//twilightmovie.ucoz.com - сайт о вампирах. Дневники вампира; Настоящая кровь; Сага Сумерки - Форум

ГЛАВА 5
РАССВЕТ

***

В мире зла, глупостей, неуверенности и сомнений, называемых существованием, есть одна вещь, для которой еще стоит жить и которая несомненно сильна, как смерть: это – любовь.
Г. Сенкевич

Странно, куда заводит нас знак, редко в то место, о котором мы думали и всегда туда, где мы должны быть. Знаки могут вести нас через все преграды туда, откуда мы пришли, уже других, измененных, но все также домой.

Любовь сильнее смерти…
Еще секунду назад я задумывался о смысле жизни. Для чего я живу? Зачем мне моя вечность?
Теперь же я нашел смысл, смысл своей жизни. Я вернулся домой. Неужели с тех пор прошли лишь минуты? Мне казалось, что за это время я успел прожить целую жизнь.
Вы когда-то смотрели в глаза своей жизни? А своей судьбе?
Этот миг переворачивает ваше восприятие мира навсегда. Ломает все жизненные устои, меняет все взгляды. Не имеет значения абсолютно ничего, что было до этого момента. Но этому не хочется сопротивляться, есть лишь желание раствориться в нем, отдать всего себя. Раньше я смеялся над пафосом таких вот фраз и слов. Смеялся до этого момента.
Казалось, в одночасье весь окружающий мир перестал существовать, вся обстановка этого шикарного ресторана, посетители, официанты. Не было больше никого, только я и она.
Я сидел и не мог оторвать взгляда, я напоминал себе слепого, который вдруг прозрел.
Но я больше не хотел видеть окружающий мир, меня не интересовали все его красоты, не трогало ничего, кроме нее и того мира, той судьбы и жизни, которые я видел в ее глазах.
Как же она была прекрасна. Самая прекрасная девушка на свете и такая юная. Я не знал ни ее имени, ни где она живет, ни кто она. Но какое это имело значение, кем бы она не была. Ведь я знал что-то гораздо более важное, теперь она - моя жизнь и я больше ее не потеряю никогда.
Ее запах, такой знакомый и родной, он снова сводил меня с ума, пробуждая зверя, который живет во мне, но, как и много лет назад, это был совершенно другой зверь, он не жаждал крови. Он был полностью ею покорен. В этот миг я понял, что зверь во мне любил эту девушку так же сильно, как и человек. Любил и ждал все эти годы.
Я еле сдержал себя, заставляя сидеть на месте. И просто наблюдал за ней из дальнего угла зала, оставаясь незамеченным. Как же я хотел оказаться сейчас рядом просто поговорить с ней.
Но что я мог ей сказать? Что я ждал ее больше трех веков? Что я ее люблю с такой невероятной силой, что не могу совладать с собой, да и не хочу этого делать? Что меня одолевает желание подлететь к ней, схватить ее на руки и унести куда-то, где бы не было никого кроме нас, прижать к груди и не отпускать больше никогда. Ведь она держала в своих маленьких ручках мое сердце и душу.
Я не заметил, как принесли мой заказ, сейчас меня не могло отвлечь абсолютно ничего. Я просто наблюдал за девушкой, за каждым ее плавным и грациозным движением, за трепетанием ее длинных ресниц, они напоминали крылья бабочки, за тем, как она небрежно поправляет выбившийся локон. Мне отчаянно хотелось дотронуться до нее, до ее волос, провести пальцами по щеке, почувствовать ее нежную кожу, которая, казалось, была почти прозрачной, ее теплое дыхание на своей щеке. Я просто хотел ощущать ее присутствие каждой клеточкой своего тела. Убедиться, что она реальна, что это не плод моего воображения, не фантазия, которая исчезнет, стоит мне только закрыть глаза.
Мои губы искрились в насмешливой улыбке. Джейсон, Джейсон… Всего за несколько минут эта девушка превратила тебя во влюбленного мальчишку. Каким же глупцом ты был, думая, что познал мир со всеми его тайнами.
Ты думал, что владел истиной, а между тем она оставалась скрытой от тебя до этого дня. Да что там, ты и не жил. Вряд ли 380 лет существования можно назвать жизнью.
Со своего наблюдательного пункта я заметил, как к девушке подошла женщина, вероятно, они договаривались о встрече, так как очень тепло поприветствовали друг друга. И, усевшись за стол, начали разговаривать в полголоса. Но мой безупречный слух позволял мне слышать каждое слово. Белла… Именно так ее звали. Какое чудесное имя, как символично и так ей подходит. Я сидел, как зачарованный, повторяя про себя ее имя, словно пробуя на вкус. Словно читая молитву. Но, тем не менее, не отрывая глаз от нее, не желая пропустить ни одного мгновения, когда я мог ее видеть. И когда я подумал, что в мире не может быть картины прекрасней этой, моя фея в очередной раз заставила меня убедиться в том, как же я не прав. И для этого ей даже не пришлось делать что-то сверхъестественное. Белла просто улыбнулась, но мне показалось, что взошло солнце, наполняя все помещение светом и теплом. Мне просто хотелось окунуться в эти лучи, испытать их тепло.
Внезапно моя грудь стала тесной для всех тех чувств и эмоций, которые теснились в моем сердце. С днем рождения, Джейсон, ты только что появился на свет. Я был так ошеломлен, что даже забыл о своем даре, я ведь мог читать мысли, но, как и много лет назад, от нее исходила только тишина. Ничего не изменилось. Я мог слышать мысли ее подруги, но в них не было ничего полезного, только отвлеченные размышления о бизнесе, о еде, которую она заказала. Ничего, что бы могло заинтересовать меня. Хоть немного приподнять завесу тайны, которая окутывала личность Беллы.
То время, что я провел, наблюдая за ней, пролетело, как один миг. И вот моя королева уже поднимается и уходит. Мне казалось, что я погружаюсь во мрак, что она забирает с собой часть меня, жизненно необходимую часть.
Не думая о том, что я делаю, я быстро бросил на стол деньги, сумму, которая в три раза превышала стоимость заказанной еды, к которой я так и не притронулся, и последовал за девушкой.
Она села в такси, я сделал то же самое и приказал водителю следовать за ее машиной. Мне было необходимо знать, где она живет, чтобы иметь возможность видеть ее ежедневно, быть рядом с ней.
Машина остановилась возле дома, девушка вышла и направилась в холл, улыбнувшись консьержу, пошла к лифту. Когда дверь за ней закрылась, я вошел в холл и остановился возле консьержа.
Я знал, что в этот момент мои глаза полыхнули дьявольским огнем, но консьерж не успел бы испугаться. Он уже был полностью во власти их магнетизма. Умение подчинять людей своей воле – это очередной из моих многочисленных даров. Я мог узнать все, что меня интересовало, задать любой вопрос и получить на него ответ. А потом просто приказать забыть.
- Как зовут девушку, которая только что вошла, в какой квартире она живет?
- Это была мисс Изабелла Свон. Она живет в квартире 46D на 14 этаже.
После того, как я услышал полное имя Беллы, мир покачнулся перед моими глазами.
Изабелла Свон. Какая ирония судьбы. Я прилетел с другого континента, чтобы следить за ней и узнать все, что ей известно о моем мире. А вместо этого нахожу в ней свою жизнь и свое счастье. Может ли то, что я теперь знаю, кто она, изменить мои чувства к ней? Эта безумная мысль даже заставила меня рассмеяться. Да будь ей хоть трижды известно о существовании вампиров, для меня это уже не имело никакого значения. Наоборот, это даже давало мне надежду на то, что со временем я смогу открыться перед ней. На одно мгновение мне отчаянно захотелось, чтобы Белла знала обо мне все, кто я, на что способен. Узнала и, не смотря на это, захотела бы разделить вечность со мной.
С этого момента жизнь разделилась на две части: до и после Беллы.
Я купил квартиру в доме напротив. Так что мои окна выходили на ее. Я превратился в зависимого человека, зависимого от моей феи. Мне было необходимо видеть ее каждую минуту моей новой жизни. Я наблюдал за ней утром, днем и вечером, испытывая настоящее счастье, когда она выходила на балкон, и солнце играло бликами на ее волосах и коже, а темные глаза смотрели вдаль, так задумчиво. Я бы отдал все, что у меня есть за одну только возможность слышать ее мысли, став ближе к ней таким образом.
За этот период я узнал почти все о жизни Беллы. О ее семье, друзьях, обучении в колледже, ее книгах. По крайней мере, кроме одной, презентация которой была намечена несколько дней спустя, а аннотация должна была появиться сегодня вечером.
И все-таки меня преследовало чувство, что я упустил что-то очень важное, самое важное. И это не давало мне покоя.
Я купил литературный обозреватель, сегодня в нем публиковалась аннотация к новой книге Беллы. Мне хватило секунды, чтобы пробежать ее глазами. Журнал с тихим стуком упал на пол.
О Господи, ее книга…Но это невозможно, она не могла знать.

