*Какими бы сильными или слабыми, хрупкими или хладнокровными, добрыми или жестокими, богатыми или бедными мы не были, в какой-то момент, каждый из нас, вне зависимости от времени или места нуждается в поддержке, но, к сожалению, а может и к счастью некоторых персон не всегда получает ее. Зачастую именно одиночество губит нас, но почему же мы снова и снова предпочитаем его? Почему без остатка отдаемся искореняющим логику под корень туманным самобичеваниям? Я знаю ответ и в этой ситуации у каждого он свой. Но вот амбиции и все та же гордость силой отталкивают от нас правду, а в результате мы теряем все. Кто же поможет Изабелле и вообще, найдется ли такой человек?* Я совершенно одна. Мне просто некуда идти. Вы меня понимаете? Хоть ложись прямо здесь и сейчас, на этом долбаном грязном асфальте и подыхай. Но даже этого не было дано мне. Вы хоть раз в жизни чувствовали такое? Если ответ положительный, я вам искренне сочувствую.
Этот мир, наш мир, как и остальные, не обходится без потерь и вероятно, такие как я и есть те самые незначительные крупицы, которых во благо остальных стоит лишаться.
Я никому не нужна. Нет, мы никому не нужны. Каждый сам по себе: растем поодиночке, живем поодиночке, решаем поодиночке, выбираем поодиночке, умираем поодиночке. Прослеживается некая закономерность. Что ж, я – Изабелла Свон, как и остальные, принимаем ее, не смея сопротивляться своей же, заранее предопределенной судьбе.
Задыхаясь от недостатка всего на этом гребаном Белом свете, я наконец-таки поняла одну простую истину: что бы ни случилось, что бы ни произошло в моей почти увядшей жизни, я всегда могу вернуться в школу, которая в любое время суток распахнет передо мной свои золотые ворота.
И пускай я не горю желанием возвращаться туда вновь. Наплевать, ведь другого пути нет. Я просто должна не отталкивать от себя свою же суть, не сопротивляться своим гордым и чрезмерно высокомерным нравам.
Бегать всю жизнь, как Мини-Элли? К черту! Ведь уже пробовала и к чему это привело? Верно: я снова здесь, снова в Форксе, снова дома. И по хрену на то, что тут мне больно, что в этом аду меня никогда не полюбят, что на этой поганой земле я обязана существовать. Здесь мое место!
Аллилуйя – спустя столько лет до Беллы, наконец, дошел смысл этих слов! «Можете меня поздравлять!» - аплодисменты, друзья! И как бы тошно мне не было от своих же испорченных наполненных неподдельной агрессией мыслей, противостоять им я не в состоянии.
И как бы смешно, поэтично, однообразно, трагично, закономерно, ожидаемо, да, в конце концов, дебильно это не звучало: именно тут я появилась на свет, здесь же мне и суждено уйти во тьму!
Навсегда распрощаться с солнцем и потонуть в ледяном дожде.
Я должна идти. Должна самой себе, точнее ради самой себя решиться, просто перешагнуть все это, как и прежде, и двигаться вперед, пускай и, прокладывая себе дорогу испорченными жизнями обыкновенных людишек. Так пусть они все подавятся своим глубоко восхваленным счастьем – эти свободные приматы!
Мне же нужно оставаться сильной. Как? А хрен его знает! Просто нужно и все! От меня всегда требуют слишком многого – что ж, пускай!
Я смогу! Непременно и эта вершина мне покорится! Вы все сами делаете меня такой, так флаг вам и пинок под задницу! Хотите суку? Я вам дам суку! Можете теперь забыть ту взбалмошную девчонку, колесившую по миру с наиболее сумашедшей подругой за ручку, принципиально идущую на перелом мнению семьи и общественности, посвящающую всю себя забавам и развлечениям.
Все это осталось за той самой чертой, которую я решилась перешагнуть именно сегодня. Теперь уже ничего не вернуть. Вы испортили мне жизнь, я в отместку испоганю ее вам и не успокоюсь, пока мы не станем квитами.
И после всего этого кто-то смеет утверждать, что Бог есть! Что за вздор? Где его черти носят, когда мне здесь и сейчас так нужна поддержка? Почему нет абсолютно никого? Ах да, Он наверняка помогает в этот самый момент какой-нибудь паршивой семейке, у которой все проблемы метаются между тем как погасить кредит за железную колымагу, называемую ими машиной, и прикупить подешевле тряпки для своего дражайшего отпрыска, а с нами Он будто бы и вовсе не считается! И правильно, у нас же карманы битком набиты позолоченными кредитками, на руках блистают, например «Patek Phillipe», в то время как повсюду мелькают вспышки фотокамер, а тысячи глупцов вокруг готовы продать свои же семья, да даже детей, чтобы отказаться на нашем месте, вознесшись на престоле над остальными. Видимо поэтому нас всех и заперли здесь, в этом прогнившем интригами городишке, чтобы мы не мешали жить остальным, а добивали друг друга. Просто ради смеха.
