что во мне нет ничего. Ни чувств, ни эмоций, казалось, что в моих венах не течет кровь, что в моем организме не осталось костей. И каждую секунду, почему-то, приходилось делать над собой усилие, что бы не вскрыться и проверить.
Время стояло на месте уже очень долго. Потребностей в пище и сне не ощущалось и, иногда, я не понимала, почему Эллис и Эсме, так со мной возятся. Лишь крайне редко, когда за окном меркли краски, где-то глубоко задворках разума, мне чего-то не доставало.
Сложно жить в мире, в котором ты не видишь смысла. В котором нет смысла твоему существованию. Я и не жила.
За меня жили.
И сегодня, я начала это понимать.
Эллис усадила меня на диван в гостиной и принялась что-то делать на кухне, в то время, как спустился он. Что-то внутри пошевелилось и стало крайне неприятно. На миг заглянув в почерневшие глаза, я пришла к выводу, что если чувства и эмоции настолько неприятны, то проще жить без них. Это гораздо удобней. Быстро вернувшись в привычное состояние, я почти не обратила внимание на то, как помрачнело лицо Эдварда, когда он снова увидел мой пустой взгляд.
И мне было хорошо. Было спокойно. Было никак.
Эдвард со скоростью света, тут же вылетел из дома и, судя по звукам, направился к лесу. Его передвижение донесло до меня легкий ветерок, пронзивший меня насквозь своим холодом.
Оголенные руки в миг покрылись мурашками. Отвратительный холод прошелся по всему организму, меня начало трясти. Обхватив плечи руками, я попыталась усмирить озноб. Это было слишком непривычно, слишком неприятно. И я успела еще раз подумать о том, как нормально жить в мире без всего.
Заметив меня, Эллис, отозвалась со стороны кухни, стуча посудой.
- Белла, я через секунду, вот только дожарю и.. – протрещала она своим звонким голоском.
- Эллис.. холодно..
Я почти не заметила, как слова слетели с моих уст, охрипшим от долгого молчания голосом.
В этот же миг, на кухне что-то со звонким ударом грохнулось на пол, и я почувствовала ручки Эл у себя на плечах.
- Белла! О боже! Ну, наконец-то! Как я рада, Белла, я так тебя люблю! – вопила Эллис, усердно тряся меня за плечи, - Холодно? Сейчас. – проверещала она, и скрылась из виду.
Через пару секунд она появилась с пледом в руках, и, завернув меня в него, бешено начала тереть мне руки.
- Так теплее? Точно не холодно? Как ты? – тараторила Эллис.
Все ее слова и вопросы добирались до меня очень медленно и неохотно. Не полным смыслом проникая в мой мозг. После небольшой паузы моего сознания, я подняла глаза на Эллис, и увидела на ее лице такое милое выражение лица, что у меня непроизвольно вырвалась улыбка.
- Ничего, - все так же хрипло ответила я.
- О боже, Белла! Как я по тебе скучала! – пропищала Эл, кидаясь снова обнимать меня, - Никогда больше так не делай! Ты всех нас до смерти напугала! Мы уж думали, что ты так и останешься зомби.
От ее объятий закружилась голова. Было такое ощущение, что полетала на центрифуге. Не сумев сдержать рвотный позыв, усиленный запахами с кухни, испортила бежевый ковер в гостиной.
Последующие несколько часов Эллис не отлеплялась от меня ни на секунду. Приехал Карлайл, вернулась Эсме и Джас. Это всеобщее внимание немного бесило, а состояние было более чем паршивым. Но ужасней всего, было то, что у меня начала развиваться паранойя.
Эти создания пугали меня. Пугали так, как ничто другое. Карлайл говорил, что их нет. Но он их не видел!
Они всегда приходят, когда я одна. Когда никто не видит. До сих пор ощущаю на запястье это гнилое прикосновение. Они ужасны и опасны. Каллены даже представить не могут того, на что они закрывают глаза.
Всегда найдет тот, кто будет сильнее тебя.

Эдвард.
Каждый раз, когда я думаю, что не может быть хуже, случается то, чего совсем не ждешь.