********************

Добавлено (28.02.2009, 12:54)
---------------------------------------------
Я не помню, как прошло время общения с читателями. О чем меня спрашивали, что я отвечала. Я улыбалась, фотографировалась, но все это делалось на автомате. Ведь все это время я смотрела в эти глаза, согреваясь от огня, который полыхал в них.
Все закончилось, в зале оставались только Саманта, директор магазина и незнакомец с родными глазами.
Саманта, моя дорогая подруга, она все видела и понимала. Как же хорошо она меня все-таки знала.
- Белла, милая, я так перед тобой виновата, понимаешь, я совершенно забыла, что ко мне сегодня приезжает брат, он только что звонил из аэропорта. Я не смогу пойти с тобой в ресторан, как мы планировали. Я должна ехать за ним. Но я тебе обещаю, что мы все отметим.
- Конечно, Саманта, не волнуйся, я совершенно не обижаюсь и все понимаю. Мы можем отметить мой день рождения в любое другое время. Спасибо тебе за сегодняшний день и за все те годы, что ты была со мной. Я люблю тебя, ты стала мне сестрой, которой у меня никогда не было.
- Я тоже люблю тебя, Белла. И хочу, чтобы ты была счастлива. До завтра, дорогая.
Саманта поцеловала меня в щеку и, улыбнувшись, направилась к выходу.
Я промолчала о том, что ее брат живет просто в другой части города. Ведь понимала, что она просто хотела оставить меня с этим мужчиной наедине. Когда ушел директор магазина, я не заметила. Теперь я осталась вдвоем с мужчиной, мысли о котором занимали меня несколько последних часов моей жизни. Я не думала о том, что я делаю, я просто подошла к нему.
- Кто ты? Откуда я тебя знаю? Почему твои глаза мне кажутся настолько родными? Мы встречались раньше?
Меня не волновало, что со стороны я выглядела, как сумасшедшая, задавая такие вопросы. Я осознано обратилась к нему на «ты», мысль о том, чтобы говорить ему «вы», показалась мне кощунственной.
Мужчина улыбнулся своей потрясающей, насмешливой и, вместе с тем, понимающей улыбкой.
- Меня зовут Джейсон. Ты меня знаешь и в то же время не знаешь. Это долго объяснять, сейчас не время да и не место, я тебе обязательно все расскажу. Просто верь мне.
- Я верю тебе.
Это слова слетели с моих губ раньше, чем я подумала о том, что говорю. Его глаза полыхнули нежностью, когда он услышал их. Он просто протянул мне руку, и я, не задумываясь, вложила в нее свою ладошку. Его тепло согревало меня, но оно согревало не только мое тело, оно согревало мою душу.
Мы вышли из магазина, держась за руки. Он усадил меня на переднее сидение своего автомобиля, сам же сел за руль. Машина тронулась.
Белла, ты сошла с ума, ты сидишь в машине с незнакомым человеком, и доверилась ему только потому, что тебе кажется, что ты его знала раньше и потому что что-то там увидела в его глазах. Ну и после этого ты будешь утверждать, что ты взрослая и разумная женщина? Ха, да ты такая же дурочка, какой была много лет назад в подростковом возрасте. Да, некоторые вещи не меняются.
Внутренний диалог так увлек меня, что я не заметила, как машина остановилась и что Джейсон с любопытство смотрит на меня. Наверное, тот внутренний конфликт, который бушевал во мне, отчетливо отразился на моем лице.
Он улыбнулся, и мне как-то сразу стало легче. Я огляделась по сторонам и заметила, что мы находимся у моего любимого итальянского ресторана. Интересно, это случайность или…
- У тебя сегодня день рождения. Поздравляю тебя, Белла. Ты окажешь мне честь и проведешь этот вечер со мной?
Он был не меньшим безумцем, чем я, если сомневался в положительном ответе.
- Конечно, Джейсон, я с удовольствием проведу этот вечер с тобой.
- Спасибо. Ты пока не можешь понять, как много это для меня значит, но все придет со временем.
Он загадочно улыбнулся, а я прикусила себе язык, потому что с него уже готов был сорваться миллион вопросов.
Мы вышли из машины и направились в ресторан. Девушка-администратор, приветливо нам улыбнулась и проводила к столику, который, как выяснилось, Джейсон заказал заранее. Так он знал, что я соглашусь провести этот вечер с ним, да и он просто знал, что мы тут окажемся. Но как? Ладно, об этом я еще подумаю.
В зале ресторана звучала потрясающая музыка, недалеко от нашего столика находился величественный рояль, и мужчина, сидевший за ним, с чувством играл мелодию, которая затрагивала сердце. Мелодия лилась так нежно, чарующе, что, казалось, полностью подчиняла своей власти.
Мы сели за столик, и каждый погрузился в изучение своего меню. Нам столько нужно было сказать друг другу, я это чувствовала, но, очевидно, что каждый боялся нарушить тишину.
В зале раздались последние звуки чарующей мелодии, и рояль умолк. Я даже расстроилась, настолько она меня затронула. Но тишина длилась всего минуту. Ресторан снова наполнился волшебными звуками рояля.
Мне показалось, что я сошла с ума, этого просто не могло быть. Это же была моя мелодия, это была «Колыбельная Беллы».
Мой взгляд метнулся в сторону рояля. И я встретилась с глазами цвета янтаря. Они переливались расплавленным золотом.
Самое темное время суток, перед рассветом…На горизонте показались первые лучи восходящего солнца…Мрак рассеялся.

ГЛАВА 6
ВОЗВРАЩЕНИЕ В РАЙ

Люди всегда бросают нас…
Но однажды,
однажды они возвращаются

Любовь – это свобода. Свобода быть самим собой рядом с тем, кто принимает тебя таким, каков ты есть.

Некоторые избегают боли раскаянья, делая правильный выбор.
У других нет времени на раскаянье, потому что они думают о будущем.
А остальные борются с раскаяньем, желая забыть прошлое.
Иногда нам приходится драться, чтобы примириться с прошлым. Кое-кому удается с ним смириться, обещая себе измениться.
Но больше всего мы раскаиваемся не из-за того, что сделали, а из-за того, что не сделали или не сказали, для того чтобы спасти дорогого нам человека. Особенно, когда мы видим, что над ним сгущаются черные тучи.