Так, где же тут поганая справедливость? Где она, мать вашу? Правильно: ее не существует, все это выдумки, слащавая кинопленка, пустой вымысел!
И как вы думаете, как после всего этого я должна себя вести? Я пока сама точно не знаю ответа на этот вопрос, но ведь мне просто нужно узнать, а может, и нет.
И теперь я должна найти в себе силы вернуться! Просто сделать шаг. Я смогу. Я знаю. Я должна. Мне нужно.
И к черту, что совсем одна, к черту, что так больно!
Меня попытались лишить гордости. Так смею сообщить, что попытка с треском провалилась. Это мое королевство, здесь я королева, а теперь и вовсе ни раздумывая, ни секунды перегрызу глотку тому, кто посягнет на мой трон. Довольно слабости!
*Изабелла, ты действительно считаешь, что в такой трудной ситуации самовнушение твой друг? Если все обстоит именно так, то я смело могу причислять это ко всем твоим ошибкам. Подтверждение моим словам вы можете сами наблюдать прямо сейчас!*
Черные грозовые тучи вновь сомкнулись вокруг моего мнимого королевства плотным кольцом. Вопреки своим же собственным ожиданиям я не чувствовала себя здесь в безопасности. Ни на какую-либо защищенность не было и намека.
Я ощущала лишь безысходность, причем сбивающую наповал своей внушающей глобальностью.
Мне опять хотелось бежать, со всех ног мчаться в свою комнату, мой единственный укромный уголок; заперевшись на золотистый ключик от всего мира поддаться слабости.
Черт возьми, да, я хотела этого! Я – чокнутая мазохистка, как какая-то жалкая падаль карабкалась по стеночке в свою комнату. Я ждала алых слез, и они пришли, несомненно, откликнулись на мой зов. Ну, еще бы, жаль лишь, что счастье не подчинялось моим требовательным эгоистичным приказам.
И вот наконец-то я добралась до моей спальни. Я закрыла за собой дверь или нет?
Не знаю… Я ничего не понимаю… Может все это сон?
Нет Белла, довольно! Это реальность, гребаная поганая реальность! Хватит грезить о небытие – это прихоть мечтателей, для тебя же создан этот жестокий мир, принимай его и не жалуйся!
Когда же моя голова наконец коснулась мягких подушек, я не ощутила ни долгожданной легкости, ни даже вероятной боли, я не чувствовала уже ничего – абсолютная пустота и нет никакой горечи от потери, ведь я до конца так и не успела приобрести, и тем не менее многое поняла.
Я просто устала. Устала от всего. Мне нужно было время. Нет, совсем немного, лишь несколько значительных часов. Но зачем именно оно мне? Этого я понять не могла. Я просто знала, что в таких ситуациях время нужно всегда.
Я устала так сильно, что даже не понимала, закрыты у меня глаза или же нет.
Прошло некоторое количество времени, вернее, оно все шло и шло – оно не кончалось. А потом… Потом случилось нечто волшебное – такое простое ожидаемое, но удивительное. Я услышала легкие капельки дождя. Дождь успокаивал. Дождь помогал. Дождь утешал.
Возможно, я спала, а возможно и нет. Мягкое тиканье часов и шуршание дождя – только эти два звука связывали меня с внешним миром. Но потом внезапно что-то изменилось. В комнату неожиданно ворвался иной звук, и к моему удивлению он не помешал, нисколько.
Дверь. Кто-то ее выбил? А может просто открыл?
Я медленно обернулась на звук и сразу же встретилась со знакомым пламенем зеленоватых глаз.
Теперь я знаю, кто стоял у меня за спиной, но не понимаю, почему.
У меня до сих пор не оставалось сил думать, зачем он здесь, ради кого и почему до сих пор не ушел. А надо ли мне вообще беспокоиться об этом?
Безразличие. Вот что управляло мной на данный момент. Последний раз, окинув взглядом его расплывчатую фигуру на пороге моей спальни, я отвернулась обратно к окну, вслушиваясь в ритмичную неспешную колыбельную эгоизма погоды, и закрыла глаза, желая вновь окунуться в такую спокойную приветливую темноту.
Снова неожиданно я почувствовала тепло на своей руке. Во сне или же наяву? Я не могла понять, что именно было источником, так как до сих пор боялась попрощаться со спокойной темнотой, ведь даже не знаю почему.
Потом сладостное тепло распространилось, казалось уже по всему моему телу.
И мне стало хорошо.
Просто хорошо - это и было изначально пределом моих мечтаний.
Проходили минуты, но драгоценные нежные ощущения не покидали меня. Дождь то заканчивался, то начинался с новой силой. Счет времени был потерян уже давно.
