//twilightmovie.ucoz.com - сайт о вампирах. Дневники вампира; Настоящая кровь; Сага Сумерки - Форум

Глава 22. Доброе утро, солнышко

Bella POV

Разбудил меня солнечный свет, который беспощадно пробивался сквозь щель в золотистых занавесках. И почему из всех дней именно сегодня светит солнышко? Тогда, когда я прикована к постели и не могу выйти на прогулку, чтобы насладиться его лучами. И, что еще более важно, почему это самое солнце светит прямо мне на голову, которая так удобно лежит на подушке? И почему оно будит меня? Дурацкое солнце.
Я неохотно зашевелилась в кровати, надеясь, что смогу спрятаться от солнца до того, как земля еще чуть-чуть повернется. Но вскоре лучи снова засветили мне в лицо, и я вдохнула соблазнительный запах, который невозможно было ни с чем спутать. Аромат Эдварда. Я протянула руку, чтобы дотронуться до него, мне хотелось прижаться к нему, зарыться лицом в его грудь, спрятаться от солнечного света. Но тут я озадаченно нахмурилась, когда моя рука наткнулась на…пустоту. Ничего, кроме простыней, воздуха…и простыней. Неохотно я приоткрыла один глаз, чтобы убедиться, что Эдварда нет в постели, и разочарованно пробормотала что-то.
Я отбросила мысль о том, чтобы вылезти из постели, решив, что запаха Эдварда, который пропитал простыни, на данный момент мне будет вполне достаточно.
- Дэйв, налево…НЕТ!! Не туда налево! По отношению ко мне налево, то есть для тебя – направо…какой же ты осел!
Я снова приоткрыла один глаз и, как и раньше, недоуменно нахмурилась. Кто такой, черт подери, этот Дейв? И кто там с ним? И что они делают в моем доме?
- Эдвард, - позвала я, пытаясь припомнить, не упоминал ли кто-то из моих соседей какого-нибудь Дейва в разговоре. Да нет, ничего такого.
- Белла! – задыхаясь, сказал Эдвард, появившись в дверном проеме. Видимо, бежал по лестнице. – Что такое? Что болит? Сколько таблеток обезболивающего тебе нужно? Одна, две? Хочешь позавтракать? Нужна помощь, чтобы дойти до ванной? – на одном дыхании выговорил Эдвард. С учетом того, что он все еще задыхался, это было впечатляюще.
- Я в порядке, - просто сказала я. Мои глаза все еще были закрыты, так как я не хотела официально признавать себя проснувшейся. А один глазик можно приоткрыть, это не считается. Я похлопала по кровати рядом с собой. Мне хотелось, чтобы Эдвард успокоился, но еще больше я хотела коснуться его. – Кто такой Дэйв, и чем он там с друзьями занимается? – спросила я и чуть сдвинула простыни, под которыми мне становилось уже слегка жарковато.
Когда Эдвард сел, то отодвинул простыни, чтобы я не путалась в них.
- Те люди внизу привезли мое пианино из дома родителей, - сказал он, и я почувствовала, как он пальцем гладит мою обнаженную руку, которая немедленно покрылась гусиной кожей от его прикосновения.
- Это хорошо, - сказал я и зевнула. Когда я потягивалась, то умудрилась удариться больной рукой о спинку кровати. Я со свистом втянула в себя воздух, когда боль распространилась от запястья к кончикам пальца и сгибу локтя. Теперь было такое чувство, словно руку лижут языки пламени.
- Глупенькая Белла, - услышала я вздох Эдварда и почувствовала, как вздрогнула подо мной кровать, когда он поднялся. – Я принесу тебе обезболивающие, - сказал он перед тем, как выйти из комнаты.
Застонав, я схватилась за запястье, молясь, чтобы боль ушла. Потом неохотно села, чтобы выпить таблетки, которые сейчас принесет Эдвард, и, наконец открыв глаза, недоверчиво огляделась. Это была не моя комната, а комната Эдварда. Я посмотрел на свое ноющее запястье, и начала что-то смутно припоминать. Я вспомнила, как прощалась с Джейком, когда мы приехали из госпиталя. Вспомнила, сколько он сделал снимков перед тем, как уехать, мотивируя это тем, что хочет показать Чарли свидетельства самого моего впечатляющего, по его словам, визита в госпиталь. Когда он отдал Эдварду фотоаппарат, чтобы сфотографироваться вместе со мной, то наклонился и тихо прошептал мне на ухо: "Я так счастлив, что у тебя теперь есть Эдвард. А Элис с Джаспером. И как только Роуз перестанет упрямиться и отгораживаться, то они с Эмметом сойдутся. Я просто безумно счастлив за тебя, солнышко." Он мягко поцеловал меня в макушку, как только закончил свою маленькую речь, и Эдвард успел запечатлеть этот момент на фотографии: Джейкоб с закрытыми глазами любяще целует меня, на его губах сияет улыбка. Я тоже улыбаюсь, а в глазах слезы радости от его слов.
- Вот, держи, - голос Эдварда вырвал меня из воспоминаний и вернул в реальность. Вот я, сижу в кровати, а рядом со мной стоит идеальное перевоплощение греческого бога, если такой и был когда-то.
- Спасибо, - прошептала я и проглотила две таблетки, запив их холодной, освежающей водой. – Сколько сейчас времени? – спросила я и отдала ему стакан. Выбравшись из-под простыней, я приготовилась встать с кровати.
- Мне кажется, время увидеть мое пианино, - усмехнулся Эдвард и, наклонившись, безо всяких усилий подхватил меня на руки, игнорируя кресло-каталку и костыли, которые мне выдали вчера в госпитале. – Ну, а кроме этого, сейчас 11:30, - добавил он, спускаясь по лестнице. – Ты хорошо спала ночью, соня, - поцеловав меня в лоб, рассмеялся он. Мы спустились в гостиную, и теперь он нес меня к комфортному дивану.
- Да, потому что ты был рядом со мной, - улыбнулась я, зная, что Эдвард спал со мной рядом всю ночь. – И вообще я, по-моему, ни разу не вставала. Эти таблетки и слона завалят, – пошутила я, когда он аккуратно усадил меня на диван.
- Ну, все-таки один раз ты просыпалась. Но как только я поцеловал тебя, ты прошептала «спасибо» и тут же заснула, - улыбнулся он, взбив несколько подушек и положив их мне под спину, чтобы я могла удобнее устроиться на диване. Его улыбка стала еще шире, и я поняла, что он пытается сдержать смех.
- Выкладывай, - сказала я, догадываясь, что наговорила что-то во сне, что развеселило его.
- Ну, - он остановился, чтобы успокоиться, и продолжил рассказывать мне о моей маленькой ночной эскападе. – Похоже, ты разговаривала во сне с той медсестрой Джин…и говорила что-то вроде «Джин, стетоскоп нужно вешать на шею», а потом ты что-то пробормотала и…- Эдвард прервался, вспоминая мои слова, и по его непроницаемому лицу невозможно было что-либо понять, - …сказала «Нет, Джин, мы поженимся в июне», - мягко прошептал Эдвард. Теперь он стоял на коленях на полу рядом со мной, глядя на меня сквозь ресницы.
- Ааа, - сказала я, чувствуя себя полной идиоткой из-за того, что не могу ответить на его слова нормальной фразой. И все из-за того, как он смотрел на меня: с осторожностью, явно ожидая вразумительного ответа. Но я не знала, что сказать ему. Мне не хотелось, чтобы Эдвард думал, что я хочу выйти за него замуж, ведь мы официально встречаемся всего два или три дня. Но, опять же, мы оба признали, что нам понравилось, когда вчера в госпитале Джин решила, будто мы женаты. Что же сказать…что сказать, думала я, и вдруг выпалила со слабой, неуверенной улыбкой:
- Тогда это будет летняя свадьба.
- Пусть так и будет, - усмехнулся он и прижался к моим губам в поцелуе. – Не хочешь почитать, пока я буду играть на пианино? – спросил он, оторвавшись от моих губ, и прижался лбом к моему лбу, глядя на мои губы. А я не могла отвести взгляд от его изумрудных глаз.
Я улыбнулась, когда подумала, как же мы с ним чувствуем настроение друг друга. Мне очень хотелось почитать под мягкую, успокаивающую музыку, хотя до того, как он предложил это, я не планировала ничего такого.
- Пожалуйста, - ответила я, заслужив еще один поцелуй его соблазнительных губ. Но он слишком быстро отстранился и направился к книжной полке, изучая многочисленные тома.
После того как он выбрал книгу, которая идеально подходила к моему теперешнему настроению, он сел за пианино и из-под его пальцев полилась прекрасная музыка. Мы сделали перерыв на ленч, и Эдвард приготовил нам по бутерброду с сыром и чашке кофе. Мы быстро перекусили, и он вернулся к своему пианино, а я – к книге.
- Дорогие!!! Я дома! – грохочущий голос Эммета, доносящийся от входной двери, вырвал меня из волшебного мира книги. Эммет вошел в гостиную и плюхнулся на удобное кресло рядом со мной. Эдвард продолжал наигрывать на своем любимом пианино спокойную, легкую мелодию. – О, Эдвард…и ты здесь, - сказал Эммет с фальшивым раздражением и повернул свое огромное тело так, что полностью заслонил им Эдварда. – Малышка, малышка…приготовишь завтра шикарный ужин на восемь персон? Сервированный и украшенный по все правилам, разумеется, - спросил он и слегка подмигнул, снова откидываясь на спинку кресла и закидывая ноги на кофейный столик.
- Эммет, - прорычал Эдвард и убрал руки с клавиш. Он закрыл крышку пианино и поднялся со стула. – Только…не смей…она не сделает этого…заткнись, - говорил он, пытаясь найти слова, которые разубедили бы Эммета просить меня приготовить что-либо, когда я в «таком состоянии». – А кто еще двое? – спросил он, и его гнев сменился недоумением, когда он еще раз обдумал слова Эммета.
- Эдвард, неужели ты не знаешь? Мама и папа почтят нас своим присутствием завтра, - голосом придворного глашатаго произнес он и фыркнул, прежде чем добавить: - Итак…именно поэтому нам и нужно, чтобы наша Белла готовила, мы же не можем поставить на стол еду, заказанную из ресторана в тот вечер, когда наши родители впервые посетят наше скромное жилище, правда? Потому что это будет просто отстойно! – давил Эммет, умоляюще глядя на меня и на Эдварда.
- Эммет, да у нее полтела в гипсе, а ты хочешь, чтобы она готовила ужин на восьмерых? И сервировала стол? Ты головой о косяк ударился, когда проходил через низкий дверной проем? – прорычал Эдвард. Очень сердитый, он подошел ко мне и, подняв, усадил к себе на колени.
- А если сделать так: я буду давать указания, сидя в кресле? – спросила я, надеясь, что обоих удовлетворит такое предложение. – Обещаю, что и не встану с кресла…- добавила я, надеясь, что Эдвард согласится.
- Ладно, - сказал он и перевел взгляд с счастливого и довольного Эммета на меня. Я увидела, что в его глазах плещется смех. – Но, Эммет, тебе нельзя будет даже приближаться к еде до того момента, пока она не окажется на столе. Я не хочу, чтобы родители и остальные ужинали объедками, что останутся после тебя.