За все в этой жизни нужно платить. Рано или поздно судьба предъявляет счет. Этого момента ждешь со страхом, ведь никогда не знаешь, насколько большой платы потребует жизнь. Цена ошибок – самая высокая. Иногда они стоят нам жизни.
Я метался по комнате, подобно раненому зверю.
От этой мысли на моих губах появилась саркастическая ухмылка. Ведь я и есть раненный зверь, и это совсем не метафора. Зверь, чудовище, монстр, убийца, самый совершенный хищник в мире… Список можно продолжать до бесконечности. Память услужливо подсказывала все новые и новые «имена».
Кто бы мог подумать, что такого, как я можно чем-то ранить. Впрочем, миф о своей неуязвимости я рассеял очень давно.
Я хотел исчезнуть, словно меня никогда не было в твоей жизни. Стереть все воспоминания. Боже, как можно было быть таким эгоистом, думая только о себе, о своем так называемом благородстве. За годы существования без тебя я миллион раз задавал себе один и тот же вопрос: «Если бы ты вот так исчезла из моей жизни, смог бы я тебя забыть, сделать вид, что ты в ней никогда не появлялась? Смириться с этим?». Ответ всегда был одним и тем же, все мое существо вопило: «НЕТ»!
Тот, кто уходит, никогда не поймет, как себя чувствует тот, кого покидают. Уходить и проще, и сложнее одновременно. Ведь уходящий, сам делает свой выбор, принимает решение. У брошенного этой привилегии нет.
Я называл память человека несовершенной, утверждал, что забыть то, что было, просто. Я просто искал себе оправдание. Искал, находил и сам разбивал его вдребезги.
Мне понадобилось целых 12 лет, чтобы понять всю бесполезность и абсурдность борьбы с собой. Осознать всю степень своей вины. Для чего я боролся с собой, с тобой, с нашими чувствами, зачем я разрушил наше будущее? Теперь-то я точно знал, что оно было так реально. Я как грешник, изгнанный из рая. Разница только в том, что я сам лишил себя этого. Сам разрушил все своими руками. Ведь мы могли быть так счастливы, разделив вечность на двоих.
Я возвращаюсь, Белла, я не надеюсь на то, что ты простишь меня, видит Бог, я этого не достоин. Я просто буду с тобой рядом. Всегда. День за днем доказывая свою любовь, восстанавливая доверие, которое я сам и убил. Ведь только время сможет убедить тебя вновь поверить мне. Не важно, сколько раз ты меня будешь прогонять, я все равно никогда не уйду. Больше не уйду.
Мы не выбираем, кого любить…
Я приехал в Нью-Йорк неделю назад. Перед этим несколько дней терроризировал Эллис, чтобы она мне рассказала все, что видела. Я должен был знать, что ждало Беллу, что ждало нас. Но это комок позитива только улыбалась мне своей милой улыбкой и говорила загадками. Пробиться в ее мысли я тоже не мог, точнее мог, но ее мысли были одна невероятнее другой. Единственное, что она мне сказала, так это то, что в жизни Беллы появился кто-то, кто сможет завоевать ее сердце. И еще она мне сказала, что это не совсем обычный человек. «Не совсем обычный человек?» И что, черт возьми, это означает?
Я снял квартиру на Манхэттене, чтобы быть ближе к тебе. Я никогда не терял тебя из виду, всегда был в курсе твоей жизни. Спросишь меня зачем? Разве ты забыла, что я мазохист? Я возвращался к тебе снова и снова, оставаясь незамеченным. Хотел просто увидеть тебя, почувствовать твой запах, окунуться в него. Знаешь, за годы, что я провел без тебя, пришло осознание того, что я могу потерять тебя навсегда. И это подействовало на меня совершенно невообразимым образом. Жажда… То, что всегда мучило меня, не давая забыться рядом с тобой. Нет, твой запах, по-прежнему, сводит меня с ума. Но он больше не вызывает жажды крови, я не боюсь больше не сдержаться и убить тебя. Страх потерять тебя сильнее. Сильнее всего.
Я увидел тебя в первый же день своего приезда в Нью-Йорк. Было пасмурно, поэтому я не боялся быть замеченным. Я стоял напротив твоего дома, ожидая того момента, когда ты выйдешь на улицу. И вот ты появилась и словно, взошло солнце, окутывая меня своим теплом, которого я бы лишен живя в вечной мерзлоте. Ты была такой же, как будто не было этих лет, не было разлуки. Мы снова в школе, ты та самая девушка, в которую я без памяти влюбился. О годах без тебя теперь напоминала только зияющая незаживающая рана в моей груди. Из глубины моего естества вырвался стон, и я сжал кулаки с такой силой, что казалось, мог раздробить себе все кости. Как я хотел сейчас оказаться с тобой, обнять, почувствовать тебя, живую, рядом с собой, найти в твоем взгляде ответы на мучавшие меня вопросы. Подаришь ли ты мне надежду? Надежду на прощение.
Я смотрел в твои глаза и падал в пропасть, в бездну их магнетизма и очарования. Падение… Вся моя жизнь с тобой была падением, падением вверх…
Проходили дни, теперь время превратилось для меня в липкую субстанцию, которая затягивала меня, не давая выбраться. Я жил только теми моментами, когда видел тебя. Считая дни до твоего дня рождения, до того момента, когда я снова смогу появиться в твоей жизни.
С днем рождения, Белла, сегодня тебе исполняется 30. Я содрогнулся от мысли, что за подарок тебя ждет, подарок в виде моего появления. После всего, что я сделал, я не мог даже представить себе твою реакцию.
С самого утра я заказал огромный букет цветов, которые ты так любила, но я никогда тебе их не дарил. У меня было много времени, чтобы осознать свои ошибки. Все те промахи, которые я совершил в нашей прошлой жизни. Но самым важным был даже не букет, а содержание записки, что я вложил в нее. Не важно, что эти слова были написаны не мною. Они были моими, это была моя исповедь. Моя надежда на понимание и, возможно на прощение.
Мои мысли прервала трель мобильного. Я даже знал, кто это звонил. Эллис… Конечно, кто же еще.
- Эллис. Что ты хотела? – мой голос звучал устало, я любил сестру, но все еще злился на нее за нежелание рассказать мне все, что она видела.
- Привет, Эдвард, я тоже рада тебя слышать.
Казалось, ее ничто не могло вывести из себя.
- Эллис, я не шучу. Лучше скажи, что ты хотела. У меня нет настроения с тобой разговаривать. Если ты этого не видела, то ты никудышная провидица.
- Эдвард, только потому что я понимаю причины твоего дурного настроения, я сделаю вид, что ты ничего не говорил о моем даре.
- Надо же, какое великодушие.
- Эдвард, я люблю тебя и я люблю Беллу, поэтому я тебе и звоню. Послушай, пожалуйста, то, что я тебе скажу, а главное сделай все так, как я тебе скажу.
Такого я не ожидал, все мое раздражение сняло, как рукой, а тело напряглось, и я весь обратился в слух, не желая пропустить ни слова из того, что мне скажет Эллис, ведь это касалось Беллы.
- Если ты хочешь, чтобы у тебя появился шанс, будь сегодня в 5 часов вечера в итальянском ресторане, который находится неподалеку квартиры Беллы. Это все, чем я могу помочь, дальше все в твоих руках.
- Спасибо Эллис.
- Я делаю это не только ради тебя, Эдвард. Я делаю это ради нее, ради себя и ради нас всех. Удачи.

Добавлено (28.02.2009, 13:31)
---------------------------------------------
Я не успел ничего сказать, в трубке послышались короткие гудки.
Я посмотрел на часы. Было только 12 часов дня. До часа «ч», еще оставалось много времени, и мне нужно было чем-то себя занять. Я огляделся по сторонам, словно в поисках чего-то. Наконец мой блуждающий взгляд наткнулся на электронное пианино, которое я приобрел в день приезда в Нью-Йорк. Мне была необходима музыка, необходима для того, чтобы хоть на короткий миг находится в гармонии с миром и с самим собою. Потому что в музыке я мог выразить все свои чувства, выплеснуть все то, что скрывалось во мне, и что я не мог показать никому и никогда, в чем не мог признаться даже себе. За последние годы моего существования только музыка спасала меня от безумия. Я писал музыку, думая о Белле. В ней я говорил все, что не мог сказать, все, что не имел права говорить, после того, как ушел.
Я сел за пианино и в ту же минуту комната наполнилась первыми звуками рождающейся мелодии. Она шла из глубины моего существа из моего сердца. Мелодия была нежной, тихой, словно пение птицы, но вот она уже меняла свое направление, превращаясь в яростный бушующий поток, словно горная река несла свои воды к морю.
Секунды, минуты и часы перестали существовать, осталась только музыка и та боль, любовь и страсть, что звучала в ней.
Когда я закончил играть, стрелки часов показывали 4 часа. А это означало, что пришло время собираться. Я чувствовал себя влюбленным школьником, который собирался на первое свидание и не знал, что надеть. Я даже рассмеялся абсурдности ситуации. Да какая разница, что я надену, если Белла захочет меня убить, в ту же минуту как увидит. В чем в чем, а в этом я не сомневался. Ну что же, у нее для этого миллион поводов.
Я подъехал к ресторану без четверти пять. Отдал ключи от машины парковщику, сунул ему 20-ку и направился в ресторан.
«Боже, какой красавец, просто греческий бог, который спустился с Олимпа». Мысли девушки-администратора ворвались в мое сознание. Я улыбнулся. Ну что же, впервые я обрадовался тому впечатлению, которое произвожу на женщин, потому что именно оно поможет заполучить мне столик в этом ресторане.
- Здравствуйте. Чем я могу помочь? – девушка ослепительно улыбнулась. А ее мысли красноречиво говорили о том, в чем она была готова мне помочь.
- Здравствуйте. Видите ли, у меня маленькая проблема. Я бы хотел поужинать в вашем ресторане, но я не заказывал столик. Вы могли бы мне помочь. Я был бы очень благодарен.
С этими словами я протянул ей купюру номиналом в 100$. И улыбнулся той улыбкой, которая могла свести с ума любую женщину.
«О Боже, да я бы из его рук приняла даже яд, если бы он мне так улыбнулся. Не то что деньги. Тем более, что сегодня полно свободных столиков, на удивление.»
- Конечно, сэр. Я сделаю все, что в моих силах.
Девушка протянула изящную ручку, в которой в ту же минуту исчезла банкнота.
- Идите за мной, я проведу вас к свободному столику.
Я направился за девушкой в центр зала ресторана. Я должен был отметить, что ресторан был очень фешенебельным. Прекрасная обстановка, все было сделано из дорогих и качественных материалов. В зале стоял тихий гул голосов, и звучала живая музыка. Я обвел глазами помещение и увидел рояль, за которым сидел мужчина и вдохновенно играл.
Девушка провела меня к уединенному столику, прекрасное расположение. Я мог видеть весь зал, сам, оставаясь в тени.
- Спасибо, вы мне очень помогли.
Я в очередной раз улыбнулся ей. Ее мысли я посчитал необходимым проигнорировать.
- Если вам что-то еще понадобится, вы знаете, где меня найти.
Улыбнувшись, он пошла к своему месту за стойкой.
Сев за столик, я стал ждать, хотя, я и сам не знал, чего именно я ждал. Но не доверять Эллис у меня причин не было.
И тут я понял, чего ждал. Двери ресторана распахнулись, и я увидел ЕЕ. Белла вошла подобно королеве. Такая хрупкая, изящная и, все такая же юная. И только одежда выдавала тот факт, что она не школьница. Моя душа разрывалась на части, а сердце… А что сердце, я мог бы поклясться, что оно вновь начало биться. Даже если пройдет тысяча лет, я не буду реагировать спокойнее, когда вижу ее. В этом я был абсолютно уверен.
Но тут все мое тело напряглось, а глаза почернели, когда я перевел взгляд на ее спутника. Это был высокий, мускулистый мужчина в идеально скроенном костюме, который как влитой сидел на его широченных плечах. У него были светлые волосы, и кожа, тем заметнее был контрастный цвет глаз, они были темнее ночи. Но даже все эти атрибуты цивилизованного мира не могли скрыть его естество, он был хищником. Незнакомец улыбался Белле и смотрел на нее взглядом полным обожания.
Я зарычал, во мне просыпался зверь.
Остановившись у администратора и перекинувшись парой слов, они последовали за девушкой к столику. Прежде чем подумать о последствиях я уже был на пути к роялю. Сунув несколько купюр музыканту, я попросил его уступить мне место. Мужчина удивился, но деньги решают все вопросы. Я сел за рояль и через мгновение зал наполнила музыка. Это была самая важная мелодия в моей жизни. Колыбельная Беллы.
Я не отрывал от нее глаз. Как только рояль издал первые звуки, она застыла, всего на мгновение. А потом ее взгляд устремился в мою сторону. Наши глаза встретились. Время остановилось, его просто больше не было. Я продолжал играть, говоря ей все, что не мог сказать словами. Умоляя ее. Я был перед ней на коленях.
В ее глазах отразились все чувства: боль, страх, ненависть, страсть, любовь и надежда. Я не знал, какое из этих чувств победит, но это было уже не важно. Самого страшного не было, не было холодного безразличия. Этого я бы не смог вынести, хотя, бесспорно я заслуживал этого.
Страсть – это огонь, который горит в каждом из нас, иногда он совсем маленький, или от него остаются только тлеющие угольки, но достаточно дуновения ветерка или несколько маленьких веточек, чтобы он разгорелся с новой силой и превратился в всепоглощающее пламя… Горите в этом огне всю свою жизнь, живите им, пускай он никогда не угаснет, только не давайте ему сжечь вас изнутри…Но в этом огне я готов был сгореть.
Я вернулся в мой рай.