А мне было хорошо. Спокойно и легко. Здесь, сейчас, в чьих-то объятиях.
Я знала, что не одна. Это все, что мне было нужно, чего я так ждала.
Я знала, что кто-то был рядом. Нет, не так. Я чувствовала, что рядом был он.
Сейчас у нас у обоих не было имен. Мы просто были Он и Она.
Существовала Она и пыталась дышать в Его объятиях. Ей было хорошо. Ей было тепло. Ей было уютно. Она не хотела, чтобы эти часы, а возможно и дни, месяцы, годы проходили. Она мечтала остановить время, полностью отдавшись Его сладким и надежным прикосновениям.
Такого Она не ощущала никогда в жизни. Просто не понимала, какого это, чувствовать себя в безопасности лишь из-за единственного касания другого человека.
А вот Белла должна была в это время искать в действиях Эдварда подвох, но Она просто наслаждалась Его близостью, а Он не требовал ничего взамен, ведь понимал, что отобрал итак многое.
Но как бы иллюзии не манили, реальность побеждает.
Теперь в этой душной комнате я – Изабелла Мари Свон, плакала в объятиях его - Эдварда Энтони Каллена, и мне не было стыдно за это.
Я хочу быть сильной, но одной мне не справиться. И теперь я разрешу себе посмотреть в глаза Эдварда, после чего снова заплачу, обнаружив там жалость… или нет? Эдвард не оттолкнет меня, а лишь крепче прижмет к своей груди, а потом его чудесный бархатный голос надломится, когда он спросит:
- Ничего уже изменить нельзя?
- Нет, - прошепчу я, в отчаянии обнимая молодого человека в ответ. Позволяя расслабиться в его надежных руках.
Эдвард и Белла: мы абсолютно не знаем друг друга и скорее всего до конца так и не узнаем никогда – слишком много таен, как у него, так и у меня.
Отпустив меня, он вновь станет прежним; отпустив его, я покажу городу худшее в себе, но все это потом. А сейчас я просто буду наслаждаться мгновениями с этим незнакомцем – единственным, кто пришел на помощь человеком, разделившим со мной наше общее горе, мужчиной, который спас меня в эту ночь от самой себя.
- Белла! – внезапно воскликнул он. Мне показалось, или в его голосе пылала ярость? – Что это такое??? Тебя кто-то ударил? И не вздумай нести чушь, что якобы упала! – он легонько провел пальчиками по моей щеке, отчего я невольно поежилась. Мне стало больно, но почему? Ах, да… дом, пощечина – все теперь ясно.
- Да, ударил… - слабо ответила я, в то же мгновение, почувствовав, как руки Эдварда сжались в кулаки, а в глазах запылала дикая злость.
- Кто? – прицедил он, пытаясь не сорваться на крик.
- Мать…
*Неспешно близится рассвет в моем родном городе. Как видите, Форкс не так уж и плох. Да, он многое забирает, но взамен предоставляет что-то гораздо ценнее и не всем и не всегда. Такие случаи крайняя редкость. Я рада наблюдать за одним из них. Сегодняшняя ночь стала образцово-показательной для всех нас!
Белла и Эдвард рискнули приступиться собственной гордостью, доказав друг другу и самим себе, что их сердца ни смотря ни на что по прежнему живы - нужен лишь отклик.
Розали и Эммет провели эту ночь не думая ни о чем, не разгадывая таен души, а просто удовлетворяя друг друга, каждое свое желание под открытым небом песчаного Ла-Пуш, но лишь получая желаемое и не отдавая ничего взамен. Роуз накопляла новые незнакомые ощущения, называемые нами простым словом – чувства, а Эммет радовался очередной преодоленной преграде на пути к вершине, до которой, по его мнению, еще далеко.
Одинокая Мини-Элли с бутылкой шампанского в одной руке и «Дольче» в другой в эти минуты не спеша бредет по освященными тысячами огней улицам города-мечты, зыбкой пустыни азарта, места ее слабости – Вегаса.
В это же время по-прежнему одинокий Мистер Хейл собирает свои вещи, искоса поглядывая на билет, обещающий ему возвращение в Форкс, как вдруг раздается стук в дверь. Там его поджидают неожиданные гости… Поэтому ему придется пока задержаться в Венеции.
А сейчас наступил новый день. Какие сюрпризы заготовило нам солнце на этот раз?
Ох, совсем забыла. Специально для тех, кто до сих пор не может проснуться, после бурной ночки скажу лишь одно: спите спокойно, друзья, мы всеми будет оберегать ваши сны, попутно плетя интриги вокруг ваших жизней.
Объявим в городе перемирие на один денек? Пожалуй, мы можем себе это позволить.
А на ум приходят только одни слова: нет мира без войны!*
вот мну тож интересно... 