*
- У нас достаточно вина? – спросила я, маневрируя на своем кресле-каталке. Я выехала из кухни, в которой сейчас было не развернуться, в гостиную. Массивное тело Эммета занимало в кухне почти все пространство, а Роуз разрывалась между плитой, на которой готовилась и кипела еда в кастрюлях и сковородках, и холодильником, который нужно было защищать от Эммета, порывавшегося съесть все вкусности, что там лежали. Я снова взглянула на Эммета, надеясь, что его желание «проверить, не отравлена ли еда» не помешает Роуз следить за картофелем и соусом, который томился в сковороде.
- Персик!!! – заорала Роуз, после того, как закрыла дверцу духовки, в которой готовилось мясо. Она засекла, что Эммет придвинулся к холодильнику, пока ее внимание было сосредоточено на готовке. – Черт подери!! Да ты хуже, чем дите малое! Пошел вон отсюда, пока я не выпинала тебя или не решила, что сегодня ты останешься без ужина!! – пригрозила Роуз и нарочито медленно направилась к нему со своим знаменитым смертельным взглядом, уперев руки в бедра. – А если и это не убедит тебя свалить отсюда и позволить мне спокойно готовить ужин…- она прервалась и стала вплотную к нему, а потом приподнялась на носочках так, чтобы смотреть ему прямо в глаза. Теперь на ее губах играла озорная улыбка, а в глазах – опасный блеск. – Я всегда могу сказать твоей мамочке, что ты был очень плохим мальчиком и испортил нам всем ужин.
Эммет чуть не задохнулся от шока, глядя на серьезную маску, которую Роуз нацепила на себя, пытаясь скрыть игривое настроение.
- Ты не посмеешь, - ошеломленно прошептал он с выражением почтенного ужаса на лице.
- Отвали, дружок, или скоро узнаешь, смогу или нет, - просто сказала Роуз и указала на дверь. Потом она встряхнула сковороду, отчего невероятно аппетитный запах распространился по кухне.
Я усмехнулась про себя, когда отъезжала подальше от этих кухонных баталий. Эдвард сидел за пианино и играл легкую, тихую мелодию, раскачиваясь в такт музыке. Казалось, он был поглощен своей игрой. Его бронзовые волосы были в привычном беспорядке, рукава рубашки закатаны и обнажали мускулисты руки. Верхние три пуговки рубашки были расстегнуты, и я могла любоваться его шеей, ключицей и кусочком его божественной груди. Как же мне так повезло, что я встретила этого идеального мужчину и теперь могу называть его своим, думала я, глядя на его ангельский облик.
Я положила обе руки на колеса своего кресла-каталки. Сегодня я решила предпочесть его костылям, так как с моим «везением» карма точно не упустит случая укусить меня за задницу именно сегодня, и я обязательно упаду и сломаю себе еще что-нибудь. В итоге ужин будет испорчен. Я поехала к Эдварду, чтобы немного успокоиться перед официальной встречей с родителями. Признаться, я очень нервничала при мысли о том, что познакомлюсь с ними сегодня. Я не сомневалась, что они замечательные, ведь Эммет и Эдвард такие целеустремленные…оба джентльмены…Без сомнений, их родители просто идеальные, раз смогли воспитать таких сыновей. Но что, если я им не понравлюсь? думала я, взволнованно кусая губы, скажут ли они ему то же, о чем иногда думала я, находясь наедине с собой: что я не подхожу ему и что он может найти кого-то лучше?
Мои нездоровые мысли улетучились, когда стремительное движение привлекло мое внимание.
Посмотрев на Элис, я увидела, что она переминается с ноги на ногу.
Не от радостного возбуждения, как обычно, а от волнения.

Bella POV

- Да, эти…нет, нет, нет…вот эти…нет, все-таки первые, да, определенно первые, идеально…но вторые такие миленькие…
Я смотрела, как Элис склонила голову на бок и теперь стоит перед зеркалом в полный рост, пытаясь решить, какие туфли лучше всего подходят к ее наряду.
- Это так трудно… - услышала я ее бормотание, когда она начала переминаться с одной ноги на другую, рассматривая свое отражение в зеркале. Постепенно на ее личике вместо паники начало появляться раздражение.
- Эй, Эльфик, надень и те и другие! – раздался позади меня всегда жизнерадостный голос Эммета, а Элис только закатила глаза. Я повернулась и увидела, что он практически выбегает из кухни с нахальной ухмылкой на лице, на ходу закидывая себе в рот какую-то еду. Когда он плюхнулся на диван, из кухни раздался яростный крик Розали. Она хлопнула дверью холодильника и заорала:
- Да ты…ты просто… - она сделала паузу, чтобы глубоко вздохнуть, - ЛОСЬ, - закричала она, и тут мы увидели в дверном проеме ее силуэт. Роуз стояла, опираясь одной рукой на дверной косяк, а вторую держала на бедре. – Парниша, даже не пытайся прятаться. Бесполезно. Я не собираюсь надирать тебе зад, хотя мне и очень хочется, я просто «поиграю» с твоим Джипом, когда ты будешь меньше всего ожидать…, - ее слова уже больше походили на шипение, когда она взглянула на диван, на котором лежал Эммет. Неужели он думает, что какой-то предмет мебели, который, к тому же, не представляет труда заменить в случае чего, станет преградой для ее ярости? – Ну что, не такой довольный, а, Персик? – она услышала череду ругательств, доносящихся изо рта Эммета и глухие удары, когда он принялся биться головой о подлокотник, и на ее лице появилась злобная ухмылка, от которой холод пробежал по позвоночнику. С этим Роуз повернулась на каблучках и с важным видом направилась к плите проверять еду.
Я закусила губу и посмотрела в сторону кухни, надеясь, что вмешательство Эммета не помешало готовке. Этот ужин - очень важное событие. Это не просто «встреча с родителями», а «встреча с родителями сразу после того, как тебя только что привезли из отделения скорой». Вот чем может обернуться простая игра в прятки.
Если бы я только смогла незаметно проскользнуть в кухню…думала я, переводя взгляд с кухни на Эдварда. Может, он и не заметит…
Нет, ни единого шанса.
Я снова взглянула на Эдварда, который все еще играл на пианино, и увидела, что он смотрит прямо мне в глаза, а не на клавиши своего любимого инструмента. Я снова кинула взгляд в сторону кухни, но меня отвлекло быстрое движение: Эдвард качал головой из стороны в сторону, а его глаза говорили мне «только посмей сделать шаг в сторону кухни, и пожалеешь». Признавая поражение, я уронила голову и поехала к нему. Чуть что, в испорченном ужине буду винить его.
- С ужином все будет в порядке. И все пройдет отлично. Ты и я…- я посмотрела на него, когда он, оборвав мелодию, которую играл, встал передо мной на колени и положил руку на мое бедро. Теперь его соблазнительные губы были совсем близко от моих, - вот что важно…ты и я, - повторил он и прижался к моим губам в поцелуе. Когда я ощутила его прикосновение, то вздохнула с облегчением, хотя и не подозревала до этого момента, что так нервничала. Он отстранился от моих губ и начал мучительно медленно прокладывать дорожку из поцелуев к уху. Его дыхание возле моей щеки напоминала теплый мягкий летний бриз. – Ты великолепна в этом платье, - прошептал он, как только добрался до моего уха, и бабочки в моем животе запорхали с такой силой, будто только что вырвались из кокона после десятилетий заточения. Его губы теперь путешествовали по моей шее, и я впервые в жизни была рада, что сижу в кресле-каталке. По крайней мере, теперь не нужно волноваться о том, что колени подогнуться, довольно думала я, когда мои руки потянулись, чтобы схватить его за рубашку. Я притянула Эдварда ближе к себе, и его губы снова оказались возле моей шеи, которую уже покалывало. – Ты безупречна, - выдохнул он мне на ухо. Я застонала от смеси его пленительных поцелуев и смертоносных слов. И как он смог сломать меня так просто? Убрав руки с его рубашки, я потянулась к его идеально вылепленному лицу, чтобы поцеловать его. Мне необходимо было освободить из заточения этих маниакальных бабочек, которые сбежали из моего живота и теперь наводнили каждый сантиметр моего тела.
- О нет, - мягкий вздох Элис вернул меня в реальный мир, к ужину, к нашим друзьям, которые находятся в комнате. В это время одна рука Эдварда запуталась в моих волосах, а другая покоилась на моем бедре, в самом верху, отчего платье порядочно задралось. Я почувствовала, что щеки запылали, и, опустив платье, проследила за взглядом Эдварда. Он смотрел на Элис, которая разглядывала нас в зеркале. – Они будут здесь через семь минут! – прошептала она и опустила глаза на свои разнопарые туфли.
Я улыбнулась, когда почувствовала, как Эдвард пробегает пальцами по моим волосам, пытаясь привести в порядок мою прическу, которая пострадала, пока мы целовались. Роуз и Эммет пошли в кухню, и я успела заметить побежденное выражение лица Эммета. Несомненно, угроза «поиграть» с его Джипом стала для Эммета самым страшным наказанием за плохое поведение.
- Почему бы тебе не одеть эти? – услышала я спокойный голос Джаспера, когда он подошел к Элис. Он посмотрел ей в глаза с серьезным выражением на лице. – Вторые ты надевала, когда мы ходили в кино, а этих я на тебе еще не видел, - сказал Джаспер и встал позади Элис, глядя на ее отражение в зеркале. Пальцем он показал, какие туфли имеет в виду.
Элис засветилась от счастья, что кто-то сделал за нее этот мучительный выбор.
- Ты заметил, - улыбнулась она и, посмотрев на свои ноги, отбросила в сторону отвергнутую пару туфель, а потом надела те, что выбрал для нее Джаспер.
- Ну конечно заметил, любимая. Как я могу не заметить, что ты надеваешь на свои божественные ножки.
Я улыбнулась, когда увидела, как Элис закрыла глаза, а на ее лице появилось выражение эйфории. Она отклонилась так, что теперь прижималась спиной к груди Джаспера. Двое как одно целое.
Я начала застегивать пуговицы на рубашке Эдварда и поправлять его галстук.
- А обязательно меня застегивать на все пуговицы? – спросил он, пока я застегивала пуговицы непослушными пальцами. Его красота просто одурманивала меня. Я кивнула, зная, что мой голос сейчас предаст меня. Мне хотелось, чтобы он был опрятным во время визита матери, хотела произвести хорошее впечатление. Выражение муки появилось на его лице, когда я добралась до третьей пуговки, ведь теперь его рубашка из удобной вот-вот превратится в формальную
- Ты просто хочешь помучить меня, да? – прошептал он так тихо, словно хотел поделиться со мной каким-то секретом. Я увидела в его глазах пожар и сосредоточилась на своем занятии: застегивании его пуговиц. – Знаешь, ты просто убиваешь меня тем, что касаешься меня и дышишь рядом с моими губами. Одно только это платье мешает мне трезво мыслить…ты выглядишь как богиня, как искусительница, - он наклонился еще ближе, и мои руки совершенно перестали слушаться меня. – Твои волосы спадают на шею и плечи, и все, чего я хочу, так это отодвинуть их в сторону и прижаться губами к твоей коже, медленно целовать твою шейку, посасывать и покусывать ее до тех пор, пока не услышу твой стон удовольствия. И…- он замолчал и взглянул мне в глаза,- почувствовать тебя под своими пальцами, - он положил руку на мое бедро. Высоко. – Хочу ощутить мягкую ткань, которую так хочется сорвать, чтобы прижаться к твоей мягкой коже, почувствовать твое тело подо мной.
К этому времени я уже чуть дышала. Отклонившись в кресле, я уже второй раз за пять минут вознесла хвалу небесам, что покалечилась. Но, опять же, меня огорчало то, что я не могу наброситься на него теперь же. Я вздохнула, когда его губы прижались к моей шее, под ухом, так, что я могла слышать и чувствовать каждый его соблазнительный вздох.
- Да…хочу слышать, как ты в экстазе дышишь, когда я доставляю тебе наслаждение, - его дыхание послало озноб по моему телу, заставляя меня дрожать от возбуждения. Рука на моем бедре поднялась еще выше, и удовольствие заполнило каждую клеточку моего тела. Моя голова откинулась назад, а руки отпустили его рубашку, признавая поражение. Я сжала подлокотники кресла-каталки, отчаянно нуждаясь в опоре.
- Ооо, - застонала я, проклиная свою неуклюжесть и сексуальность Эдварда. Их сочетание превратилось для меня в настоящую физическую пытку.
Динь-динь.