- Убери!! Убери руки!! Отойди!! Эллис!!!
Эти безумные вопли, эти безумные глаза, этот безумный страх. Все это комом встало в горле в тот день, когда я впервые решился снова подойти к ней.
- Белла, успокойся. Я хочу всего лишь поговорить, - мягко сказал я ей, нежно беря ее ладонь.
Из ее давно покрасневших глаз потекли слезы. Она бессильно вжалась спиной в угол и прятала лицо в коленях.
- Зачем? Зачем ты пришел?! – всхлипывала Белла, и вдруг, истошно, на манер истерички со стажем, снова завопила, - Не трогай меня!!!
- Белла.. – только и успел выдавить я, когда в комнату влетел Карлайл, а за ним Эллис.
Сестра тут же бросилась к Белле, и та порывисто прижалась к ней, сотрясаясь в рыданиях.
« Когда-то я думал, что если люди замкнуты в своем мире и не замечают ничего вокруг, это намного хуже, чем когда они выплескивают свои эмоции», - ворвались размышления Карлайла мне в голову, - «Теперь, я полностью уверен в обратном» - хмыкнул он, переводя обеспокоенный взгляд на меня.
Пока я обсуждал с Карлайлом состояние Беллы. Эллис пыталась ее успокоить.
Она сидела на полу и почти на руках держала Беллу, что-то шепча ей. Белла все так же рыдала, и что-то тихо причитала, захлебываясь в своих рыданиях.
Я изо всех сил пытался отвлечься от мыслей о реакции Беллы на меня. Еще одно душевное самокопание полностью убило бы мой разум. Я пытался, но не мог. Не мог оторвать взгляд от хрупкого, дрожащего тела. И боль медленно разрывала меня на куски.
- Зачем, Эллис? Почему они опять пришли? Зачем я нужна им? – сквозь рыдания, повторяла Белла.
И кажется, до меня начал доходить смысл ее реакции. У нее галлюцинации.
На какой-то миг, мне определенно стало легче, но как только я осознал всю тяжесть этого диагноза, волнение и беспокойство вновь поселились во мне.
Карлайл уже пытался присоединиться к ним и попытаться объяснить Белле, что ее видение – лишь плод фантазии, но Эллис взглядом остановила его.
- Не бойся, Белла. Они не хотят тебе зла. Ведь, так? – она пристально, без скрытого подтекста на лице посмотрела на меня и я энергично закивал головой.
- Смотри. Не бойся, смотри. Видишь, ты просто не правильно поняла, Белла, - тоном ласковой мамочки, убеждала Эллис Беллу, - и они уже уходят. – продолжала сестра делая ударение на последнем слове.
Карлайл поспешно вылетел за дверь. Я уже было пошел за ним, как вдруг вновь услышал любимый, но сильно изменившийся, голос.
- Не делай из меня дуру! – закричала она, толкая Эллис руками в грудь и поспешно выбираясь из ее объятий, - ты не видишь их! Не видишь! Никто не видит, а они вас используют! Всех! Им что-то надо от меня, но я не знаю что!
Она вновь стала заливаться потоками слез, судорожно заламывая пальцы.
«Еще хорошо, что она не использует свою силу» - подумала Эллис, глядя на меня.
Я в ответ лишь слабо кивнул.
Она смотрела на меня глазами полными растерянности.
«Час от часу не легче. И чего нам ждать завтра?» - мрачно подумала Эллис, переводя взгляд на Беллу.
Помолчав какое-то время, Эллис предприняла еще одну попытку, успокоить и разговорить Беллу.
- Извини, - мягко произнесла она, кладя руки на ее плечи, - расскажи мне, кого ты видишь. Как они выглядят?
Но Белла уже не слышала. Раскачиваясь вперед-назад, она посиневшими пальцами сжимала виски. Из не мигающих глаз текли слезы.

Не в силах больше выносить это зрелище, я сбежал. Далеко. Я бежал так быстро, как только мог. Туда, где не будет видно ее слез, где не будет слышно ее криков. Бежал на закат. Туда, где прячется солнце, в надежде скрыться вместе с ним. Забыться. Что бы хотя бы, несколько секунд не чувствовать эту боль, разрывающую меня изнутри. Снова и снова.
Лес давно перешел в горы, горы в побережье. Никто не мог меня видеть, даже если бы попался у меня на пути. Я бежал слишком быстро. Без цели.
Но ноги подкосились, словно от усталости. И рухнув на землю, я, не отдавая отчет своим действиям, закричал.
Крик раненного животного. Не способного умереть. Не умеющего плакать. Животного, которое больше не может терпеть.

Эдвард.

Я хотел лишь одного сейчас. Что бы этот кошмар закончился. И было уже все равно как.
Вампиры. Неуязвимость. Бессмертность. Какой во всем этом толк, когда можно просто сойти с ума. На каждое совершенное существо всегда найдутся совершенные проблемы способные его погубить.
Я не знал, зачем опять возвращаюсь домой. В этот ад.
Да, я сдался. Сбежал, как последний трус. Но это мой предел. Прости меня, моя любовь.
Но я все равно возвращался, потому что не знал куда пойти. Мне нет другого места на этой земле.
Как только я переступил порог, в мою голову ворвались мысли нескольких членов моей семьи. Не обращая внимания на гул в голове, я обессилено опустился на диван. Я как никогда чувствовал себя до такой степени человечным. Уставшим, вымотанным, гниющим изнутри, но человеком. Потому что эта боль, эта усталость, все это было слишком реально.
По лестнице слетел Джаспер, и скороговоркой обрисовал мне ситуацию.
- Эд, у Эллис обрывки видений. Она начинает видеть ее. Пойдем, - серьезным голосом произнес он и тут же поднялся обратно.
Чуть помедлив, словно переваривая ситуацию, я поднялся за ним. Просканировав мысли Эллис, я не нашел там ничего конкретного, только полустертые картинки.
Но вдруг мое внимание приковал голос Беллы.
- Уйдите.
Мое сердце болезненно сжалось.
Казалось, у меня уже привыкание к этой боли.
Я смотрел на нее, на ее лицо. Но ее губы не шевелились.
- Нет. – словно помехи в радио ее заплаканный голос пробивался сквозь остальные мысли.
Не в силах поверить себе, я, полностью ошеломленный, подошел к ней.
Она подняла свои глаза, и я чуть не умер. Они были почти такие же, как раньше. Молочно-шоколадного цвета, покрасневшие от бессонницы, стрессов и слез.
Ее взгляд замер на мне и время остановилось. Я едва мог слышать, как все Каллены поспешно ретировались вниз. Кто-то вышел к лесу.
Все внутри меня наливалось блаженным теплом, от этого любимого взгляда. От этого осознанного взгляда.
Обрывки слов мелькали у меня в голове, не давая захлебнуться в этом взгляде.
Я сделал попытку проникнуть глубже в ее голову. О, как я надеялся хоть на минуту узнать все ее мысли. Это было жизненно необходимо для меня сейчас.
Но моя попытка оказалась огромной ошибкой.
В миг ее лицо перекосила отвратительная маска боли, злости и ненависти. В зрачках ураганом закрутился белый песок. Порывистым движениям она сжала виски. И пока я пытался осознать свой промах, она закричала.
- Не лезь в мою голову!!! Не трогай меня!! Уйди!! Уйди!!
Я в ступоре, отодвинулся от нее, но не смог больше пошевелиться. Сердце вновь разрывалось от безысходности, боли и ее криков.
- Уйди из моей головы!! Нет!! Оставь мои мозги в покое!! Аааа!
И пока я беспомощно наблюдал за ней, как она впивалась ногтями в голову, разрывая кожу на висках.
Запах крови меня ударил словно током. Мгновенно задержав дыхание, я почувствовал, как затуманенное сознание проясняется. Я схватил ее руки, пытаясь оторвать их от ее же головы.
Но она закричала так, что я, на какой то миг, растерялся. Она выпустила свои щупальца, пытаясь отбросить меня от себя, все так же расцарапывая себе голову.
Это было ужасно. Это выглядело так, будто она хотела вытащить свои мысли из головы голыми руками.
Я терял контроль над собой. Я слышал, как кто-то бежит к нам в комнату. Еще буквально пару секунд..
Но я все же потерял контроль. Контроль над своими действиями. И замахнувшись довольно сильно, ударил ее.
Она зажмурилась, шумно сглотнув, но в следующий миг ее тело обмякло в моих руках.
Мягкие щупальца соскользнули с моей шеи, окровавленные руки повисли вдоль тела.
В комнату кто-то вбежал. Раздался шум и голоса. Но я не слышал. Я лишь смотрел на нее и пытался осознать то, что я наделал.
Ударил. Поднял руку на самое дорогое существо на свете.
Аккуратно положив ее на пол, я не глядя ни на кого, вылетел из дома.
Левая ладонь до сих пор горела от удара.
Разрываясь на части, я не смог даже дойти до леса. Упав на колени неподалеку от дома и беззвучно закричав, я мечтал лишь об одном. Я мечтал, что бы время повернулось вспять. Что бы я никогда не посмел сделать то, что сделал.