Глава 7. Горячий лед, ледяное пламя.

Свет думает, что он движется быстрее всех, но это не так. Он перемещается быстро, но темнота всегда оказывается на месте раньше и поджидает его.
Терри Пратчетт

Но свет сильнее, и темнота уступает, когда он появляется, свет рассевает мрак и рассвет всегда приходит, даже, если для этого требуются годы.

Говорят, что за минуту до смерти перед глазами проносится вся жизнь. Это не так…
Я смотрела в глаза смерти, но моя собственная жизнь так и не пролетела перед моими глазами…
Вся моя жизнь и все мое существование пронеслось перед моим взором в минуту моего второго рождения. Каждый миг, все значимые события. Все пролетело одним мутным мрачным пятном. И был только один яркий луч, самый запоминающийся, самый светлый и счастливый год в моей жизни, а дальше мое одиночество.
Я смотрела в его глаза и оживала. Я слышала, как кусочки льда, откалываясь от моего сердца, со стуком падали к ногам. Из моих глаз уходил холод и циничность, а по телу разливалось тепло, которого я не чувствовала даже в самый знойный день. Я становилась той Беллой, которой была много лет назад.
Всем известно, что глаза – это зеркало души. Но в этих кусочках янтаря я увидела нечто большее, гораздо большее. То, что не поддается описанию. Я просто увидела в них свою жизнь, которую Эдвард забрал когда-то с собой. Он вернулся и я снова жива. Я снова могу чувствовать. Я снова слышу, как в волнении стучит мое сердце, как оно тянется к свету, который горит в его глазах.
Но первая радость сменилась злостью, а затем и ненавистью. Ведь я вспомнила каждое слово, которое он сказал мне в тот роковой день. Зачем ты вернулся Эдвард? Чтобы снова мучить меня и разбить кое-как склеенную жизнь, которую ты превратил в осколки?
Сердце пронзила острая боль, которая грозила разорвать меня изнутри. Мне хотелось бежать, бежать не оборачиваясь, забиться в какой-нибудь темный угол, скрыться от этих прожигающих душу глаз.
Душа… А осталась ли она еще у меня?
Двенадцать долгих лет, двенадцать чертовых лет без тебя! Все мое существо вопило. Что такое двенадцать лет для бессмертного существа? Просто миг… Для меня же это почти половина жизни. Каждый год, день за днем, я осознавала свое одиночество, каждый день я заново переживала тот момент, когда ты меня бросил, всю ту боль, все отчаянье. Я жила с этим. Я с этим умирала… Я умирала каждый раз, когда утром, открывая глаза, не видела тебя рядом. Я умирала, когда смотрела на закат, закат очередного дня. Дня без тебя… Я не хотела просыпаться, потому что в снах видела тебя, там мы были вместе. Можно ли умереть несколько раз? Ответ очевиден.
Время лечит… Время убивает…
- Белла, Белла, ты слышишь меня? С тобой все в порядке?
Джейсон… Я совсем забыла, что не одна. Интересно сколько раз он уже обращался ко мне? Как я могла забыть о нем. Глупая Белла… Да даже, если бы сейчас у тебя перед ногами разверзлась земля, ты бы едва это заметила.
Мелодия стихла. Эдвард по-прежнему не отводил от меня глаз. Он ждал, ждал приговора. А у меня, эхом звучало в голове одно единственное слово: «Зачем?». Я закрыла глаза, и с моих губ сорвался тихий шепот:
- Зачем?
- Что зачем? Белла, умоляю, открой глаза, ты меня пугаешь.
- Джейсон, прости, я действительно плохо себя чувствую, мне нужно домой, мне нужно побыть одной. Прости еще раз.
Я быстро встала со стула, глазами ища свой клатч. Мне нужно было уйти, немедленно, я не могла больше оставаться здесь. Я понимала, что поступаю глупо, как девочка-подросток, просто убегаю, но не могла поступить иначе.
Джейсон резко поднялся со стула и протянул ко мне руку, когда он прикоснулся ко мне, меня словно обдало жаром, настолько горячей была его рука.
- Белла, что произошло, ты можешь мне объяснить? 10 минут назад все было в порядке.
Вдруг что-то изменилось в его лице, он стиснул скулы, а глаза стали темнее ночи, взгляд наполнился такой ненавистью, что я даже содрогнулась. Во всем его облике появилось что-то опасное, дикое. Я проследила за направлением его взгляда. Он смотрел на Эдварда. Их взгляды скрестились, словно мечи, я могла бы поклясться, что слышу лязг метала. Эдвард выглядел не лучше, я никогда не видела его таким угрожающим. Даже когда он дрался с Джеймсом, он не казался таким устрашающим. Они не отрывали взгляда друг от друга, казалось, что они разговаривали молча. Проходили минуты, которые показались мне вечностью, но никто из них так и не шевельнулся. Внезапно лицо Эдварда исказилось, как от невыносимой боли. Я, с трудом, подавила в себе желание броситься к нему, попытаться помочь. Он посмотрел на меня глазами, наполненными такой мукой, таким раскаяньем, что мне стало страшно, действительно страшно. Его губы шевельнулись и я скорее догадалась, чем услышала, его слова.
- Белла. Прости меня.
Прости? За что простить? За то, что бросил или за то, что вернулся или и за то и за то? За то что забыл или за то что вспомнил? Сомнения разрывали меня на части, я не могла понять, что скрывается за этими словами. Обычная вежливость или вся глубина раскаянья?
Он напоминал мне ребенка, умоляющего о прощении. Не хватало только, чтобы он сказал: «Я больше так не буду». При всей трагичности ситуации я чуть не рассмеялась от этой мысли. Смех сквозь слезы, теперь я знаю, что это такое.
- Просить прощения, легче, чем прощать.
Я прошептала это очень тихо, просто выдохнула эти слова. Но я знала, что он услышал. Для этого мне достаточно было увидеть очередную вспышку боли в его глазах. Затем в них отразилось понимание, а вслед за ней и решимость.
- Я понимаю. Белла, нам нужно поговорить. Не здесь. Я встречусь с тобой в любое время и в любом месте, только скажи. Я знаю, что не имею права ни о чем тебя просить. Но…
Его голос сорвался, складывалось впечатление, что от моего ответа зависит вся его жизнь. Более того, вся его вечность. Во мне боролись два чувства, одно толкало броситься к нему на шею и согласиться на все, о чем бы он меня не попросил, другое – приказывало бежать от него, от той боли, которую он может мне причинить, вычеркнуть его из жизни, на этот раз навсегда. Что победит?