Carlisle POV

- Надеюсь, они там не питаются едой на вынос и не заставляют девочек постоянно готовить…и убирать! Лучше бы они что-то делали по дому, Карлайл, или мне придется сказать им пару ласковых слов! – бурно выражала свои чувства сидящая рядом со мной Эсми, когда мы выезжали на улицу, где жили Эммет, Эдвард, Джаспер со своими соседками. Я старался следовать неясным объяснениям, которые предоставил мне Эммет несколько дней назад, пока они находились в госпитале.
- Эсми, любимая, ты же прекрасно знаешь, что мы воспитали джентльменов. И ты знаешь, что и Джаспер такой же. Неужели ты и правда думаешь, что они позволяют девушкам делать всю работу? – спросил я, бросив на нее быстрый взгляд краем глаза, и увидел, что она вздохнула, соглашаясь со мной.
- Нет, конечно, нет. Я просто переживаю за своих мальчиков, - вздохнула она, и тут я увидел Джип Эммета и серебристый Вольво Эдварда на подъездной дорожке перед большим белым домом.
- Приехали, - сказал я скорее себе, чем жене, и припарковался рядом с Джипом, за мерцающей красной БМВ.
Я вышел из машины, открыл дверь для Эсми и позвонил в звонок.
- Я открою! – прогрохотал голос, несомненно, Эммета, и послышались тяжелые шаги, которые утонули в птичьих трелях и шуме соседней улицы.
Дверь распахнулась, и весь проем оказался занят массивным телом Эммета.
- Приветики! – улыбнулся он, и улыбка распространилась по его лицу: от губ и ямочек на щеках к искрящимся глазам.
- Эммет, дорогой, ты похудел, ты хорошо питаешься? Или ешь свои овощи? – взволнованно лепетала моя жена, протягивая свои хрупкие руки к лицу Эммета, до которого едва могла дотянуться.
- Маам! Остынь! - усмехнулся Эммет, отодвигая руки матери от своего лица. Он взял руки Эсми в свои и закатил глаза. – Никто в этом доме от голода не умрет, пока здесь есть Белла! – рассмеялся он и, покачав головой, освободил одну свою руку, чтобы хлопнуть меня по спине. – Ну, как дела? – просто спросил он меня и, не дожидаясь ответа, повел нас в дом.
- Так, давайте с этим быстрее покончим, чтобы, наконец, сесть за стол, - услышал я тихий вздох Эммета, когда он вешал наши с Эсми пальто. Его комментарий меня не удивил; еда всегда была для него приоритетом номер один.
Перед нами стояли Эдвард и Джаспер, а так же три ослепительные молодые женщины, одна из которых сидела в кресле-каталке. Я заметил, что они все приоделись для такого случая, как и мы с Эсми.
- Так, Джаспера вы знаете, - протянул Эммет, махнув рукой в сторону Джаспера.
- Здравствуй, дорогой, как ты? – моя жена встала перед Джаспером, и я увидел, как она его быстро осмотрела, выискивая признаки того, что он может быть недокормлен, болен или несчастен. Как только она удостоверилась, что с ним все в порядке, то заключила его в материнские объятия.
- У меня все хорошо, спасибо, миссис Каллен, - зазвучал как обычно застенчивый голос Джаспера, и я был шокирован тем, что в его голосе на этот раз сквозили нотки гордости и искренности. Джаспер всегда был застенчивым, и эта его уверенность меня удивила.
Эсми приподняла брови, и он тут же робко пробормотал «эмм…Эсми». Моя жена всегда настаивала, чтобы Джаспер звал ее по имени, а не формальным «миссис Каллен», но он всегда следовал правилам.
- Энерджайзер, - как-то довольно грубо указал Эммет на изящную темноволосую девушку, которая стояла рядом с Джаспером и держала его за руку. Когда про нее заговорили, Джаспер чуть сменил позицию: теперь он обнимал ее за талию, переводя взгляд с меня на Эсми, и на прекрасную женщину в своих объятиях.
- Вообще-то меня зовут Элис Брендон, - музыкальным голосом произнесла девушка, которую обнимал Джаспер. Улыбка появилась на ее лице, когда Джаспер протянул ее руку Эсми, а потом мне. Мы представились, а потом продвинулись к следующему в очереди. Создавалось такое впечатление, будто мы королевские особы.
- Мам, пап, это Бэмби, - сказал Эммет, становясь рядом с высокой великолепной блондинкой, которая выглядела немного застенчиво, стоя одна, но теперь, когда рядом с ней был Эммет, она казалась уверенней. А голос Эммета был таким восхищенным, когда он представлял нас этой девушке.
«Бэмби» раздраженно закатила глаза и, повернувшись к нам, вежливо представилась как Розали Хейл или Роуз. Она пожала наши руки, а потом повернулась к Эммету, который весь сжался под ее проникающим в самую душу смертельным взглядом, и прошипела:
- Черт возьми, Эммет! Почему ты представил меня как Бэмби? Какой же ты идиот! А давай вот я начну представлять тебя всем как Персика, посмотрим, как тебе это понравится, здоровяк!
- Прости, Бэм-Роуз, - он поморщился, когда снова оговорился. – Эдвард, давай теперь ты, - пробормотал брату Эммет и повернулся к Роуз, чтобы умолять ее о прощении. – Только не надо ненавидеть меня, Роуз.
- Мама, папа, это Белла, моя девушка. Белла, мои родители…