Я не смог вынести этого. Сломался. Сдался. Проиграл и потерял все.
Я хотел умереть, но не было сил даже чтоб подняться на ноги. Безвольная марионетка. Показалось, что даже боль ушла.
Сидя на сырой траве, я не замечал времени. Сколько уже прошло? Минута или неделя? Я не знал. Я не ощущал ничего.
Но вдруг я вздрогнул от прикосновения. Весь мир, казалось, взорвался. Оставив только тепло рук, которые я узнаю из тысячи.
Я задержал дыхание и, даже в глазах потемнело. Я медленно повернулся, словно боясь, что видение исчезнет, но нет. Она все еще была здесь. Ее слегка дрожащая рука все так же лежала на моем плече, в затуманенных глазах стояли слезы.
Вглядываясь в ее лицо, Я не верил, что вижу ее, не верил, что чувствую.
- Прости, - выдавила она охрипшим тихим голосом, - за все..
Судорожный вдох вырвался из моих легких, которые будто бы нуждались в кислороде.
Не находя слов, боясь, что она растворится, как призрак в воздухе, я очень медленно поднес руку к ее щеке.
Ощущение ее мягкой кожи под моей ладонью, пробудило во мне множество источников жизни. Ее сбивчивое дыхание было не глубоким, а кожа была немного холоднее обычного. Ее состояние было не важным.
Но она была здесь, рядом. И это главное.
Боже, и она еще просит прощения. Прощения у существа, которое виновато во всем. Во всех ее бедах. Но я не мог слепить из этих обрывочных мыслей, хотя бы одно слово.
Не говоря не слова и не отстраняясь, она прикрыла глаза, кончик ее рта слегка поднялся вверх, что заставило мое сердце забиться вновь.
Я растворялся в ней, в ее тепле, в ее присутствии. Вновь обретая способность жить.
Но вдруг, мне в нос ударил запах крови. Я вновь задержал дыхание, но что-то тут было не так.
Кровь, алой струйкой, скатилась из носа Беллы на ее губы. В это время, я лихорадочно пытался понять, что изменилось. Сделав вдох, я осознал разницу. Ее кровь, ее запах, все такой же притягательный, не считая химии в нем, больше не привлекал меня, как пища.
Ее рука, обессилено упала с моего плеча, я чувствовал, как она теряет равновесие.
Подхватив ее на руки, я бросился в дом.
Хорошо, что нам не нужны были специальные приборы, что бы измерить показатели ее жизни. Биение сердца было достаточно ровным, дыхание достаточно глубоким, что бы обойтись без искусственной вентиляции.
- Все в порядке. Она просто без сознания. – поспешил успокоить меня Карлайл, - она слишком долго не спала и плохо ела. Ей теперь нужен просто отдых.
Хлопнув меня по плечу, он скрылся за дверью.
А я остался рядом с ней, смотреть, как она спит. Что бы впервые за долгое время, просто любоваться ею. Просто любить.

Глава 56.

Эдвард.
Рано или поздно этот разговор должен был состояться. Я ждал его и боялся. Теперь все в ее руках, все мое счастье, вся моя жизнь.
Мое сердце в ее руках, и она может оставить его себе, а может выкинуть, за ненадобностью.
С момента, как она сама пришла ко мне, прошло уже три дня. Ее самочувствие стремительно улучшалось, но она всеми силами старалась избегать меня. Она избегала даже взгляда, и это приносило огромную боль.
Но я был счастлив. Счастлив, как никогда. Потому что с ней было все в порядке, и это главное, все остальное – второстепенно.
И теперь, если она решит, что нам никогда не быть вместе, я приму это, потому что главное для меня – ее счастье, ее жизнь и, пусть даже без меня. Я всегда буду просто рядом.

Сегодня вечером, все семейство, под напутствиями Эллис, решило слинять. Сестра, как и прежде, не могла увидеть последствия нашего «уединения», что доставляло немалый дискомфорт, как ей, так и мне.