Добавлено (03.03.2009, 18:13)
---------------------------------------------
- Хорошо. Я встречусь с тобой. Завтра, в моем офисе, в 12.00.
Я протянула ему визитку, которую вытянула, не заметив даже когда. Хотя, я была уверена, что он и так знает адрес моего офиса. Он всегда все знал обо мне. Он не знал только одного, он не знал, что убил меня.
Я опять забыла о Джейсоне… Мысленно чертыхнувшись я повернулась к нему и встретилась с ним глазами. Когда он посмотрел на меня, из его глаз исчезла ненависть и угроза, теперь в его взгляде светилась только нежность. Сердце защемило. Его рука, по-прежнему, обжигала мое запястье, которое он все еще сжимал. Лед и пламя, вот чем были эти двое таких разных и таких одинаковых мужчины. Горячий лед, ледяное пламя…
- Джейсон, еще раз прости за вечер. Но мне действительно нужно идти. Не провожай меня, я вызову такси. Встретимся в другой раз.
В его глазах отразилось понимание. И какая-то обреченность, которой я не могла понять.
- Хорошо. Я буду ждать Белла. Ждать столько, сколько потребуется. Просто знай, что я рядом.
Он поднес мою руку к своим губам и поцеловал. Справа от себя я услышала тихое рычание, и мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы узнать его природу. Эдвард…
- Прощай.
- Нет Белла, просто до встречи.
Я посмотрела на Эдварда, он смотрел на меня почти безумными глазами, я не могла бы с точностью определить, что преобладало в его взгляде, даже, если бы от этого зависела моя жизнь. Там было ВСЕ. Что бы я не вкладывала в это слово. На долю секунды мне показалось, что он двинулся в моем направлении, но потом, словно передумал и остался стоять на своем месте. Я знала, что он мне хочет сказать столько всего, что для этого не хватит и жизни, но не здесь, не посреди ресторана, когда на нас смотрят с таким любопытством. И я была рада этой отсрочке, мне нужно было собраться с мыслями. Что он мог мне сказать? Что я могла ему ответить?
Словно во сне я двинулась по направлению к выходу. Я чувствовала, как две пары огненных глаз прожигают мне спину. Пребывая все еще в полусознательном состоянии, я села в такси. Уставившись в одну точку, я молчала всю дорогу. Единственными словами был адрес моего дома. Расплатившись, я вошла в дом и поднялась в свою квартиру. Закрыв за собой дверь я прислонилась к ней и медленно сползла на пол. Сил хватило только на то, чтобы сбросить туфли и подтянуть колени к груди, обхватив их руками.
Что я чувствовала сейчас? Боль и пустоту. Все, что я делала, все чем жила, теперь, казалось не имело никакого значения. Зачем, ради чего все это?
Если всего одно мгновение смогло перечеркнуть 12 лет борьбы. Борьбы с собой, борьбы с жизнью и судьбой.
Но нет, эта борьба не была напрасна, я доказала, прежде всего себе, что я справлюсь, что я сильная, что смогу жить без тебя, без нас. Пускай даже это будет просто существование. Я не дам тебе больше загубить мою жизнь, по крайней мере то что от нее еще осталось. Если ты вернулся чтобы исправить все что натворил, я очень надеюсь на ты изменился. Та несмышленая девочка, которой я была когда-то, выросла и выстояла, не смотря ни на что, вопреки всему… Я взрослая, состоявшаяся женщина и теперь тебе придется с этим считаться. Если жизнь – это действительно игра, то теперь мы будем играть по моим правилам. Поднявшись с пола я побрела в ванную, сбросив с себя всю одежду я забралась в душ, вода очищала не только тело, но и мысли, смывая груз прожитых эмоций дня. Я не могла бы с точностью сказать, сколько я так простояла под струями теплой воды, но когда, переодевшись, я вышла на балкон, город уже окутала ночь. Я посмотрела на небо, но не увидела ничего кроме слепой черноты. Звезды… Как бы мне хотелось их сейчас увидеть. В память сразу же ворвались картины звездного неба Форкса, отзываясь глухой болью где-то в области сердца. Я задумалась над тем, что не видела звезды с тех самых пор, как переехала в Нью-Йорк.
Я смотрела на город. Он действительно никогда не спал, в нем бурлила жизнь 24 часа в сутки. Все куда-то спешили, суетились, у каждого была своя жизнь и никому не было дела до других. Все-таки я выбрала правильное место для того, чтобы скрыться. Почему-то именно в этот момент я особенно остро ощутила свое одиночество. Мне захотелось выть, как волчице, которая отбилась от стаи, оставшись в полном одиночестве. Ночь – время волка.
Сколько я уже стою тут? Час, два, а может всего несколько минут? Время больше не имело значения. Я вернулась в комнату и мой взгляд тут же наткнулся на стереоустановку, не долго думая я подошла и нажала на кнопку проигрыша. Комната заполнилась чарующими звуками мелодии. А глубокий голос, казалось, проникал в самую душу. «Color of the night», именно так называлась эта песня. Цвет ночи, цвет моего одиночества. Я прошла в комнату и упав на кровать свернулась клубочком.
Боль… Это единственное, что я могла ощущать сейчас. Казалось она заполнила каждую клеточку моего тела. Я наконец-то позволила вырваться ей наружу, больше не было тех плотин, которые сдерживали ее все эти годы. Моя душа плакала, сердце рвалось на части, но глаза по-прежнему оставались сухими, казалось, что во мне не было ни одной слезинки.
В этот момент комнату огласил рокот, я даже подпрыгнула на кровати от неожиданности. Что это? Я не могла понять. Но тут рокот повторился и комнату озарил свет. Гроза! Это была гроза! Природа плакала вместо меня. Я вылетела на балкон, в воздухе витал аромат дождя, заглушая запахи города. Мне на лицо упали первые капли. Дождь… Я никогда так не радовалась дождю. А он, словно сжалившись, все набирал силу, мое лицо было мокрым, по щекам текли капли, проведя языком по губам, я ощутила солоноватый привкус. Слезы?! После 12-ти лет, я, наконец, могла плакать.
Буря, которая бушевала во мне, вырвалась наружу, она резвилась и смеялась. Спасибо тебе Господи, я снова жива! Слезы были последним тому доказательством. Я была похожа на безумную, стоя под дождем то смеясь то плача, но мне было все равно я была жива, я действительно праздновала свой день рождения.
Жизнь – самое ценное, что у нас есть, драгоценный подарок, который, впрочем, дается не просто так. Сегодня на небе загорелась звездочка новой старой жизни. И пускай сейчас я не могу видеть звезды, пускай сейчас меня еще окутывает мрак, но рассвет уже забрезжил и теперь я точно знаю, что наступит новый день. Первый день моей новой жизни.

Добавлено (04.03.2009, 11:12)
---------------------------------------------
Глава 8 Вызов брошен…

Самая сильная ненависть - порождение самой сильной любви.
(Томас Фуллер)

Говорят, что от любви до ненависти один шаг. Но иногда они встречаются на мосту жизни. И никак не могут разминуться.

Ненависть – самое сильное чувство в мире. Она развязывает войны, губит страны, свергает правителей и толкает людей на безумства. Когда ненависть застилает глаза, доводы разума и голос сердца уже не слышны из-за шума стучащих в висках эмоций.
Ненависть убивает…
Ненависть дает силы жить…
Бессмертные существа редко испытывают эмоции такой силы. По крайней мере, я свято верил в это до этого самого момента.
Глаза Беллы – это все, что я видел, играя нашу мелодию, ее мелодию, мелодию моей жизни и моей смерти. В этот момент меня не могли отвлечь мысли посторонних людей, которые окружали нас. Были только я и она и та боль, любовь, страсть и нежность, которые пропитывали каждую издаваемую инструментом ноту. Эмоции на ее лице сменяли одна другую, на протяжении всего времени, пока звучала музыка. Я видел как он любила и страдала, ненавидела и прощала, убегала и возвращалась. Все это ясно отражалось на ее лице. А дальше непонимание и немой вопрос.
Я усмехнулся про себя. А чего ты ожидал Эдвард? Что она бросится тебе на шею? Вот именно. Ты заслуживаешь, чтобы тебя в прямом смысле этого слова выставили за дверь собственной жизни, ее жизни. Что я мог сказать в свое оправдание? Что вообще могло быть оправданием для меня?
Мелодия стихла, я ждал своего приговора. Что может убить вампира? Теперь я знал это, такой пустяк как одно слово из уст Беллы. Одного «нет» было бы вполне достаточно.
С ее губ сорвалось одно единственное тихое «зачем?». Я не знал, что ответить и в то же время мне хотелось сказать столько всего, передать свои чувства и эмоции, всю свою вселенную. Положить ее к ногам Беллы. Она закрыла глаза и, мне показалось, что на землю опустилась ночь, меня окутала тьма и холод.
«О Господи, что с ней? Она выглядит так, словно умирает». Мысли ее спутника вихрем ворвались в мое сознание. Тут он посмотрел в мою сторону и его глаза наполнились ненавистью. «Что за черт…Это же вампир… Но если это правда, то все, что написано в ее книгах, значит это все реальность?! Но тогда у меня есть надежда на…»
Да уж, похоже, ты тоже далеко не человек, этот запах, это запах оборотня, я не спутал бы этот запах ни с чем, но есть что-то еще, что-то едва уловимое. Он не похож на оборотня, по крайней мере, на тех, с кем мне приходилось сталкиваться, определенно в нем есть что-то еще. Есть что-то от… От вампира?! Но если это так, то он… Я знаю только одного, кто совмещал в себе два зверя… Это был Джейсон Вульф, сын Аро. Мы никогда не сталкивались, но в нашем тесном Мире, выдающиеся личности известны всем. А он был более чем выдающейся личностью. Еще бы полу вампир полу оборотень, такого даже НАШ МИР еще не знал.
«Не думал, что я так известен».
Что это он имел виду? Он что читает мои мысли?!!
«Белла, похоже, ты действительно описала реальность, потому что кажется, что этот кровосос действительно читает мои мысли.»
Как и ты читаешь мои.
«Да, скрывать это не имеет смысла».
Это не только не имеет смысла, это просто не возможно. Мы ведь слышим и видим все, каждую мысль, каждую картинку, которая проносится у нас в голове.