Bella POV

Он собирал переносной холодильник уже двадцать минут. То доставал продукты, то клал их обратно. Отодвигал, перекладывал то горизонтально, то вертикально, то по диагонали, а то и просто засовывая туда, куда влезали. В конце концов, он сдался и захлопнул крышку.
- Роуз!! Ну давай уже! – заревел Эммет, выполнив свою задачу, которая заключалась в упаковке холодильника. Он огляделся вокруг, и на его лбу появилась тоненькая морщинка, когда он подумал о чем-то. – Роуз…- он подождал ответа и продолжил, убедившись, что она его слышит: - Мы уже все собрали?
Он почесал затылок и посмотрел на мини-холодильник, рюкзак и маленький чемодан.
- Не знаю! Проверь свой список, Эйнштейн! – голос Роуз проделал путь из ее комнаты и достиг гостиной, в которой сейчас находились я, Эдвард и Эммет.
- Ну осел, - вздохнул Эммет и хлопнул себя по лбу, бормоча что-то странное и непонятное себе под нос типа «ну да», «список» и «вопрос жизни или смерти». Эти слова достигали моих ушей, пока я наблюдала, как он роется в карманах, пытаясь что-то найти.
- Вот ты где, - пробормотал он, вытаскивая из кармана ярко розовую самоклейку, на которой, видимо, и был список. Он разгладил бумажку и принялся ее читать вслух. – Пиво, - он посмотрел на окружающий его багаж и, улыбнувшись, наклонился и похлопал холодильник, а потом прошептал сам себе: - Есть.
Распрямившись, он триумфально посмотрел на помятую розовую бумажку, смял ее и снова запихал к себе в карман.
- Да, у нас все собрано! – сказал он, когда Роуз спустилась с последней ступеньки и направилась к нему. В одной руке она держала цифровой фотоаппарат, а в другой – мобильный телефон.
- Тогда хорошо, - отвлеченно сказала она и положила телефон в карман. Как только она упаковала фотоаппарат, то нахмурилась. – А ты что берешь с собой?
- Пиво, - усмехнулся Эммет и снова похлопал по крышке холодильника. Некоторые также гладят своего любимого преданного пса. С такой же любовью и привязанностью.
- Черт побери, Эммет! Ты не можешь взять с собой только пиво! Мы же едем на три дня! – вздохнула она. Похоже, Роуз уже устала кричать на него. Интересно, может она уже привыкла к его нелепым выходкам?
- Бэмби, - прошептал Эммет, отходя от холодильника и приближаясь к Роуз, - моя сумка уже в Джипе. Я просто шутил. Ты же знаешь, что я не настолько тупой…правда? – он замолчал и пихнул ее в бок, а Роуз в ответ только раздраженно вздохнула и слабо улыбнулась.
- Иногда я действительно так думаю, Персик, - сказала она. Ее улыбка растянулась, когда Эммет притворился, что ее слова обидели его.
- Пора в путь, Бэмби. Нам еще надо успеть на автомобильное шоу, - объявил Эммет нарочито утонченным тоном, а потом улыбнулся Роуз и поднял ее сумки и мини-холодильник. Роуз только покачала головой, наверняка раздумывая над тем, где уродилось это чудо.
- Идиот, - пробормотала она себе под нос, изо всех сил стараясь казаться раздраженной, но у нее ничего не получалось. – Беллз, мы поехали. Если я тебе понадоблюсь, правила ты знаешь, - сказала она перед тем, как быстро чмокнуть меня в щеку. Имелось в виду, что я знаю ее номер и могу звонить в любое время дня и ночи, если мне что-то понадобится. – Поцелуй Эли за меня, когда она вернется с работы, - улыбнулась она и, перед тем как пойти к Эммету, похлопала Эдварда по плечу.
- Эд, ты знаешь, я бы пообнимался с тобой, но не хочу, чтобы Белла ревновала. Но ты эээ…передай Джасперу кое-что от меня…ну да…поцелуйчик и потискай его симпатичный задик. Ему это нравится, - усмехнулся Эммет и пошел к двери. Роуз вышла и пошла к Джипу, как только услышала первые несколько слов его тирады.
- Обязательно, Эм, веселитесь, - сквозь смех сказал Эдвард, пока мы смотрели, как Эммет подходит к двери и ставит сумки на пол, чтобы открыть ее.
- Баюшки! – сказал он перед тем, как за ним захлопнулась дверь.
- Бедная Роуз, - вздохнул Эдвард, а в его глядящих в пустоту глазах искрилось сочувствие. Наверное, он думает, что Эммет сведет Роуз с ума во время этой поездки. Я же, напротив, не могла не подумать «Бедный Эммет». Уж я-то знала, какой одержимой Роуз может быть, когда дело касается тачек. Она на авто шоу, это все равно что ребенок, потерявшийся в магазине игрушек.
Быстрый поцелуй Эдварда выдернул меня из размышлений, и я улыбнулась ему. Мне был приятен тот факт, что такой простой жест может сделать меня настолько счастливой, заставить меня почувствовать, что я особенная.
Я увидела, что на лице Эдварда появилась эта восхитительная невероятная улыбка, которая разом стерла все мысли кроме одной из моей головы. Все, о чем я могла сейчас думать, был Эдвард.
Внезапно он вздохнул:
- Белла, ты в порядке? – взволнованно спросил он, оглядывая мое лицо. Его рука прошлась по моему лбу и замерла на виске.
- Да, а что? – выдавила я, начиная панически думать, что же может быть не так со мной. Я чувствую себя нормально! Я попыталась приподняться с того места где лежала, растянувшись на диване и положив голову на колени Эдварда, но он удержал меня.
Я посмотрела ему в глаза, пытаясь понять, почему он не хочет, чтобы я встала. Но, взглянув в его глаза, я не увидела там паники. Только огонь, горящий в глубине этих невероятных глаз.
- Просто…- прошептал он, наклонившись ближе ко мне, и его дыхание коснулась моего лица, - …ты так неотразима…легко забыть, что ты нездорова, - его губы прошлись по моим губам, когда он произносил последние два слова. Мои глаза тут же закрылись от наслаждения.
Я почувствовала, что начинаю таять, когда он прошелся рукой по моему лицу, по шее, обвел округлость плеча и оставил там свою руку, удерживая меня на месте. Его губы продолжали свои мучительные поддразнивания, легонько касаясь моих губ, мягко прижимаясь к ним, а потом отстраняясь, когда я пыталась ответить на поцелуй. Я и злилась из-за этого, и невероятно сильно хотела его сейчас.
Он продолжал свою изощренную пытку теперь уже языком, который дразнил мои чувствительные губы касаниями легкими словно перышко, пробегая по ним и оставляя меня дрожащей от нетерпения. Я озорно усмехнулась и сжала губы, отказывая ему в том, что он, наконец, захотел. Теперь я не отвечала на его поцелуи.
- Белла, ты убиваешь меня, - зарычал Эдвард возле моей шеи. Как только он раскусил мою игру, то тут же решил заняться шеей. А разве он не знает, что тоже убивает меня своими восхитительными губами? Я втянула в себя воздух, когда почувствовала, что он передвигает меня. Теперь рука, которая раньше держала меня за плечо, оказалась на моей ноге, а другая – на моем боку. Эдвард переместил меня так, что теперь я лежала полностью на диване, а он лежал рядом со мной, спиной к подушкам.
Озорная усмешка появилась на его лице, когда он осмотрел меня от макушки головы да кончиков пальцев на ногах.
- Белла, - прошептал он, соблазняющее поглаживая мое бедро, - ты слишком хороша, чтобы быть настоящей.
Я почувствовала, как заливаюсь румянцем от его лестных слов.
- Если бы я была такой, как ты говоришь, я бы не была Королевой всех Неуклюжих, - я старалась произносить слова ровно, но все мое тело словно загоралось под его прикосновениями.
- А…но ты забываешь одну важную деталь, - прошептал он, склонившись надо мной так, что я чувствовала, как движется его грудь с каждым вздохом. Его подтянутое тело прижималось к моему покалеченному, тощему тельцу, - если бы ты не поранилась, мы бы с тобой сейчас были на работе, а не занимались этим, - добавил он хриплым голосом, и я снова вознесла хвалу небесам за то, что на выходных побывала в госпитале.
Когда его рука медленно поползла вверх по моему бедру, я застонала. Моя спина невольно выгнулась, едва он коснулся петли моего ремня и потянул ее, прижимая меня еще ближе к своему телу. Я ничего не могла с собой поделать. Потянувшись, я обняла его за шею и притянула его голову к себе. Наконец его губы оказались там, где им самое место. На моих губах. Теперь его тело нависало надо мной, пока я пыталась стащить с него рубашку поврежденной рукой. Даже если мне придется порвать ее на кусочки в процессе, мне плевать.
- Наверное, мне нужно помочь вам, мадам, - я закусила губу, услышав его знойный голос у моего уха и почувствовав его дыхание. Я уже вся дрожала. Кивнув, я опустила руки, чувствуя слабость только от одного его вида и голоса.
С открытым ртом я наблюдала, как он сел на пятки так, что его ноги оказались по обеим сторонам от моих. Он смотрел прямо мне в глаза, и его взгляд проникал в самую душу. Когда он стягивал рубашку, мне захотелось ущипнуть себя, чтобы удостовериться, что это не сон и не фантазия.
- Так лучше? – спросил он, кладя рубашку на спинку дивана. Я слабо прошептала да, и его глаза заскользили по моему телу. – Думаю, я должен помочь и тебе немного. Мы же не хотим еще раз потянуть эту ручку, правда? – спросил он, и его руки легли мне на ребра, а потом побежали к ремню моих джинс. Мышцы живота сжались под его прикосновением, когда он чуть сдвинул вверх мой топ, обнажая тоненькую полоску кожи. Он пробежался по этому участку пальцами и улыбнулся, увидев, как сокращаются мышцы под его умелыми прикосновениями.
Мои глаза переместились с его кривоватой улыбки на обнаженный торс, и я стала наслаждаться видом этого неоспоримого совершенства. Неужели мне так повезло, что я могу назвать его своим? Глядя на его грудь, я облизнула губы. Чудесная мягкая кожа, соблазнительные, хорошо развитые грудные мышцы, плечи…плоский рельефный живот, будто выточенный из мрамора.
Мои глаза метнулись обратно к его лицу, когда я почувствовала, что он начал расстегивать мои джинсы. Снова его лицо приблизилось ко мне, и он начал целовать меня так, что я чуть не потеряла сознание. Я вздохнула, почувствовав вес его тела. Одной рукой он опирался на диван, а другой расстегивал молнию моих джинс.
- Эдвард, - вздохнула я и увернулась от его губ, - я не могу…я хочу…, - пробормотала я, останавливая его руку, - моя нога…я не знаю.
Я отвела взгляд от его лица, не желая видеть на нем выражение боли или раздражения от того, что я остановила его. Я хотела быть с Эдвардом, но, мне казалось, еще слишком рано для этого. Мы все еще продолжали узнавать друг друга, и мне нравилась эта ранняя стадия наших отношений. А скачок сразу к сексу может все разрушить. Да и моя нога в гипсе станет еще тем препятствием, думала я, стараясь сморгнуть слезы, которые закипали в глазах и затуманивали зрение. Неужели я опять раздразнила, а потом заставила остановиться?
- Белла, - он вырвал руку из моей хватки и погладил меня по волосам, - ты же знаешь, что очень дорога мне, но я еще не готов к этому, - он поцеловал меня в лоб и продолжил: - Я просто хотел сделать для тебя кое-что, - прошептал он мне на ухо перед тем, как подарить мне легкий, но в то же время полный страсти поцелуй. Его руки прошлись по моим волосам, по шее, обвели грудь и снова остановились возле ремня джинс. – Ты хочешь этого? – спросил он хриплым голосом, и я захотела его еще сильнее.
Он углубил поцелуй, когда его рука прошлась по моему животу и ноге. Я чувствовала доказательство его желания, прижимающееся к моему бедру. Его рука снова потянула молнию вниз, и мое дыхание стало поверхностным. Он снял с меня джинсы и пробежался пальцем по моим кружевным трусикам.
- Ты хочешь этого, Белла? – спросил он, и приготовился потянуть трусики вниз. Как же я хочу, чтобы они исчезли! – Если ты хочешь, чтобы я остановился, только скажи…- прошептал он возле моих губ, а его рука медленно двинулась под кружево, заставляя меня ртом хватать воздух от удовольствия. Я покачала головой и попыталась сказать, что не хочу, чтобы он останавливался, но тут его пальцы начали дразнить меня, и я утратила контроль над речью.
Он продолжал дразнить меня, а я могла только вздыхать от наслаждения. Ощущение его губ на своей шее только добавляло остроты моим ощущениям. Я слышала его тяжелое дыхание и стон, когда он вошел в меня одним пальцем, посылая по моему телу волны удовольствия. Медленно он отстранился, и я всхлипнула из-за чувства потери. Его поддразнивание дурно влияло на меня.
- Эдвард, пожалуйста, - задыхалась я. Открыв глаза, я взяла в руки его лицо, надеясь, что он увидит в моих глазах жажду его прикосновений.
- Чего ты хочешь? – снова дразнил он. Я с трудом подавила рычание, готовое вот-вот вырваться из груди. – Этого? – спросил он, и я почувствовала, как он потирает пальцем мой чувствительный клитор, заставляя меня выгнуть спину и закусить губу.
- Пожалуйста, - стонала я. Мне было необходимо, чтобы он подвел меня к разрядке. И я хотела сделать то же с ним.
Закрыв глаза, я отдалась ощущениям. Он двигался внутри меня, и мое тело словно пылало. Я чувствовала, что на груди и на лбу собрались капельки пота, вызванного жаром его пальцев.
На ощупь я нашла его лицо и впилась поцелуем в его губы. Наши языки и губы двигались в едином ритме, пока его пальцы подводили меня к высшей точке.
- Эдвард…по-моему я… - прошептала я, хватая ртом воздух и метаясь под ним, чувствуя, что вот-вот и…Мое тело сжалось вокруг его пальцем, и он ускорил ритм движений. Я простонала его имя и распахнула глаза. Волны оргазма накрыли меня, я едва могла дышать. Тело дрожало, перед глазами мелькали вспышки голубого, зеленого и желтого, как будто я долго смотрела на яркий свет, а потом внезапно отвернулась. Мое напряженное тело наконец расслабилось. Уставшая после такого всплеска эмоций и чувств, я лежала на диване и прислушивалась к своим ощущениям.
- Белла, - бархатный голос Эдварда вернул меня из размышлений о только что полученном удовольствии. Я слабо улыбнулась и посмотрела на него. Кривоватая улыбка как всегда на месте, а в глазах гордость. Я удовлетворенно прикрыла глаза, когда он поцеловал меня в лоб и немного помедлил перед тем, как лечь рядом со мной. Теперь мы лежали лицом друг к другу. Я вздохнула и прижалась к его обнаженной груди, вдыхая этот соблазнительный аромат, который принадлежал только ему. Эдвард в это время гладил мои волосы, убаюкивая меня.
- Дорогие…я дома! – грохочущий голос, раздавшийся от двери, заставил нас с Эдвардом подскочить. Теперь мы в замешательстве уставились на источник шума. – Забыл пиво! Ну и дурак! Только гово…о, - монолог Эммета умер, как только он увидел нас с Эдвардом, лежащих диване. Эдвард без рубашке, а на мне мой фирменный румянец. – Эмм…мда…пиво забыл…- он поднял холодильник и указал на него, явно чувствуя себя очень некомфортно. – Теперь я пиво взял…поэтому опять поеду…- сказал он и, выйдя за дверь, махнул рукой явно развеселенному Эдварду и смущенной мне. – Можете продолжать.