Я глубоко вдохнул, позволяя ее запаху затопить легкие. Она сидела тихо и неподвижно, как и прежде, в комнате Эллис, и лишь тихое биение сердца выдавало ее присутствие. Я же, уже битый час, пытался собраться с мыслями.
Не сумев перебороть свой страх, я продолжал заниматься самоистязанием, когда услышал некоторые шевеления на втором этаже. Небо за окном уже начинало светлеть, а Белла только ложилась спать. Дождавшись пока ее дыхание станет глубже и медленнее, я на цыпочках прокрался к двери и бесшумно проскользнул внутрь.
В голове всплыли воспоминания о моих первых вылазках к ней ночью. Она сильно изменилась с тех пор. Прежде шоколадные волосы, стали белыми, как снег, хрупкая фигура приобрела некую грациозность, а на лицо наложился отпечаток боли и мудрости. Она повзрослела, но в то же время осталась Беллой. Моей Беллой, которую я так любил и люблю.
Я смотрел на этого спящего ангела, мечтая о нашем счастье. О том, как мы могли бы быть вместе, ведь ее запах больше не пробуждает во мне монстра. Я сделал бы все ради нее, но захочет ли она этого? Сможет ли принять?
С другой стороны, она тоже не человек. И нам отпущено не так много времени. Ведь она взрослеет, а я нет. Рано или поздно, она уйдет из этого мира.
Пусть, раньше, в мечтах, я мог себе позволить обратить ее, что бы она всегда была со мной, но теперь… Теперь, мой яд может погубить ее. Теперь у меня нет выхода. Мне он и не нужен. Я уйду сразу за ней. Без нее мой мир исчезнет сам.
Я сделал еще один глубокий вдох, позволяя ее запаху заполнить всего меня. Не удержавшись от соблазна прикоснуться к ней, я, почти неощутимо провел кончиками пальцев по ее волосам.

- Я слышу намного больше, чем ты думаешь, - воинственно произнесла она, резко схватив меня за запястье.
Я дернулся от неожиданности.
Но я уже перестал удивляться ей. Только она могла застать меня врасплох. Только ей это было дозволено.
Тут ее глаза открылись, и я вновь потерялся в пространстве.
Она в это время отпустила мою руку, и прижалась в стене, обхватывая колени руками.
- Зачем ты пришел? – холодно спросила она, но ее голос слегка подрагивал, а во взгляде было что-то неестественное.
- Я не могу без тебя. Я умираю без твоего присутствия. - искренне ответил я.
Ее сердце вдруг запнулось, и я дернулся.
- Ты в порядке?!
Она в ответ лишь кивнула, и быстро отвела глаза, переводя свое внимание на окно.
Немного помедлив, собираясь с силами, я продолжил.
- Белла, я прошу, ты послушай меня сейчас. Я поступил глупо.. Да нет, «глупо» - не правильное слово. Я поступил ужасно оставив тебя, просто на тот момент, я думал, что сохраняю тебе жизнь, я надеялся на то, что ты быстро забудешь меня и найдешь ЧЕЛОВЕКА, с которым будешь счастлива и, который не будет порываться убить тебя, каждый раз, когда ты рядом. Пойми меня, молю, ведь.. Если бы, вдруг, я сорвался.. Если бы не сдержался.. Твоя кровь была бы на моих руках.. Я не… Я не мог позволить себе этого… Прости.. И я готов сейчас ползать на коленях и молить тебя о прощении. Молить о том, что, если в тебе осталась хоть капля тех чувств… И хоть искра надежды на то, что мы могли бы быть вместе.. Белла, я молю.. – я перевел дыхание.
Все получалось далеко не так, как я задумывал, слова лились и меня невменяемым потоком, а я даже не мог посмотреть на нее. Страх и вина за содеянное, сжигали меня. Собрав последнюю волю в кулак, я произнес самое страшное для меня.
- Но, если ты не любишь, если я причинил тебе слишком много боли и ты не сможешь простить никогда... Я ни в коем случае не хочу заставлять тебя. Я приму твое решение, каким бы оно ни было. Я буду надеяться лишь на то, что ты когда-нибудь сможешь простить меня.
Я замолчал, чувствуя опустошение внутри. Теперь я все сказал. Последнее слово за ней.
Через силу, я заставил себя поднять глаза на нее.
Она оставалась все в том же положении и смотрела в окно. Я не мог быть даже уверен, что она слушала меня. Она не шевелилась, и спокойно дышала. Ее сердце билось спокойным ритмом, будто мои слова были для нее пустым звуком.
Она молчала.
Тишина давила на меня, стирая меня всего в прах. Я был готов взмолиться, что бы она произнесла хоть слово. Был готов подойти и хорошенько встряхнуть ее, что бы увидеть хоть какую-то реакцию на меня.
- Чарли умер, - внезапно, мертвым голосом произнесла она.
Я знал, я конечно же узнал об этом, но не так давно, как нужно было бы. Но от ее голоса веяло каким-то неестественным холодом.
- Сид умер, - не оставляя мне временя для ответа произнесла она.
Услышав эту новость, я мысленно выругался. Черт, да как же я мог забыть об этом парне?! Чертов эгоист. Он был так дорог ей. Душа обливалась болью. Ее болью.
Но мысли резко свернули в другое русло. Она так и ничего не ответила мне на мое излияние души. А если это и есть ответ? Что, если она считает меня виноватым? А ведь она права. Все это моя вина.
Она никогда не простит меня.
Ее тело передернуло, а сердце вновь запнулось. И она, уже в какой раз, за последние пол часа застала меня врасплох.
- Я даже не смогла с ним попрощаться, - еле сдерживая рыдания, захлебываясь в своих слезах, сказала она.
Я был даже испуган такой резкой сменой в ее эмоциях. Это немного странно.
Спустя несколько секунд, пока я беспомощно наблюдал за ее страданиями, ее руки сжались в кулаки, а слезы покатились вверх по щекам. Задержав дыхание, она пыталась успокоиться.
- Расскажи мне, - внезапно для самого себя, произнес я, подходя ближе. Но она, как и всегда, шарахнулась от меня в другую сторону.
Еще одна стрела пронзила меня насквозь. Еще один гвоздь в мой гроб, вбитый ее тонкими пальчиками.
Я мгновенно вжался в противоположную стену. Хотелось обхватить себя руками, что бы эта боль не порвала меня на части. Я понимал, что ей неприятно мое присутствие, что я должен уйти, но, черт возьми, я просто не мог. Я был словно прикован к ней цепями, не подвластными моей силе.
Подняв затравленный взгляд, я наткнулся на ее глаза. На два урагана из белых и коричневых песчинок. Она смотрела на меня так серьезно, словно оценивала. Долго, она смотрела так очень долго, и, в конце концов, я просто не выдержал. Оборвав последнюю нить своих сил, я отвел взгляд. Как только это произошло, она заговорила.
- Тогда…Осенью… Я ненавидела тебя, за то, что ты разбил мне сердце. Это звучит сопливо, но мне тогда было реально больно. Потом.. – она сделала глубокий вдох, - потом умер Чарли. И я училась жить заново. Училась жить без всех тех, кого я любила. Училась ненавидеть их, потому что эта сраная любовь меня убивала. Сид вытащил меня из всего этого, и мы уехали.
Она говорила все это так, словно меня не было в этой комнате.
- И я смирилась. Со всем смирилась. Я научилась жить снова. Я снова научилась радоваться. Мои силы росли с каждым днем. И.. как только я, как мне казалось, обрела все. Его застрелили. И никакие силы не помогли мне спасти его. Я могла бы успеть, но не успела. Я отомстила. Я убила всех… Но легче так и не стало.
Она стеклянными глазами смотрела перед собой, слегка раскачиваясь. В ее голосе не было никаких эмоций. Я испугался тому, что она снова станет такой.. неживой.
Еще какое-то время она оставалась в таком положении, но потом посмотрела на меня. Ее взгляд немного прояснился.
- Я выросла в таком мире, в котором не забывают и не прощают обид. А ты сделал мне больно, Эдвард. Очень больно. Но раз я еще жива.. По идее, ведь, меня здесь ничто не держит, - она горько усмехнулась, - Но.. как видишь, я еще тут.
Эти слова разбудили во мне неистовое пламя надежды. Я почти со стороны видел, как мои глаза ожили, а сердце, казалось, вот-вот застучит.
- Я знаю, тебе нужно время. Сколько угодно. Я всегда буду рядом, ты только позови. Я готов на все ради тебя. Я отдам все, хотя бы за малейший шанс быть с тобой.
Буря эмоций закружилась во мне. В голове звенели тысячи вопросов. Кто же она? Что чувствует. Как относится к своей сущности? Хочет ли она в действительности быть рядом со мной, хоть на миг. Но мне пришлось сдержать эту бурю, точно так же, как и порыв обнять и расцеловать ее всю.
Она вновь проигнорировала мое высказывание, полностью разворачиваясь к окну, показывая, что разговор окончен.
Встав с кровати, я медленно направился к выходу, но открыв дверь замер.
- Я так скучал по тебе, - неожиданно для самого себя, озвучил я одну из тысячи своих мыслей и, как обычно, не отметив реакции, поспешно скрылся за дверью.