«Так это ты – тот холодный кусок камня, которого она не достойна?»
«Убери от нее свои руки и свои мысли полукровка, я до сих пор не верил, что в мире чудовищ действительно существуют такие монстры.
Она моя.»
«Уже нет. Ты сделал свой выбор. И не тешь себя иллюзиями, даже когда ты мог дотронуться до ее в любой момент по своему желанию и она смотрела на тебя восторженными влюбленными глазами, даже тогда у меня было на нее больше прав».
«Что ты хочешь этим сказать?»
«Сказать? Хм… Я лучше покажу тебе».
И тут у меня перед глазами побежала картинка, словно я смотрел фильм. Смотрел его глазами. Это была Франция, мне не составило труда узнать эту утонченную роскошь. Версаль, кажется, все готовились к Рождеству. Я все никак не мог понять, зачем он мне все это показывал, пока не увидел девушку. Это была… Но это невозможно, этого просто не могло быть. Это не могла быть Белла. Но это была она, я узнавал ее даже не столько в чертах лица и этих поразительных темных шоколадных глазах, мое сердце, моя душа узнали ее задолго до этого. Но как, как это могло быть? Я не понимал, я не мог понять. Хотя, наверное, просто не хотел понимать.
А потом дворцовые покои сменила картина темного парка, а Белла уже не улыбалась и не лучилась жизненной силой, она лежала истерзанная и умирающая на руках у Джейсона, гнев, страх и горе захлестнули меня, словно я сам переживал ее смерть. Но я знал, что это сделал не Джейсон, при всей свой ненависти я должен был признать, что он бы никогда не причинил ей вреда, она была его ВСЕМ, я почувствовал это, я понял всю его боль весь ужас того момента, а потом, потом я услышал ее тихий шепот:
«Мы обязательно встретимся, просто еще не пришло время, я найду тебя. Пройдет всего один миг, и мы будем вместе. Даже если миг будет длинною в вечность. Верь мне…»
Но как… Боже… За что…
«Она была предназначена мне задолго до твоего рождения. Уходя уходи.... Твое появление ничего не значит и ничего не изменит».
«У меня были причины оставить Беллу, для ее же блага!»
«Ну давай, порази меня!»
«Я хотел, чтобы она была в безопасности, людям не место среди чудовищ!»
«Ах, как благородно! Ну и что изменилось? У тебя бьется сердце, и ты стал пить воду, а не кровь? Ты перестал подвергать ее жизнь опасности, просто находясь рядом? Что ты ей можешь дать, что бы не взять еще больше? "Я самый опасный хищник" - спешу тебя разочаровать, ты самый опасный паразит! Все твое существование - это использование рядом находящихся, ты берешь у них то, чего у тебя нет - кровь, чувства, эмоции - и чем больше тебя любят, тем больше ты высасываешь, что бы хоть как-то заполнить пустоту внутри себя, чтобы хоть на один миг почувствовать себя живым. Пусть ты ни разу не сорвался, не выпил ее кровь, но душу, ее душу ты выпил всю до последней капли. Это был твой пир. Твоя вакханалия. Все. Та крупица, что она смогла сохранить – моя.»
Каждое слово было правдой. Каждое слово резало меня словно тысяча ножей, словно тысяча острых лезвий, впивающихся в меня. Мое лицо исказилось, ведь все мое естество пронзила боль невероятной силы.
«Видишь, даже такой кусок льда, как ты способен понять правдивость и обоснованность моих слов».
«Однажды я уже совершил ошибку. Но на ошибках учатся, и я больше не повторю свою. Одна ошибка, одна единственная ошибка, которая стоила нам жизни.»
- Белла, прости меня…
Это все, что я мог сейчас сказать, так глупо, так по-детски. Но во мне бушевали такие эмоции, такой ураган чувств, что даже, если бы от этого зависело мое существование, я бы сейчас не мог сказать большего.
- Просить прощения легче, чем прощать.

Добавлено (04.03.2009, 11:13)
---------------------------------------------
Права, права и еще раз права. Я не имел права даже просить этого самого прощения. Но просил, ради себя, ради нее. Ради того, чтобы хоть на секунду снова увидеть жизнь в ее глазах.
Я не сдамся, больше не сдамся и не отступлюсь. Я знаю, что ты слышишь мои мысли, Джейсон, но мне все равно. Мне все равно, что ты думаешь, что я погублю ее. Я уже ее погубил, погубил когда ушел, бросил. Я просто не понимал всю силу ее чувств. Я недооценивал человеческую память. Я переоценивал себя.
Я буду бороться. Слышишь? До последнего вздоха. Пока я «жив», я буду рядом с ней, всегда. Потому что мы созданы друг для друга, только когда мы рядом наши сердца бьются в унисон, она подарила мне жизнь, она стала концом моего одиночества. Я забрал ее жизнь и положил начало ее одиночеству. Видит Бог, мне нет прощенья, но я надеюсь, что Белла решит иначе… И у меня есть целая жизнь, чтобы убедить ее, сколько бы эта жизнь не продлилась. Даже если она меня прогонит, я все равно буду рядом, возвращаясь снова и снова… Достоинства совершенной памяти – не повторение ошибок.
«Ну что же, вызов брошен и я его принял. Время рассудит нас.»
- Я понимаю. Белла, нам нужно поговорить. Не здесь. Я встречусь с тобой в любое время и в любом месте, только скажи. Я знаю, что не имею права ни о чем тебя просить. Но…
Мой голос сорвался. Ведь от ее ответа зависело наше все. Я ждал так, как ожидает приговора человек, которого могут осудить на смерть.
Я видел весь спектр эмоций на ее лице, все ее сомнения. Я ждал затаив дыхание.
- Хорошо. Я встречусь с тобой. Завтра, в моем офисе, в 12.00.
Я испытал такое невероятное облегчение, словно с моих плеч упал груз вселенной. Я знал, что теперь у меня действительно был шанс, у нас был шанс.
Словно вспомнив, что мы не одни Белла повернулась к Джейсону.
- Джейсон, еще раз прости за вечер. Но мне действительно нужно идти. Не провожай меня, я вызову такси. Встретимся в другой раз.
«Белла… Как ты ошибаешься, испорчен не только вечер, под угрозой все наше будущее». Но словно опомнившись, вслух он только сказал:
- Хорошо. Я буду ждать Белла. Ждать столько, сколько потребуется. Просто знай, что я рядом.
А потом он поднес ее ладонь к губам и поцеловал, словно оставляя на ней свое клеймо. Из моей груди вырвался рык. Не смей прикасаться к ней, слышишь! Она не твоя и никогда твоей не будет.
«Ошибаешься, она была моей задолго до того как стала твоей, если она вообще была твоей. Даже, когда вы были вместе, она все равно была моя, была, есть и будет. Ты ее – прошлое, просто пыль, каменная пыль времени. Я же – ее прошлое, настоящее и будущее. Это судьба и ее не изменить. Я же сказал тебе, вызов брошен».
Но Белла не могла слышать нашего мысленного диалога, она просто повернулась и ушла, а мне не оставалось ничего, как смотреть ей вслед. Одному только Богу было известно, как мне хотелось броситься за ней. Ну ладно, одному только Богу и этому итальянскому прихвостню.
- Мы еще встретимся.
Это были первые слова, которые я произнес вслух, обращаясь к нему.
- Можешь в этом даже не сомневаться.
Не сказав больше ни слова, я развернулся и направился к выходу, через несколько минут парковщик пригнал машину. Секунда и я уже внутри и срываюсь с места. Куда я еду? Я не мог ответить, мне просто нужна была скорость. Это единственное, что могло навести относительный порядок в моих мыслях. Белла и Джейсон вместе… И пускай этой картинке 300 лет, но это не имело никакого значения.
Как это могло произойти? Почему? Что за шутка судьбы. Здесь было что-то не так, какая-то тайна, которую мне предстояло раскрыть. Почему именно Белла, почему именно с Джейсоном?! Бесчисленное количество «Как? Почему? и Зачем?» эхом звучали у меня в голове.
Но больше всего меня мучило, что она чувствовала к нему сейчас? А в том, что она что-то чувствовала, я не сомневался, покоя мне не давало то, что именно это было.
Я несся уже по загородному шоссе, не заметив, когда покинул город. Я не знаю, как я попал сюда, но мне определенно нравилось то, что я видел. Это был прекрасный вид на залив. Выбравшись из машины, я просто наблюдал за закатом, за тем, как день догорает на линии горизонта.
Когда-то так же «догорела» и моя жизнь.
Завтра в 12.00 решится моя судьба. Получу ли я второй шанс? Увижу ли я рассвет и смогу ли насладиться новым днем? Ответ на все мои вопросы мог дать только один человек, моя судьба, моя жизнь, моя Белла.
Что я могу ей сказать, чтобы она меня действительно услышала, с чего мне начать? Я не могу просить прощения, я его не заслуживаю, я не могу просить ничего. Я могу лишь умолять просто дать мне шанс, но как достучаться. Как сгладить те 12 лет одиночества, боли и тоски, как заставить поверить в то, что я больше не поступлю так, что я изменился.
Как обнажить свою душу, показать какая буря разворачивается в ней?
Я так хочу показать тебе свои истинные чувства, все то, что я ощущал с момента нашей первой встречи и до этого самого мига. Но как? Столько вопросов и ни одного ответа…
И тут, меня словно ударила молния. Эдвард, какой же ты дурак! Ответ всегда находился у тебя перед носом, но ты слишком глуп или слишком горд, чтобы заметить это.
Не опасаясь, что меня кто-то заметит, я вихрем влетел в машину. Выжимая из нее все, я несся город и вот я уже стою перед магазином, в котором, как я точно знал, можно найти то, что меня интересовало. Быстро выбрав нужные вещи и расплатившись, я поехал домой. Почти вбежав в квартиру и бросив ключи на тумбу, я направился к столу и стал разбирать покупки. Из объемного пакета я достал тетрадь, хотя сказать, что это была тетрадь, я не мог, это больше походило на старинную книгу. Обложка из натуральной кожи и искусственно состаренные страницы смотрелись просто завораживающе. Я достал так же чернильную ручку и чернила. Открыв книгу на первой странице, я написал заглавие:
«МОИ СТО ЛЕТ ОДИНОЧЕСТВА…»

Глава 9. Дневник памяти…



Память – это единственное, что нельзя вычеркнуть, единственное, от чего нельзя избавиться, сколько бы мы не старались, она каждый раз возвращается снова и снова. Болью, возвращая к реальности. Память – самое совершенное и, в то же время, самое несовершенное, чем обладает человек. Мы быстро забываем радость и минуты счастья, но ужас, страх и боль, навсегда врезаются в наше сознание, словно раскаленным железом оставляя клеймо.