Emmet POV

-Никотин, валиум, викодин, марихуана, экстэзи и алкоголь, - тихо напевал я сам себе, идя рядом с Роуз. Я слишком любил эту песню, чтобы держать ее в себе, - кокаиииииин.
- Эммет, клянусь богом, если ты не перестанешь петь эту песню, я кастрирую твой Джип! – зловеще прошептала Роуз и легонько ткнула меня в бок. Очевидно, не желала устраивать сцену посреди холла отеля.
Я чуть не задохнулся, услышав эти слова. Не может быть, чтобы она пала так низко, что выдвигает такие радикальные условия.
- Ты не посмеешь!
- А ты проверь, - ответила она на мое, в принципе риторическое, замечание, приподняв одну бровь. Я повесил голову, и мы пошли к стойке ресепшена. Придется держать рот на замке, если я не хочу обнаружить завтра с утра мой драгоценный Джип разобранным по запчастям.
Из желающих поговорить с изможденной на вид администраторшей образовалась довольная длинная очередь, поэтому я сказал Роуз, чтобы она присела, пока я стою в очереди. Я стоял и время от времени быстро поглядывал на Роуз. Мне вспомнился разговор, который произошел у нас с Эсми, когда я провожал ее к машине после ужина. Карлайл в это время был в доме и разговаривал с Беллой о каких-то болеутоляющих или что-то вроде того.
- Эммет, дорогой, что с тобой происходит? – спросила меня мама, когда я наклонился над новеньким черным Мерседесом отца. В замешательстве я взглянул на нее. Подумав, что она интересуется о моем здоровье, я ответил, что у меня все в порядке. – Нет, я имею ввиду, что с тобой происходит, раз ты не видишь, что тебе нужно поспешить наладить отношения с прелестной Роуз, пока кто-то не увел ее прямо у тебя из-под носа. Я думала, что воспитала благоразумных сыновей, а ты ведешь себя как дурачок, милый.
Я покачал головой в ответ на ее слова.
- Роуз мой лучший друг, - сказал я и опустил глаза, чтобы мама не заметила боль в них от того, что я не могу сказать: «Роуз моя девушка…любимая…жена».
- Ты не видишь этого, правда? Не замечаешь, как она смотрит на тебя, как меняется, когда ты рядом, становиться самой собой? И то же самое происходит с тобой. Там, рядом с ней, ты был моим Эмметом. А теперь взгляни на себя сейчас. Тихий, неуверенный, смущенный. Ты нужен ей так же, как и она нужна тебе, - прошептала она. Я взглянул в глаза матери и увидел в них непоколебимую уверенность. Как она может быть настолько уверена в этом, в то время как я сомневаюсь?
- Нет, мам…мы…она просто…я не знаю, - вздохнул я и потер шею. Мама поднялась на носочки, чтобы поцеловать меня в щеку, а потом похлопала по руке.
- Поверь мне, дорогой, ты будешь глупцом, если проигнорируешь те чувства, что вы испытываете друг к другу… ты и так сглупил, что до сих пор ничего не предпринял…- она замолчала, а потом толкнула меня в бок, когда я ничего не ответил. – А если ты и дальше ничего не сделаешь, то это сделаю я. Я не хочу быть старой бабушкой, поэтому поторопись, - рассмеялась она и села в машину, закрыв за собой дверцу. Мама помахала мне, и поплелся к дому.
Я продвинулся на несколько шагов вперед, и расстояние между мной и нервно покусывающей колпачок своей ручки администраторшей сократилось. Я вспомнил, какие картинки зародились в моем воображении при словах мамы о том, что она хочет стать бабушкой: мой сын, светловолосый, как его мама, и с отцовскими ямочками на щеках, спотыкаясь, бегает по саду с дядей Эдвардом и крестным Джаспером. В дом входит моя Роуз, беременная еще одним нашим ребенком, а рядом с ней тетушка Белла и крестная мама Элис. И моя дочь. От меня ей достались темные волосы, а от Роуз – неземная красота.
- Блин…- услышал я раздраженный голос Роуз, когда она встала передо мной и заговорила с администраторшей. – МакКарти…да, на две ночи, - сказала она, скрывая свое раздражение под маской безупречной вежливости и теплоты.
- Да…Две ночи, МакКарти. Вы будете жить в номере 336, который находится на седьмом этаже. Завтрак с семи тридцати до десяти утра, но если вы хотите, то можете заказать завтрак в постель…- пролепетала она, когда я подошел к Роуз, надеясь, что она уже перестала на меня сердиться. Роуз кивнула в ответ на слова администраторши и, когда она бессознательно придвинулась ко мне, мое сердце бешено заколотилось к груди. Если бы я чуть-чуть подвинул руку, то мог бы обнять ее за талию. Может, мама была не так уж и не права, когда говорила о нас с Роуз…- Желаю вам приятного вечера, мистер и миссис МакКарти. Если вам что-нибудь понадобиться, не стесняйтесь и звоните на ресепшн, - с улыбкой сказала девушка перед тем, как отдать Роуз ключи от нашего номера. На ее бейджике было написано имя «Лили».
- Большое спасибо, Лили, я уверен, что вечер будет чудесным, - сказал я ей и обвил рукой талию Роуз, которая стояла и, раскрыв рот, таращилась на девушку после ее слов. Я повел ее к тележке, на которой лежали и ожидали нас наши сумки. Носильщик уже ждал нас у лифта.