Я сидела в состоянии полной апатии, и безучастным взглядом обшаривала лес за окном. Ужасный ураган чувств месил все внутри, но я этого старалась не замечать. Такое состояние стало обычным для меня в последнее время. Солнце, еле выбравшись из-за вечных туч, слепило глаза. Когда тени, наконец, достигли моего лица, я попыталась задуматься над своими чувствами. При воспоминании об Эдварде, сердце слегка запнулось, что принесло легкий, но весьма неприятный укол. Мой организм, все еще был слишком слаб.
Отметя прочь все другие мысли я пыталась решить. Люблю ли я его, как прежде?
Какой тупой вопрос.
Но, та боль, что он причинил мне своим уходом, тоже сильна.
Я не собиралась быть тряпкой, и стелиться ему в ноги при первой же просьбе. Да, даже если бы собралась, то не смогла. Такой я выросла.
Поговорка «сердцу не прикажешь» - явно не для меня писана. Моя гордыня, прикажет и разрывающемуся сердцу и воспаленному уму.
Но, черт, как же больно бывает каждый раз, когда он уходит.
Я могла еще долго сидеть и накручивать. Ведь, никому не дано знать истинные чувства он носит в своем холодном сердце или же нет.
Вскрывая себя, я сидела так до тех пор, пока по телу не прошла очередная судорога, которая вернула меня к реальности.
По привычке, я уже собиралась прислушаться, что бы определить ЕГО местоположение, как вдруг, до моего воспаленного сознания донеслись звуки фортепьяно. Прекрасная мелодия возродила во мне очередную волну боли.
- Боже, что же я хочу? – почти одними губами, боясь, что меня услышат, произнесла я, пряча лицо в ладонях.
И вдруг, в моей голове замелькали картинки. Словно я погрузилась в сон. И сердце забилось чаще. Ведь, здесь он был так близко, я могла чувствовать его холодное дыхание на своей щеке.
Реальность ворвалась в прекрасный сон, как глоток воздуха.
Сон исчез, но сердце билось о ребра с неистовой скоростью. Оно разрывалось, оно рыдало, переполненное счастьем. Счастьем момента, которого не было.
И не отдавая отчет своим действиям, я неслышно вышла за дверь.
Конечно, я заметила, как нервно дернулись его пальцы на клавишах, сбивая мелодию, когда он увидел меня.
Я не успела принять окончательное решение, но когда я его принимала?
Просто сердце само вырывалось из груди ему навстречу, а гордость, как ни странно помалкивала.
Он нерешительно поднял свои глаза, и сердце снова неприятно запнулось. Но эта боль была ничем, по сравнению с бездонно глубиной потемневших глаз. Не контролируя свои чувства и мысли, я мечтала лишь об одном, что бы он был рядом. Я хотела чувствовать его всем телом. Хотела ощущать давно забытую прохладу любимых губ на своих губах.
Время застыло. Весь мир исчез вокруг, оставляя только нас.
«Ну поцелуй же меня» - мысленно взмолилась я, не отпуская его взгляда.
Но вдруг, наш личный мир пошатнулся и рассыпался.
- Что? – недоуменно спросил Эдвард.
«Я что сказала вслух?» - испугалась я.
- Нет.. То есть.. Как ты..
«Боже, ты слышишь меня?»
- Да, - ошарашено ответил он, не отрываясь от моих глаз.
Я нервно сглотнула, и тут мое сердце вновь вмешалось, не в силах больше терпеть.
«Так ты будешь ждать второго пришествия?» - иронично произнес мой внутренний голос, и меньше, чем через миг, я почувствовала его губы на своих.
Он целовал меня так, будто это был самый последний день в нашей жизни. Так, как тонущий человек жадно глотает воздух. Мои руки бешено вцепились в его волосы, пытаясь сократить несуществующее расстояние между нашими телами.
Дав волю чувствам, я обхватила ногами его торс, на что Эдвард сильнее вжал меня в стену. Наши губы не разъединялись ни на миг, даже тогда, когда сзади меня послышался подозрительный хруст, и что-то посыпалось на пол.
Но все прекрасное когда-нибудь кончается.
В груди что-то оборвалось, разливая боль по всему телу. Закружилась голова, в глазах потемнело, а онемевшие руки, в миг упали вниз.
Перепугавшись, Эдвард, оторвался от меня, и тут же подхватив на руки, положил на диван.
- Белла! Ты слышишь меня?! Что с тобой?!
Его голос доносился до меня словно сквозь стекло, сознание застилала острая боль в груди.
Но она прошла так же резко, как и началась.
Наконец-то я смогла выдохнуть.
- Белла?! – вес пытался достучаться до меня Эдвард.
Сделав пару вдохов-выдохов, я выругалась.
- Глупое сердце, - горько усмехнувшись, сказала я.
- Господи, я чуть с ума не сошел. Ты меня так напугала. У тебя вдруг остановилось сердце. – причитал Эдвард, а потом сгреб все меня в объятия, - Прости меня. Я просто не мог остановиться.
Из легких вырвался смешок. Это еще он сдержаться не смог?!
И почему-то на душе сразу стало так легко и светло, что даже дышать стало легче. Все вокруг словно расцвело, осветилось, приобрело окрас. Будто только что вышла из полумрака в светлый день.
- Как ты себя чувствуешь? – обеспокоено спросил Эдвард.
- Нормально, - не раздумывая, ответила я.
Я пыталась восстановить дыхание, в то время, как Эдвард пристально наблюдал за мной. Я ощущала его взгляд кожей.
В голове происходило что-то странное, это ощущение нельзя передать словами. Но оно было реальным, ощутимым. Я нахмурилась, пытаясь разобраться с этим чувством. Что-то это мне напоминало, но я никак не могла понять, что.
- Странно, - задумчиво прервал тишину Эдвард, - я опять тебя не слышу.