На улице шел дождь. Капли вырисовывали на стекле замысловатые узоры, словно паук искусно трудился над хитросплетением своей паутины. Небо плакало, вместе с ним плакала и моя душа. Да, теперь я могла плакать. Могла!
Время, как будто повернулось вспять. Мне снова 17 лет и я живу в вечно дождливом Форксе и я все так же жду прихода Эдварда.
Только мне уже не 17, вечно моросящий дождь Форкса я сменила на 24 часа в сутки жизни в городе, который никогда не спит. Жалела ли я о том, как сложилась моя жизнь? Странно, я часто задавала себе один и тот же вопрос, и ответ всегда был однозначным и отрицательным. Теперь же, сидя на 34 этаже высотного здания, где располагался мой офис и, глядя через стеклянную стену на людей, которые работали по ту сторону, я могла сказать – нет, я не жалею. Я не жалею, что в свое время приняла решение скрыться тут от всего мира. Я не жалею о том, что моя жизнь сложилась не так, как я мечтала в все те же 17 лет. Я верю, что в нашей жизни ничего не происходит просто так. Я не жалею ни о чем. Я стала той, кем являюсь сейчас, я добилась того, о чем многие могут только мечтать и, все это мне далось только благодаря собственному труду. Я не побоялась прожить эту жизнь. Я не побоялась начать ее с нуля.
Мой взгляд упал на циферблат часов, которые спокойно тикали на моем столе «11.50», а это означало, что ровно через 10 минут Эдвард будет стоять перед дверью моего кабинета. Он никогда не задерживался, всегда был пунктуален. Ну, почти никогда, поправила я себя. Он задержался всего один раз, задержался на 12 лет.
Нажав кнопку интеркома, я услышала голос своей помощницы Лорен.
- Да, мисс Свон, я вас слушаю.
- Лорен, ко мне должен прийти мужчина, Эдвард Каллен. Я его жду. Так что как только он появится, проводи его в мой кабинет.
- Хорошо.
Кто бы мог подумать, что жизнь повернется именно так. Хотя, теперь я понимаю, что никто ни в чем не виноват. Случилось так, как случилось.
- А может выпросить у судьбы еще один чистый лист?
Я даже не заметила, что эти слова я прошептала вслух. Белла Белла, ты определенно, сходишь с ума, уже и начала разговаривать сама с собой.
Внезапный стук в дверь заставил меня даже подскочить от неожиданности, чертыхнувшись про себя, я перевела взгляд на деверь. Та распахнулась и на ее пороге уже стояла залившаяся румянцем Лорен, а за ней возвышалась статуя греческого бога. Черт, еще раз. И никакого не бога, это всего лишь Эдвард.
- Мисс Свон, к вам мистер Каллен.
Мне казалось, что она объявила о приходе особы королевской крови, как минимум, так благоговейно звучал ее голос. Но Эдвард даже не обратил на это внимания, его взгляд был прикован ко мне. Но что это был за взгляд.
- Спасибо Лорен, ты можешь идти.
- Если вам что-то понадобится я на месте.
- Да, я тебя позову, если нам что-то будет нужно.
Девушка вышла из кабинета, чуть ли не спотыкаясь. Мне была понятна ее реакция, никто бы не смог устоять перед ним. Даже если речь шла о том, чтобы просто устоять на ногах. Эдвард Кален, сражал наповал и в прямом и в переносном смысле этого слова.
- Здравствуй, Эдвард. Женщины по-прежнему так реагируют на тебя. Да, некоторые вещи не меняются. Надеюсь, ты был достаточно тактичен, чтобы проигнорировать ее мысли.
Я улыбнулась ему теплой дружеской улыбкой, словно мы были старыми друзьями, которые просто давно не виделись. Боже, это сделала я?! Да, последние двенадцать лет совершенствования актерского мастерства определенно не прошли даром.
- Белла… Здравствуй. Я так рад тебя видеть.
Он намеренно проигнорировал мое колкое замечание. Я улыбнулась про себя. Похоже, что нападение не удалось. Ну что же, у меня было оправдание, я хотела защитить себя, защитить от новой боли. Я посмотрела в его глаза, лучше бы я этого не делала, потому что моя броня угрожающе накренилась. Ну, просто Пизанская башня в миниатюре.
- Присядь Эдвард. Я помню, что тебе это не нужно, но я думаю, что так будет удобней.
- Ты сколького добилась, я горжусь тобой Белла.
Он смотрел на меня глазами полными любви, такими же глазами он смотрел на меня много лет назад, я помнила этот взгляд, он навсегда врезался в мое сознание. От этого, почему-то, стало больно. Наверное, это и сподвигло меня на следующий ответ.
- Знаешь Эдвард, только когда тебе становится невыносимо больно, ты понимаешь, что у тебя действительно есть силы двигаться вперед. Стремиться к чему-то и добиваться этого.
Я видела, что мои слова, словно острый клинок, ранили его сердце, но я не могла ничего поделать с этим, я должна была ему сказать, просто должна. В этот момент мне казалось, что от этого зависит моя жизнь.
- Прости меня Белла. Хотя, я понимаю, что не имею права просить, о чем бы то ни было, тем более об этом.
- Я давно простила тебя Эдвард. Это действительно так. Так что теперь тебе не за что просить прощения, и твоя совесть чиста. Что было, то было, этого не вернуть, да и нужно ли.
Мне так долго было больно, так невыносимо долго горе рвало меня на куски, а потом я столько лет была бесчувственной, что сейчас, после всех этих потрясений мне стало легче, действительно легче.
Я смотрела на Эдварда и думала, что больше нет ни обиды, ни сожалений. Я просто отпустила его, отпустила нас. Перестала цепляться за прошлое и впервые за эти годы захотела жить настоящим и будущим. Каким оно будет? Есть ли в нем место для НАС? Ответа я не знала.
- Белла, я такой дурак, если бы ты знала, какой я дурак. Я думал, что спасаю тебя. Ты не поверишь, но я правда так думал, а что получилось в итоге, кому стало легче? Тебе? Мне?
- Не знаю Эдвард, возможно просто в 17 лет мы были готовы к тому, чтобы влюбиться, но были ли мы готовы к отношениям, к той ответственности, которую это с собой несет?
- Белая Я вернулся для того чтобы…
- Вот именно Эдвард, для чего ты вернулся? Заглушить голос совести? Так я тебе уже сказала, что все в порядке, тебе не в чем себя винить.
Я просто не могла больше молчать, я понимала, что не даю ему высказаться, но у меня был крик души. Я всю ночь терзалась бесконечными «Зачем и почему?», так что теперь они просто вырвались наружу.
Он смотрел на меня почти безумными глазами, я понимала, что сейчас у него внутри творится тоже самое, что и у меня. Понимала, но совладать с собой я не могла.
- Я вернулся, чтобы все исправить Белла. Я осознал свои ошибки, я знаю, что это произошло слишком поздно, но лучше поздно, чем никогда.
Я просто не верила своим ушам