Rose POV

- Почему все сотрудники этого отеля считают, что мы женаты? – шепотом спросила я у Эммет, когда официантка подала каждому из нас меню и удалилась. Я посмотрела на столик, к которому нас проводили. Он находился в уединенном уголке, освещенном сиянием свечей, стоящих на нем, тихо играла романтическая музыка.
- Я не знаю, и в данный момент мне все равно, Бэмби…- отвлеченно сказал Эммет, просматривая меню. Похоже, его не волновало, что этот немногословный ответ прозвучал довольно оскорбительно. – О, Роуз! У них есть стейк! – восхищенно проговорил он, а на щеках появились ямочки. Очевидно, одно только написанное на бумаге слово «стейк», вызвало столько удовольствия.
Я улыбнулась вместе с ним и откинулась в кресле. Пока он отвлечен, это может быть единственный раз, когда я могу без помех разглядывать его. Его бегающие по строчкам меню глаза горели огнем, а руки тряслись от нетерпения, когда он переворачивал страницу, чтобы взглянуть, а вдруг у них в ассортименте есть еще что-нибудь, что привлечет его внимание. Его огромная, под два метра ростом мускулистая фигура заслоняла мне обзор ресторана. Хотя не то чтобы я жаловалась…смотреть на ряды столов и стульев – не слишком увлекательное занятие, а вот наблюдать за Эмметом можно снова и снова, и каждый раз будешь видеть в нем что-то новое и ранее незамеченное.
- Так что ты заказываешь, Бэмби? – спросил меня Эммет, и я подпрыгнула на стуле, когда его голос прервал мое наблюдение.
- Эммм… - я просмотрела меню, надеясь, что что-то какое-то блюдо привлечет мое внимание, но мой мозг отказывался воспринимать напечатанные слова.
- Как насчет курицы с острым карри? – спросил он и, отложив меню, откинулся на спинку стула.
Я взглянула на него и увидела, что свет свечей мерцает бликами на его лице, и их мягкое сияние подчеркивает его глубокие глаза.
- Звучит здорово, - улыбнулась я и тоже положила меню, удивляясь, как ему удалось выбрать из меню мое любимое блюдо, хотя я его даже не заметила.
---
- Ты будешь это доедать?
- Забирай, - сказала я и, закатив глаза, подтолкнула к нему свою тарелку, на которой еще осталось немного карри и риса. – Я пойду в уборную. Хочешь, чтобы я тебе принесла пива на обратной дороге? – спросила я, когда, встав со стула, заметила, что его бокал почти пуст.
- Ухм, - пробормотал он с набитым ртом и поднял вверх большие пальцы, чтобы удостовериться, что я пойму, что его бормотание означало «да».
- Вернусь через пять минут, - сказала я и вышла из тускло освещенного зала ресторана.
----
Я стояла, оперевшись руками о барную стойку, и пыталась привлечь к себе внимание суетившихся барменов, когда меня грубо толкнули локтем в ребра.
- Эй! Смотри, куда идешь! – проворчала я, взбешенно глядя на пьяного идиота. Я отошла от него на шаг, так как он видимо решил использовать меня в качестве подпорки.
- О да…я смотрю на тебя, красотка, - стоящий рядом со мной мужчина пренебрежительно ухмыльнулся. На его лице появилась гримаса, когда он попытался сдержать отрыжку. – Да…и не похоже, весело что тебе …эм…я имею в виду, что тебе весело, - он улыбнулся, обнажая свои мерзкие желтые зубы, и сделал шаг ко мне. Я отступила на шаг назад и наткнулась на массивное тело. – Хочешь хорошо провести время, секси? – отвратительно рассмеялся он, и его глаза начали ползать по моему телу. Меня затрясло от омерзения. Неужели они думают, что таким поведением способны кого-то привлечь?
- Просто оставьте меня в покое, - пробормотала я, изо всех сил пытаясь привлечь внимание бармена, а потом взять пиво для Эммета и уйти. Что бы подумал обо мне Эммет, если бы увидел, что я так трушу? подумала я и уронила голову. Может, так я сделаюсь невидимой для этих мужланов, которые обступили меня с двух сторон.
Одна из барменш наконец обратила на меня внимание. Увидев, что я стою между двух парней она переключилась на другого клиента. Очевидно, она подумала, что я наслаждаюсь вниманием двух отвратительных пьяных мужиков. Почему все так быстры на суждения?
- Эй, Берт, может, ты не в ее вкусе! – фыркнул мерзкий червяк позади меня. Я снова вздрогнула и начала оглядывать барменов, пытаясь обратить на себя еще чье-то внимание.
- Уау…вздорная, да? Мне нравится это в девушках, - сдавленно усмехнулся он, полностью игнорируя мои слова. – Давай же, сладенькая, мы отлично проведем с тобой время, - сказал он глубоким голосом, который прозвучал гораздо ближе, чем мне хотелось бы.
Я закрыла глаза и стала молиться, чтобы скорее очнуться от этого кошмара. Почему я сразу же не ушла? Почему здесь нет моего Персика? Я вздохнула при мысли о том, что Эммету придется спасть меня от пьяных мужланов. Как жалко.
- А может, мы втроем сможем повеселиться? Уверен, тебе это понравится, - снова заговорил он, дыша мне в ухо, и я чувствовала его пивное дыхание на своей шее.
- Просто оставьте меня в покое.
Я чуть не задохнулась, почувствовав, как рука опустилась на мой копчик. Волоски на спине и на руках встали дыбом, и дрожь пробежала по моему телу. Я закусила губу, чтобы остановить готовые политься из глаз слезы. Нельзя плакать, это только раззадорит их.
Где же Эммет? Почему он не спасает меня? И хочу ли я, чтобы он спас меня? Что такое два пьяных парня против Розали Хейл, подумала я, глубоко вздохнув. Но Розали Хейл устала сражаться. Я вздохнула и почувствовала, что сдаюсь. Почему я должна постоянно противостоять безмозглым мужчинам и ревнивым женщинам, которые видят во мне стереотипную тупую шлюховатую блондинку?
В глазах закипали слезы, и я чувствовала себя побежденной. Я ожидала услышать очередную порцию мерзостей или снова почувствовать на себе их руки, но они молчали. Было очень тихо.
Я подняла голову и медленно повернулась. Два урода все еще стояли по обе стороны от меня. Я заметила, что они побледнели и, кажется, даже протрезвели. Их глаза выглядели слишком большими для их голов, пока они смотрели на что-то перед собой.
- Уходите. Немедленно, - проговорил глубокий, темный, угрожающий голос, от которого сердце застучало в груди, а по коже побежали мурашки. Я сосредоточила взгляд на таком знакомом лице Эммета и обнаружила, что оно сейчас выглядит жестче и опаснее, чем когда-либо. Он смотрел на нас троих, и эти двое теперь вжимались в стойку бара.
- Роуз, - Эммет перевел свой убийственный взгляд с парня, который держал руку на моей спине, на меня. Он протянул мне руку, и я заметила, что вторая была сжата в кулак, а костяшки пальцев побелели от напряжения. Вена на его шее, прямо под стиснутой челюстью, пульсировала. Он пытался контролировать свое дыхание, вдыхая и выдыхая через нос.
Я в шоке уставилась на него: никогда еще не видела Эммета таким опасным, собранным и в то же самое время таким надежным. И все из-за меня. Изо всех я пыталась улыбнуться ему, чтобы показать, что я очень рада его вмешательству, но все, чего я дождалась от него, так это вздоха и «Бэмби, иди сюда». Я подошла к нему и зарылась лицом в его шею, а он прижал меня к себе, одной рукой надежно обнимая за талию.
- Я сказал, немедленно убирайтесь. Если через три секунды вы не уйдете сами, я заставлю вас это сделать, - от тихого голоса Эммета по позвоночнику побежал холодок. Когда я положила руку ему на грудь, то почувствовала, что его сердце колотится почти так же лихорадочно, как и мое. Другой рукой я обняла его за талию и практически вжалась в него.
- Один…
Звук глухих ударов и тяжелого дыхания эхом отозвался в моих ушах, когда я еще глубже нырнула в объятия Эммета. Мне хотелось остаться в них навсегда. Я не хотела, чтобы он видел меня такой, отчаянно нуждающейся в его силе, тепле, утешении. Подумает ли он, что я слабая, раз не смогла заступиться за себя? Поймет ли он, что я устала…устала каждый день прятаться за этим фасадом?
То, как Эммет успокаивающе потирал мою спину, расслабило меня, и он повел нас к нашей комнате. Он включил свет, запер дверь и, сев на диван, притянул меня к себе на колени. Он не проронил ни слова, не спросил ничего, просто продолжал успокаивающе поглаживать мою спину.
Я сидела в таком положении несколько минут, надеясь успокоиться. Те несколько слезинок, что все же пролились из глаз, несомненно не остались незамеченными. Но я не хочу, чтобы он видел меня расстроенной… В конце концов, пока не видишь собственными глазами, не поверишь до конца.
- Прости меня, - мягко проговорила я и передвинула голову так, что теперь мое лицо лежала не во впадинке его шеи, а на его плече. Я смотрела, как двигалось его горло каждый раз, когда он сглатывал, и как заходил кадык, когда он сказал:
- Что? Нет! Роуз, это мне нужно просить у тебя прощения! Не нужно было отпускать тебя одну…ну, конечно в женский…ну, ты знаешь, меня бы оттуда выкинули…- бушевал он, постоянно спотыкаясь о слова. – Я имел в виду, мне не следовало отпускать тебя одну в бар!
- Я в порядке. Крови нет, все цело, договорились? Мы можем просто забыть об этом, пожалуйста? – прошептала я, лениво вырисовывая узоры на груди Эммета. Мне нужно было чем-то занять себя, и даже это простое занятие отвлекало меня от тяжелых мыслей.
- Ладно, - пробормотал он и, разжав кулак, принялся разминать пальцы, перед тем, как заключить меня в кольцо своих рук.
- Уже готова ко сну? Завтра будет долгий день, - прошептал Эммет через несколько минут. К этому моменту мы оба расслабились, и усталость начала заслонять остальные мои чувства. Я кивнула и, пробормотав «Да, Персик», почувствовала, как мое тело стало будто невесомым.
Открыв тяжелые веки, я только тогда поняла, что Эммет несет меня в спальню на руках. Я слишком устала, чтобы разговаривать, но пообещала себе, что обязательно поблагодарю его завтра утром. Надеюсь, он не будет вымещать на мне свое раздражение завтра. Сегодня и сейчас мы с ним были словно в другой вселенной, где не существует завтра и все воспоминания исчезают из памяти, но завтра…
Огромная кровать привлекла мое внимание, когда Эммет распахнул дверь. Почему здесь только одна кровать? подумала я. Кровать приближалась, а я все обдумывала этот вопрос. Я недоуменно нахмурила лоб и только тогда озвучила свой вопрос:
- Эммет, а почему здесь только одна кровать?
- Эмм…я подумал, когда они сказали двухместный, то имели в виду на двоих…с двумя кроватями…надо было поручить заказывать номер Джасу или Эдди, - услышала я его бормотание, когда он усадил меня на кровать. Мое тело погрузилось в мягкие простыни, а голова утонула в горе взбитых подушек.
Я застонала от этого блаженства и, уже погружаясь в темноту, услышала:
- Спокойной ночи, Бэмби.
Уютно устроившись среди простыней, я смогла ответить только «Спокойной, Персик».