И тут меня осенило. От жутких воспоминаний меня передернуло. До сих пор, эти галлюцинации казались мне чересчур реальными. Все это было похоже на страшный сон. Я машинально поднесла руку к царапинам на висках и поморщилась.
Не дождавшись от меня каких-либо комментариев, и никак не отреагировав на мое слегка задумчивое состояние, Эдвард вновь обнял меня, да так сильно, что мне стало нечем дышать.
- Я не могу поверить, что ты тут, - сладко произнес он, уткнувшись лицом мне в волосы.
Все мои мысли унеслись прочь, но воздуха от этого не прибавилось.
С небольшим усилием я вырвалась из его объятий.
- Не думай, что я так быстро прощу тебе все, - нарочито холодным тоном произнесла я.
Но увидев в его глазах растерянность и боль, я едва успела подавить улыбку.
- И не смотри так на меня. Лучше пойди и приготовь что-нибудь, а тоя все-таки умру с голоду.
В этот раз улыбку сдержать не получилось и я увидела, как в миг, его глаза посветлели и из них ушла грусть. Он подлетел ко мне и быстро запечатлев поцелуй на моих губах, скрылся на кухне.

Я понимала, что должна буду объяснять все Калленам, но мне не хотелось вспоминать. Даже думать о случившемся не хотелось.
- Белла, пойми, за все свои долгие годы жизни, я никогда не встречал…существа.. подобного тебе, - вкрадчиво начал Карлайл.
Все Каллены сейчас находились в комнате и мою кожу словно прожигали пять пар глаз требующих ответов. Я сидела на диване, обхватив колени руками, пытаясь придумать с чего начать рассказ, ведь все было не так просто.
Эдвард сначала сел рядом со мной, и хотел взять за руку, но я отстранилась, все еще коря себя за то, что не так давно, буквально набросилась на него. В моей памяти все еще слишком отчетливо горели следы его обид.
Я спиной почувствовала его расстроенный взгляд, он встал и отошел к окну.
В комнате витало сильно напряжение, оно было почти ощутимо. Эта семья любила меня, но сейчас им были нужны ответы. Но я не могла..
Вся эта тема была все еще слишком странной, слишком недоступной для меня. Все было связанно. И я не знала с чего начать. Не знала, как не расплакаться снова.
- Белла? – не дождавшись от меня ответа, снова заговорил Карлайл, - пойми, ведь, мы все хотим помочь тебе, а для того, что бы помочь, нам нужно знать, с чем мы имеем дело. Ты знаешь, что-нибудь о том, что с тобой происходит?
В горле встал ком, не дающий сказать и слова. В ответ я лишь кивнула.
- Хорошо, - продолжил вампир, - расскажи, что тебе известно.
А я все смотрела в одну точку, упорно пытаясь привести мысли в порядок, что бы сказать хоть что-то им. Но мой мозг упорно отказывал работать как надо.
- Я поминаю, что тебе больно говорить об этом, но родная, пойми, чем раньше мы узнаем..
- Может, это мутация? – небрежно перебила отца Розали, - или ее укусил осьминог.
Я слышала, как глухо зарычал Эдвард, и слегка покачала головой.
- Ты уверена? – тут же обратил свое внимание на меня Карлайл, - то есть, ты хочешь сказать, что ты – другой вид, что есть такие же, как ты? – с некоторым энтузиазмом продолжал допрашивать меня Карлайл.
Через силу сглотнув, я выдавила внезапно осевшим голосом:
- Другой вид… Но таких больше нет.
Подняв глаза, я наткнулась на недоуменный взгляд вампиров.
- Никого не осталось.. Все… Чар..ли был последним..