Добавлено (05.03.2009, 21:05)
---------------------------------------------
- Исправить? Эдвард ты что шутишь? 12 лет… Ты только вдумайся в это 12 чертовых лет без тебя. И ты решил все исправить. Почему именно сейчас? Почему не год и не два назад, почему не десять лет или почему ты не подождал еще 12 лет прежде чем появиться?
Злость просто кипела во мне. Я даже удивлялась, как Эдвард мог вызывать во мне такие перепады настроение, причем так быстро.
- Нет Белла, не 12 лет, просто вечность, одна маленькая бесконечная вечность. А в остальном, все правда. Права… По всем пунктам. Что я могу сказать в свое оправдание. Может ли меня вообще что-то оправдать? Я думаю, что мы оба знаем что – нет. Я столько лет прикрывался желанием спасти тебя, я действительно верил, что спасаю, пока не понял, что убиваю нас обоих.
Господи, как он был прав, по крайней мере, в отношении меня. Ведь он и правда убивал меня. Хотя нет, не убивал, просто убил.
- Оперировать понятием вечности может только тот, у кого она в запасе. Что же изменилось сейчас Эдвард? Моей жизни перестала угрожать опасность или ты просто перестал быть эгоистом?
Он улыбнулся моей любимой кривоватой улыбкой, и сердце пустилось в галоп. Интересно, перестану ли я когда-нибудь так на него реагировать? Думаю, что нет.
- Ошибаешься Белла. Именно сейчас я решил стать эгоистом. Ведь я понял, что сердцу не прикажешь. Уж я то знаю, пробовал, не получилось. Даже сердце, которое не может биться, не поддается доводам разума и не выполняет приказов.
- Тогда я просто восхищена тем, как ты все эти годы боролся против собственного сердца. И, если ты тут сейчас, то очевидно, что сражение ты все таки проиграл.
- У тебя есть полное право на иронию.
Он утвердительно кивнул головой, как бы подкрепляя свои слова жестом.
- А ты изменился Эдвард, действительно изменился…
Я сказала, точнее, прошептала это, скорее самой себе, чем ему.
- Эдвард, скажи мне одно, что тебе нужно от меня сейчас?
Я прямо посмотрела ему в глаза. В эти бездонные озера расплавленного золота. Будь я проклята, если я не увидела там ответы на все свои вопросы. Но, как говорится, не верь глазам своим, в данном случае ни своим ни его.
- Мне нужен шанс Белла. Чистый лист. Возможность начать все с начала.
- Ты шутишь? Нельзя переписать жизнь заново? Ничего нельзя ни вернуть, ни изменить. Нельзя переснять жизнь, как какой-то фильм.
- Все возможно, потому что все в наших руках, если бы ты только дала мне этот шанс я бы смог доказать тебе. Что я достоин того, чтобы ты снова поверила в меня, поверила в нас.
- Нас больше нет, Эдвард, и ты сам это знаешь.
Боль пронизывала каждую клеточку моего тела, когда я говорила ему это, ведь и душа и сердце кричали, что мы есть, что мы должны быть, но распустившийся и почувствовавший власть за годы жизни разум, был сильнее. Но только в этот раз.
- Но мы можем появиться снова Белла, все зависит от одного единственного твоего слова.
- Ты не слушаешь меня Эдвард, я заслуживаю чего-то большего. Понимаешь, я заслуживаю того, кто никогда не скажет мне, что я его не достойна, никогда не бросит меня на руинах собственной жизни. Не превратит в пепел и оставит на перекрестке ветров, дожидаясь, пока он развеется. Я заслуживаю того, кто любит меня. Любит, понимаешь. А не жалеет или действует согласно зову совести.
Я видела, как он страдает от каждого произнесенного мною слова, но я должна была сказать это, он должен был знать, что я чувствую. Чистый лист надо было начинать писать с откровений, пускай это будет первой строчкой.
- Именно поэтому я и вернулся, потому что ты заслуживаешь большего, чем я тогда тебе мог дать. Я изменился Белла, действительно изменился. И я докажу тебе это. Я буду доказывать это день за днем, доказывать, что я достоин тебя, что я достоин нас.
Как мне хотелось в это верить. Но только время…
- Я не знаю, что тебе ответить Эдвард, правда, не знаю. Время лучший лекарь и лучший советчик. Я тебе дала 12 лет, теперь я прошу, чтобы ты дал мне время. Мне нужно подумать.
- Я понимаю, у тебя есть времени столько, сколько нужно. Я просто буду рядом. Всегда…
- Ты уже однажды обещал это Эдвард. Ты не сдержал обещания. Самое ужасное в расставании не то, что ты потерял любовь, а то, что ты отдал часть себя самого, и она исчезла вместе с любимым. Только в нашем случае, я отдала не часть, я отдала всю себя, я исчезла, просто перестала существовать, когда ты ушел, осталась одна только оболочка, двигающаяся по инерции, а внутри – пустота. Как после лесного пожара – выжженная земля, так после огня любви – пепел, там, где должна быть душа.
- Дождь способен возродить землю после пожара. А любовь подарить новую душу…
На этом разговор был окончен, я отвернулась к окну, обхватив себя руками.
Я слышала, как Эдвард поднялся и пошел к двери. Он задержался только у самого порога.
- Никогда больше Белла, никогда больше я не оставлю тебя.
Легкий сквознячок и вот дверь уже закрылась. По щеке бежала слеза.
- Никогда больше Эдвард…
Прошептала я, сама до конца не понимая, о чем говорю.

Сегодня было полнолуние, в комнате было светло, почти как днем, я сидела на подоконнике, прислонившись лбом к стеклу.

Добавлено (05.03.2009, 21:08)
---------------------------------------------
Почему меня всегда так завораживала луна, почему казалось, что я как-то связана с ней. Это чувство преследовало меня с детства. Так перебирая в голове мысли и события уходящего дня, я направилась к кровати. Сон… Это было единственное, что мне сейчас просто необходимо.

Я бежала, не разбирая дороги, словно за мной гнался сам дьявол. Хотя, поразмыслив, я сделала вывод, что лучше бы позади меня был именно дьявол, а не Хок, это чудовище в человеческом обличии. Я слышала топот копыт. О боги, как близко, почему, почему я ослушалась и не дождалась, пока за мной приедет кто-то из воинов отца. Но мне надо было спешить домой, ведь там столько раненых, столько людей, которые нуждались в моей помощи. Смешно… Ты решила выиграть несколько часов, вместо этого потеряла всю жизнь и кому ты теперь можешь помочь, великая целительница, ты ведь даже себя сейчас не в состоянии спасти. А меж тем гул голосов, и все тот же топот копыт просто заглушали собственные мысли. В душу закрался животный страх, но не за себя, нет, за близких. Что с ними будет, когда они узнают, что со мной случилось. А что будет с тобой, мой любимый, мой родной мы ведь только нашли друг друга. Сердце сжалось от невыносимой боли, когда я вспомнила, через сколько испытаний нам пришлось пройти на пути к своей любви. И что теперь, такой горький конец. Но нет, нельзя сдаваться, нельзя, до тех пор, пока бьется сердце, и я могу дышать, до тех пор остается надежда, что я вернусь, вернусь к тебе.
Я задыхалась, пробираясь сквозь чащу леса, холодный воздух обжигал легкие, бежать становилось все тяжелее, но если мне удастся добраться до скал, то возможно я смогу спастись. Они не смогут продолжать погоню верхом, а я лучше знаю эти места и смогу укрыться в пещерах. Внезапно ноги подкосились, зацепившись за ветку, я рухнула на промерзлую землю и тут же, словно сотни маленьких стрел, в мою кожу впились ветки, хвойные иголки и камешки, которыми была усеяна земля. Застонав от резкой боли, пронзившей мое тело, я с трудом поднялась, заставляя себя двигаться вперед. Шум прибоя, я уже слышала его, уже близко. О боги, дайте мне сил.
Холодный соленый ветер ударил мне в лицо, когда я выбежала из леса. Запах моря, запах свободы. Как я ошибалась…
Добравшись до самого края обрыва, я услышала ненавистный мне голос.
- Моя птичка, куда же ты бежишь? А я то думал, ты будешь рада видеть своего нареченного.
Мое лицо скривилось от нескрываемой ненависти.
- Как ты смеешь, ты грязный убийца, даже думать о том, что я могу принадлежать тебе. Никогда, слышишь, никогда пока я жива.
- Поосторожнее с выражениями, маленькая ведьма. Ты себе даже не представляешь, что я могу с тобой сделать. Я могу заставить тебя молить о пощаде. Или о смерти. Что, в твоем случае, будет одним и тем же.
Он рассмеялся, словно забавляясь какой-то шутке и собственному остроумию, как он жалок. Несмотря на все ту мощь и силу, которая таилась в его огромном теле.
- Мне жаль тебя Хок, ты так ничего и не понял обо мне, я никогда не буду молить о пощаде, кого бы то ни было, а тем более такого жалкого ублюдка, как ты.
- Ты заплатишь за свои слова. Я заставляю тебя забрать их обратно или вырву твой язык. Я даю тебе последний шанс, шанс остаться в живых. Если ты не будешь моей, ты не будешь принадлежать никому.
Я закрыла глаза. Мысленное решение уже было принято. Простите меня.
Я слышала, как за моей спиной бьются о скалы волны, создавая невероятный рев, рев такой оглушительной силы, что приходилось перекрикивать его, чтобы сказать что-либо. В небе жалобно кричали чайки. Я сделала несколько маленьких шагов назад, по направлению к обрыву. Повернув голову, я увидела острые скалы. И пену… Морскую пену.
- Ты действительно так ничего и не понял. У меня всегда был выбор, был, есть и будет. И этот выбор я делаю сейчас.
Прежде чем он понял, что я собираюсь делать, я раскинула руки в разные стороны и оттолкнулась от земли. Полет… Всего несколько секунд и из моей груди вырвался крик, одно только слово, одно только имя, имя самого любимого человека.
- Дагмар!
Смерть – это свобода.

Я проснулась от собственного крика. Где-то на горизонте солнце рассеивало мрак, окутывая все розоватым светом. Наступало утро.
С моих губ сорвался тихий шепот.
- Дагмар… Дагмар?
Но кто это, почему мне это имя кажется таким знакомым? Я должна вспомнить, должна…

Но иногда, самое важное, то, что мы отчаянно пытаемся вспомнить, скрыто от нас. Почему? Зачем? Возможно, так просто будет лучше. Возможно, мы еще не готовы принять правду и память просто защищает нас. Защищает о нас самих…