Эти мерзавцы приставали к моей Бэмби так, словно она была их добычей. Сегодня я не спущу с нее глаз. Все эти мужики будут шарить по ней глазами, но я смогу защитить ее. Никто больше не обидит мою Роуз, только ни тогда, когда я рядом, подумал я, поднимая голову и пытаясь взбить маленькую подушечку так, чтобы она стала более удобной; я не оставлял этой затеи даже после десяти бесплодных попыток. Вздохнув, я кинул бесполезную подушку на пол. Пора признать поражение. Из-за событий этого вечера настроение у меня было ни к черту, и я вспыхивал по любому поводу.
Почему каждый парень думает, что с Роуз все будет очень просто? Если бы они только знали. Я улыбнулся, подумав о том, какой сильной, счастливой и уверенной личностью она была. Но потом я вспомнил, какой разбитой она была после того, как спасла меня от этой дуры Лорен. От одной только мысли мне стало плохо. Было больно вспоминать о том, как Роуз цеплялась за меня, словно боясь рассыпаться на кусочки. Тогда она доверилась мне. Открылась. Рассказала самое сокровенное о себе. Поверила, что я не буду осуждать ее. Когда она пыталась контролировать себя, было такое чувство, словно меня режут по живому. Она казалась такой уязвимой, когда ее эмоции прорывались на поверхность. Единственным чувством, которого она не боялась, был гнев.
Зарычав, я поднялся с игрушечных размеров диванчика и потянулся, чувствуя, как запротестовала моя спина против такой резкой смены положения. Я решил, что теперь, раз уж я все равно встал, то можно сходить в ванную, глянуть какие у нас с Роуз есть там шампуни и мыло. Я вышел из комнаты и, сопровождаемый лунным светом, лившимся из окна, направился в ванную. Дойдя до двери, за которой спала Роуз, я решил остановиться и попытаться послушать, как она спит. Интересно, а она храпит? подумал я и прижался ухом к двери, пытаясь дышать как можно тише.
Шуршанье простыней за дверью привлекло мое внимание, и я закрыл глаза, пытаясь лучше расслышать.
Теперь к шелесту простыней присоединилось еще и бормотание, и я заволновался: все ли в порядке с Роуз? Может, она проснулась? Или разговаривает по телефону с Энерджайзером или Беллз? Зачем бы она стала им звонить? Она позвонила бы им только в том случае, если бы случилось что-то плохое, да и сейчас было…я взглянул на часы…2:47 ночи. Разве я так плохо справился с этими уродами в баре, что она звонит им поздней ночью? Она хочет вернуться домой? Когда все эти мысли пронеслись в моей голове, я запаниковал.
Глубоко вздохнув, я медленно, тихо приоткрыл дверь, надеясь расслышать ее слова, чтобы определить, настолько она зла на меня за то, что я не позаботился о ней как следует.
Но я не услышал ничего, кроме ночной тишины. Я вошел в комнату и посмотрел на кровать, в которой спала Роуз. Луна освещала свернутое клубочком посередине кровати тело. Она казалась такой маленькой лежа на этой огромной кровати посреди простыней и подушек. В тот момент она выглядела слабой и беззащитной, но когда мы вместе, она была собранной и смелой. И даже несмотря на то, что во мне почти два метра роста она была равной мне по силе.
- Уходите…нет…не хочу…- донеслось с кровати бормотание моей Бэмби. Она перевернулась так, что теперь лежала на спине, и одной размахивала перед собой, словно пытаясь остановить кого-то, помешать приблизиться к ней. Теперь, когда она лежала в таком положении, лунный свет освещал ее лицо: она нахмурила лоб так, будто испытывала боль, рот был приоткрыт и она тяжело дышала, словно бежала…или ее преследовали.
Я провел рукой по лицу. Глядя на то, как она вынуждена в одиночестве переживать ночной кошмар, у меня было такое чувство, как будто я медленно и мучительно умираю. Во сне она была абсолютно беззащитна. Внезапно я ощутил боль в руке и, взглянув на нее, понял, что сжимаю дверной косяк так, что кожа на руке натянулась, а сухожилие на запястье заныло от напряжения.
Я глубоко вздохнул и снова посмотрел на Роуз. Она уронила руку на кровать, на лице все еще были отголоски боли, но теперь она уже не вертелась, и я надеялся, что она, наконец, заснет спокойным сном, без сновидений. Разве она не заслужила этого?
- Нет…нет…оставьте меня в покое! – всхлипнула моя Бэмби, и ее голос болью отозвался в моем сердце. Я молча смотрел, как она металась по кровати, пока не запуталась в простынях. – Персик, - прорыдала она, и, перестав бороться с простынями, затряслась от рыданий, что разрывали ее тело.
Я стер катившуюся по щеке слезу и шагнул к моей Бэмби. Было невыносимо больно наблюдать за тем, как она, пытаясь защититься, сворачивается в клубочек. Я сел на кровать, и почувствовав, как пружины прогнулись под моей тушей, потянулся к Роуз. Безо всяких усилий я поднял ее на руки и, прижав к себе, принялся укачивать ее, надеясь, что это поможет ей успокоиться.
- Бэмби, Бэмби, все хорошо, - шептал я, поглаживая ее по волосам и прижимая ее к своему телу. – Шшш, ты в безопасности, это всего лишь сон, - добавил я, когда она всхлипнула. Слезы катились по ее щекам и капали на мою обнаженную грудь.
- Персик? – выдохнула она и подняла голову с моей груди, чтобы убедиться, что это я обнимаю ее. Когда она поняла, что находится в моих объятиях, на ее губах появилась слабая улыбка, а в ее глазах была усталость и уверенность в том, что теперь я буду ее защищать. Роуз обвила руками мою шею и прижалась ко мне так крепко, как только возможно.
Ее глубокое дыхание вскоре стало более спокойным и размеренным, а я продолжал укачивать ее, закрыв глаза и положив голову на ее макушку. Когда время от времени ее нос задевал мою шею, кожу в этом месте начинало покалывать.
- Рози…тебе нужно немного поспать… - не открывая глаз, прошептал я в темноту, когда почувствовал, что ее хватка немного ослабла. Разомкнув объятия, я отсадил ее чуть подальше, и ее руки упали на колени, а голова склонилась к груди. – Увидимся утром, - добавил я и отодвинулся от нее. Роуз соскользнула с моих ног, и я встал возле кровати, глядя на то, как она прижимает колени к груди.
Я не хотел оставлять ее одну, но теперь, когда я знал, что она успокоилась и в безопасности, то подумал, что она наверняка должна без проблем заснуть. Я все отодвигал свой уход, выпутываясь из простыней, встряхивая их и складывая обратно на постель. Когда я увидел, что Роуз даже не пошевелилась и все еще сидит, положив подбородок на колени, то замер.
Вздохнув, я отступил на шаг, не зная, что лучше сделать. Что, если она подумает, что я пристаю к ней, если я предложу остаться с ней этой ночью? К этому времени она уже поняла, что я не такой, но события этого вечера могли поколебать ее оценку относительно меня. Что если она теперь думает, что я такой же, как эти ублюдки в баре?
Я потянулся к двери и молча взялся за холодную ручку, чувствуя, как холод от нее передается моей руке.
- Пожалуйста…останься.
Я обернулся и увидел, что Роуз, плотно обхватив себя руками, стоит на расстоянии вытянутой руки от меня. Ее голова была опущена к груди, но это не помешало мне увидеть, что она прикусила нижнюю губу, чтобы та не дрожала.
- Персик…я так устала, - всхлипнула она, и в ее голосе было столько страдания, несчастья, опустошенности. Я видел, как она спрятала лицо в ладонях, и рухнула передо мной на колени, сотрясаясь в беззвучных рыданиях.
Я тяжело сглотнул и сделал глубокий вздох, изо всех сил стараясь сдержать слезы, которые закипали в глазах при виде моей Роуз.
- Бэмби, - снова прошептал я и, наклонившись, потянул ее за руку, чтобы она встала на ноги передо мной. Я оторвал ее руки от лица, и смахнул слезы с ее щек. – Ты просто слишком красивая, ты знаешь об этом? – мягко проговорил я, не понимая, что произнес это вслух до того, как Роуз прерывисто вздохнула. – Ты опасна для представителей мужского пола, - добавил я, надеясь, что заметит слабую улыбку на моем лице.
- Это не моя вина, - пробормотала она и, оторвав взгляд от светло бежевого ковра, посмотрела мне в лицо. Ее губы дернулись, и не понятно было, хотела ли она улыбнуться или горько усмехнуться. Она заметила мою полуулыбку и добавила: - не моя вина, что вы, мужчины, такие слабые, - она невесело усмехнулась, когда я выпустил ее руки. Роуз вздохнула, и ее лицо стало серьезным, побежденным. – Эмми…я так устала, - она сказала это так тихо, что я едва ее расслышал. Я понял, что она имеет в виду не ту усталость, от которой можно избавиться, хорошенько выспавшись, но то, что она устала постоянно казаться сильной и независимой.
- Я знаю…но тебе больше не обязательно делать это. Теперь рядом с тобой есть я, ты же знаешь, что можешь на меня рассчитывать, правда? – спросил я и чуть наклонился к ней, надеясь взглянуть ей в глаза, которые снова сосредоточились на разглядывании ковра.
- Спасибо, - наконец, наши глаза встретились. Сделав глубокий вдох, она закрыла свои глаза.
Некоторое время я смотрел на нее, надеясь, что не обнаружу синяков на ее безупречной коже после встречи с пьяными подонками из бара. После того, как она ворочалась в постели, ее волосы были в беспорядке, но все равно она выглядела безупречно. Сейчас щечки Роуз были окрашены румянцем. Наверное, это из-за того, что она плакала или из-за того, что попросила меня остаться с ней и призналась, что устала постоянно притворяться.
При взгляде на топ, который она одела, готовясь ко сну, стало ясно, что под ним нет лифчика, и молча выругался про себя, когда мои глаза задержались на ее груди. А потом, когда взгляд опустился к ее роскошным, обнаженным ногам в коротких шортиках, я проклял себя еще раз. И еще раз, когда понял, что сам стою перед ней только в боксерах. Я и не думал, что мне придется находиться рядом с Роуз, когда совершал прогулку из гостиной в туалет.
- Так ты останешься, Персик? Пока я не засну? Как захочешь, - почти умоляла она, и я понял, что ее глубокие голубые глаза впились в меня в ожидании ответа или какого-то действия.
- Иди сюда, - я раскрыл для нее свои объятия и чуть не упал, когда она запрыгнула мне на руки. Ее руки крепко обвивали мою шею, а ноги плотно сомкнулись вокруг талии.
- Спасибо, Эмми, - сказала она мне в шею. Ее голос звучал хрипло от усталости, но мое тело, тем не менее, среагировало на ее голос. Я кивнул, боясь заговорить. Не доверял своему голосу, особенно теперь, когда кровь кипела в венах. Ее тело, прижатое к моему, тоже не помогало сохранять самообладание.
Я пошел обратно к кровати и остановился, когда мои ноги коснулись матраса. Минуту или две я стоял так, а потом заговорил.
- Эмм…Роуз…тебе нужно меня отпустить, если ты хочешь лечь в постель. Конечно, если ты не хочешь провести так всю ночь…Чуть что, я совсем не против, - пожал я плечами, думая о том, как бы мне хотелось всю ночь продержать ее в своих объятиях. Она была легкой как перышко, и то чувство, когда она положила руку мне на грудь, согревало меня.
- Мммм… - пробормотала она и поудобнее устроилась в моих руках, удовлетворенно вздохнув.
Я тихо усмехнулся. Но когда я прошелся рукой по ее ноге, чтобы отцепить ее от себя, мне расхотелось смеяться. Ощущение ее гладкого, обнаженного, безупречного бедра под моей рукой было невероятным. Мне захотелось швырнуть ее на кровать и…Стиснув зубы, я переместил руку к ее лодыжкам, которые были сомкнуты у меня за спиной так, чтобы она не упала. Я разомкнул ее объятия и зашипел, когда ее тело скользнуло вниз по моему, и тут же снова удержал ее в руках, чтобы она больше не двигалась. Глубоко вздохнув, я попытался взять под контроль реакцию своего тела на Роуз.
Она твой лучший друг! орал мой мозг, пока я неровно дышал. Я был очень рад, что сейчас она почти спит и явно не догадывается, в каком я состоянии.
Как только я почувствовал, что могу более-менее контролировать свое собственное тело, я отодвинул простыни и, подхватив ее под икры, взял Роуз на руки как невесту. Опустив ее на кровать, я отошел на шаг, чтобы полюбоваться ей. Ее голова лежала на подушке, волосы рассыпались вокруг, образовывая светлый ореол вокруг нее. Совершенство. Мой ангел с сияющим нимбом. Моя Венера. Я буду спать с ней в одной комнате. Женщина, что пленила мое сердце, та, с которой я хочу быть рядом всегда.
Уронив голову, я стал размышлять. Никогда в жизни я не испытывал к женщине подобных чувств. Разве это то, что ты должен чувствовать к своему лучшему другу? нахмурился я. Я никогда не чувствовал ничего такого общаясь с Джаспером или Эдвардом…или с Элис и Беллой. Но с Роуз все по-другому! Она всегда может заставить меня улыбаться, смеяться, сердиться, грустить…чувствовать себя дураком. Она всегда вызывает у меня столько эмоций! Ни одна из моих бывших девушек не заставляла меня чувствовать даже крупицу того, что я чувствую с Роуз. Защитный инстинкт по отношению к ней переходил все границы. Каждый раз, отпуская ее на работу утром, я был на грани истерики. Но я скрывал это, мне не хотелось ее пугать.
Мягкий удар отвлек меня от моих размышлений, и я посмотрел на Роуз. Она повернулась на бок, вытянув перед собой руку, будто искала что-то или кого-то.
Улыбаясь, я сел на краешек кровати и, накрывшись простыней, накрыл и Роуз; я видел, что на ее голых плечах образовалась гусиная кожа. Когда мои руки коснулись ее кожи, Роуз распахнула глаза и посмотрела на меня. Без сомнений, в лунном свете она прекрасно видела мое лицо. Через секунду она закрыла глаза и положила свою руку рядом со второй, которая была прижата к ее груди. Как только я убедился, что она хорошо укрыта, то лег рядом с ней и перевернулся на бок так, чтобы смотреть на нее, видеть как она спокойно дышит.
Лежа рядом с ней, я чувствовал тревогу. Я находился в нескольких сантиметрах он нее, но с таким же успехом нас могли разделять многие мили. Мне страстно хотелось прижать ее к себе, снова провести рукой по ее волосам, почувствовать ее гибкое тело под руками…
Да пошло все! Я потянулся и притянул Роуз к себе. Одной рукой я обвил ее талию, а другой отвел прядь волос, которая упала ей на глаза. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, явно шокированная моим внезапным порывом. Замешательство отразилось в ее глазах, когда она перевела взгляд с моего лица на мою грудь и обратно к лицу. Она что, думала, что я буду приставать к ней?