Через некоторое время из меня все-таки вытянули историю, что успел рассказать мне Чарли, в день, перед своей смертью. Я и не заметила, как эта история плавно перешла в рассказ о моих «приключениях» в Японии.
Я ждала осуждения за свои поступки, ведь сколько людей я убила ни за что. Но когда я решилась поднять глаза на Карлайла, весь его вид излучал только самое искреннее сочувствие. Мельком взглянув на Эсме, мне показалось, что она вот-вот заплачет.
- Мне жаль, что тебе прошлось пройти через все это, Белла. Прости, что мы не смогли быть рядом с тобой.
От этих слов внутри затянулся привычный узел. В глубине сознания, я отчетливо понимала, что уже давно простила их. Их всех. Но какая-то детская обида прокрадывалась наружу, застилая остальные чувства. Состояние обреченного одиночества никак не могло покинуть меня совсем.
Небольшую паузу нарушил звонкий голос Эллис.
- Ты управляешь водой. Покажи! – с энтузиазмом воскликнула девушка и, вскочив с колен Джаспера, от нетерпения хлопнула в ладоши.
От ее поведения на всех лицах в этой комнате отразилась улыбка. Меня тоже весьма позабавил ее энтузиазм. Но в комнате по-прежнему стояла гробовая тишина, все ожидали представления.
Этот напор взглядов меня слегка смутил, и кинув быстрый взгляд на кувшин с водой, стоящий на тумбе около дивана, я мягко отказалась.
- Мм.. Давай в другой раз.. – тихо произнесла я.
- Ну, Белла!! Ну, пожалуйста, пожалуйста! – заскулила Эллис и сделала ужасно милые щенячьи глазки.
- Она еще слишком слаба, Эл. – строго отрезал Эдвард, на что лицо его сестры сделалось грустным.
Она кинула такой затравленный взгляд на меня, словно я только что послала ее ко всем чертям. Я еле смогла сдержать смешок, и вместо того, что бы рассмеяться, выпустила несколько капель воды из кувшина и, разбив их на мелкие брызги, запустила прямо в лицо Эллис. Она взвизгнула от неожиданности, но тут же запрыгала на месте, хлопая в ладоши.
Как дите малое, ей богу.
Я бросила взгляд на Эдварда, он смотрел на меня с плохо скрытым удивлением и обожанием. Глядя ему в глаза, я вызволила всю оставшуюся в кувшине воду и, образовав глупое сердечко, подняла в воздух. Раздался еле слышный вздох, я знала, что сейчас все взгляды прикованы к моему «творению».
Не долго думая, я переключила свое внимание на воду в воздухе и в момент, преобразовала ее в сферу. Тонкие ручейки неслись по сфере в разных направлениях, переплетаясь.
Все заворожено наблюдали за тонкими течениями, как вдруг, в сердце слегка кольнуло и я, согнувшись от боли, потеряла контроль над сферой. Вода, в тот же миг, бесформенной массой, упала на пол, быстро впитываясь в ковер.

Прошло несколько минут или даже часов, прежде чем Эдвард избавил меня от этого дурдома. Я чувствовала себя подопытным кроликом от этих нескончаемых вопросов. Оказавшись, наконец, в тишине и покое, я тут же провалилась в сон.

Меня разбудил легкий прохладный ветерок. И только открыв глаза, я поняла, что Эдвард положил руку мне на лоб.
- Как ты себя чувствуешь? – с бесконечной нежностью и заботой в глазах спросил он.
Прикрыв глаза на секунду, я постаралась оценить свое состояние. Все было как прежде, в теле осталась небольшая слабость, но по сравнению со всем, что происходило, она была незаметной. Было страшно вспоминать даже вчерашний день.
- Нормально, - охрипшим ото сна голосом сказала я.
На бледном лице засияла улыбка, в черных глазах заблестели искорки.
- Сколько ты не охотился? – спросила я, сев на кровати.
- Не важно, - не отрывая взгляда от моих глаз, произнес он, - ты мой воздух, мое солнце. Я живу лишь тобой.
От этих слов на сердце разливалось тепло и боль. Я все еще не могла простить его, но и не могла больше врать себе. Все это было слишком сложно, что бы понять и сделать какой-либо вывод.
Но все же я беспокоилась за него.
- А теперь серьезно, Эдвард. Как долго ты не охотился?
Он закатил глаза и состроил недовольную мину.
- Не так давно. Успокойся, Белла. Ты бы лучше волновалась о своем самочувствии.
- Не боишься сорваться и убить меня? – резко надавила я на его больное место.
И, кажется, не прогадала. В его глазах промелькнуло что-то неприятное. Я заметила, как дернулись пальцы у него на руке.
- Твой запах больше не пробуждает во мне монстра. После того… - он опустил глаза в пол, и я почувствовала, как он на миг весь сжался, - …недавно, в твоем запахе что-то изменилось, что перестало вызывать у всех нас жажду.
Сузив глаза, я анализировала только что услышанное.
- Тебя больше не привлекает мой запах? – сказала я, не поняв собственную интонацию.
- Твой запах дурманит меня, Белла, - прошептал он, зарываясь лицом в мои волосы, - он лишает меня рассудка, он вызывает во мне самые откровенные желания, но не жажду.
Пока он нежно шептал мне на ухо эти слова, я вся сжалась, и что-то внутри меня старалось оттолкнуть его.
Так и до раздвоения личности не далеко. Любовь и ненависть. Все смешалось во мне, как дикий коктейль, не давая шанса разобраться в своих чувствах. Желание поцеловать его, шло бок о бок с запретом. Но иногда, когда я проваливалась в пучину этих темных глаз, не оставалось ничего кроме сердца. А сердце умирает без него.
Как и сейчас, оторвавшись от меня, он заглянул мне в глаза. Через миг его губы оказались на моих, и весь мир вокруг рухнул.
Поцелуй был мягким и требовательным, нежным и страстным одновременно. Все страхи отступили, а по телу прошла дрожь желания. Мои руки запутались в его волосах, а его холодные пальцы жадно исследовали мою спину.
Похоже, что сознание затуманилось не только у меня, потому что через какое-то время, я почувствовала небольшой удар и, резко открыв глаза, увидела кровать рядом с собой.
Забив на все, я вновь потянулась к лицу Эдварда, как вдруг почувствовала, что все его тело напряглось на мне. Он быстро отскочил от меня.
- Черт, - выдавил он сквозь зубы, - прости меня. Прости, Белла.
Он помог мне встать и тут же отошел к стене. Я не понимая, смотрела на его испуганное лицо.
- В чем дело, Эд? – не дождавшись добровольных объяснений, спросила я.
В его глазах плескалась боль и вина.
- Твои руки.. – выдохнул он.
Подняв ладонь вверх, мне в глаза тут же бросились красные следы, с тонкими кровоподтеками на запястье. Подняв вторую руку, я обнаружила тоже самое. В этот миг, я и почувствовала боль. Ну, конечно, болью это назвать было сложно, но все же ощущения не из приятных.
- Плевать, - небрежно бросила я, подходя к нему вплотную, - мне не больно.
В голове у меня на данный момент крутилась только одна мысль, вернее, одно лишь желание. И мне было совершенно наплевать на все, даже на полный дом вампиров. Внутри горело похотливое пламя.
- Не больно, - с плохим сарказмом выдавил он, - боже, Белла, я же… - он резко выдохнул, - Мне нельзя забываться с тобой.
- Мне не больно, Эдвард. Правда. – мягко сказала я, проводя ладонью по его щеке, - Ну же, поцелуй меня.
Просить дважды не пришлось, тут же его губы накрыли мои, но сейчас, осторожность хлестала через край. Через какое-то время, холодные руки мягко отстранили меня.
Не желая слушаться этого зануду, я вновь прильнула к его губам.
- Черт.. Белла.. Ты играешь с огнем. Я не железный.
Но я твердо решила сломать его.
- Не противься своим желаниям, - прошептала я ему на ухо, проведя языком по шее.
Совершенно не соображая, что делаю, я вырвала свои руки из его захвата и запустила ему под футболку. Мраморное тело вздрогнуло, дыхание прекратилось.
- Белла, - подавленно прошептал он.
- Заткнись, - кинула я, целуя его шею.
В следующий миг, мои плечи оказались намертво закованы его руками.
- Неужели ты никак не поймешь, что я опасен?! – зло выдавил он, - посмотри! – он поднял мое запястье к глазам, - я легко могу проломить твой позвоночник! Это опасно! Я опасен!
Я не ожидала такой реакции от него и испуганно смотрела ему в глаза. Он замер и тут же, злость во взгляде сменилась мукой.
- Прости.. – беспомощно протянул он, отворачиваясь от меня к окну.
- Эдвард.. – позвала я, пытаясь найти слова, - Эдвард, посмотри же на меня!
Никакой реакции не последовало, что очень быстро вывело меня из себя. Молниеносно выпустив пару щупалец, я прижала его к стене, подняв руки по обе стороны от его тела.
Стена хрустнула.
- Я бы еще поспорила с тобой на тему кто из нас больше монстр и кто больше опасен! Я вполне сильна! И я не боюсь! Я верю, что ты не причинишь мне зла! Никакая боль не сможет поравняться с тем, что я пережила когда ты ушел. И теперь, ты здесь, рядом. Я не боюсь боли. Мне плевать на все осторожности, и я хочу, что бы ты был настолько близко ко мне, на сколько это возможно!
Эта тирада забрала у меня достаточно сил, колени подгибались, а по телу прошлась легкая судорога. Эдвард же смотрел на меня огромными глазами, даже не пытаясь вырваться.
Его поведение шелохнуло сомнение в моем сердце.
- Если этого хочешь ты.. – добавила я, отпуская его руки.
- Глупая.. Я бы прошел через ад.. Я хочу тебя больше жизни…
Легко поцеловав меня в нос, он обнял меня. Я стояла, прижавшись к его каменному телу, пытаясь заглушить ненужные отголоски боли в себе.
Свой выбор я сделала. Умереть я всегда успею. Жизнь одна, и пока в ней есть цель, я буду рядом с ним. Если он уйдет, я умру. Но не сейчас.
Вдруг, руки на моих плечах дрогнули.
«Ну что еще?!» - чуть было не вырвалось у меня, как Эдвард схватил меня за руки и потащил вниз по лестнице.
- Быстрей, ты в опасности! Нужно уходить!
В низу к нам подлетела Эллис, с таким же выражением ужаса на лице, что и у Эдварда.
- Да что происходит?! - раздраженно спросила я.
У меня совершенно не было сил ни на что сейчас.
- Волтури. Они пришли за тобой, - стальным тоном ответила Эллис, а в следующую секунду ее колени подогнулись и безвольное тело рухнуло на пол.