Emmett POV

- Мы можем сегодня заказать еду в номер? – покачиваясь от усталости, спросила Роуз, когда мы поднимались по лестнице в отель. Сегодня мы провели очень долгий день на автомобильном шоу и много ходили пешком.
- Конечно, - ответил я ей, чувствуя облегчение от того, что сегодня она будет подальше от бара.
- Эй, Эммет… - обратилась ко мне Роуз, когда мы встали возле стойки ресепшена, чтобы забрать наш ключ. Ее голос звучал вопросительно, поэтому я повернулся к ней и увидел, что она смотрит на меня со смятением на лице. – Мои ступни все еще прикреплены к ногам? Потому что у меня такое чувство, будто они онемели, - сказала она и взглянула на свои ноги так, как будто они могли чудесным образом испариться.
- Нет, они все еще на месте, - улыбнулся я и начал разглядывать картины, которые тут и там были развешены по холлу. Но тут Роуз зашевелилась рядом со мной, и я снова обратил все свое внимание на нее. – Что ты…- начал я свой вопрос, но, увидев, что она делает, замолчал.
Роуз стояла рядом со мной, опираясь верхней частью тела на стойку ресепшна так, чтобы уставшим за день ногам было легче ее держать. И в то же самое время она пыталась вести себя естественно и не привлекать внимания. Наблюдая за ней, я усмехался всякий раз, когда она вздрагивала, если приходилось снова становиться на ноги.
Покачав головой, я наклонился над стойкой ресепшена и стал ждать, когда же Лили, которая сегодня снова управлялась тут, закончит телефонный разговор. Роуз продолжала подпрыгивать рядом со мной и улыбаться всем проходящим мимо членам персонала гостиницы, в процессе успевая очаровывать всех представителей мужского пола так, что им было наплевать, что она делала. Самооценке всех проходящих мимо женщин, глядящих на совершенство Роуз, наносился непоправимый урон, поэтому, чтобы избежать невыгодного для них сравнения, они старались не задерживаться рядом с ней.
Она весь день делала это, подумал я, припоминая события сегодняшнего дня. Она была так поглощена машинами, что даже не замечала те едкие, хмурые взгляды, что бросали на нее жены и подружки, которых против их воли парни притащили на шоу. Они были взбешены тем, что им приходилось ходить по этой выставке и тем, что приходилось смотреть на безупречную красоту Роуз.
С мужчинами же совсем другая история. Группка имбицилов преследовала нас…или, точнее Роуз по всей выставке, пока я не подошел к ним и не пригрозил расправой. Я сказал каждому из них, что если они не отвалят сами, то уже никогда не смогут ходить на своих двоих. Роуз, казалось, не замечала того внимания, что привлекала к себе. Она была настроена только на машины, а на меня обращала внимание только для того, чтобы попросить сфоткать ее с тачкой, которая ей понравилась. И у меня и у Роуз был фотоаппарат, поэтому я делал два набора снимков. На фотик Роуз я снимал ее с машинами, а на свой ловил моменты, когда е красота затмевала все вокруг. Бывало, она замирала, разглядывая какую-то железяку…в такие моменты выражение ее лица было просто непередаваемым. Я специально оставил дома свой цифровой фотоаппарат, чтобы не показывать ей снимки сразу. Она бы явно заметила мою все возрастающую одержимость ею.
Сегодня я справился с ролью ее защитника. Целый день во время шоу я обнимал ее за талию, и она, наверное, думала, что я пытаюсь оградить ее от громадной толпы, в которой все время пихались и толкались в попытках поближе подобраться к определенным моделям. Но на самом деле, я обнимал ее потому, что только так я мог сохранить здравый рассудок. Когда между нами было даже небольшое расстояние, меня начинали одолевать чувства беспокойства, волнения…и вообще, я чувствовал себя как параноик. Полный отстой. А она…она была моей маленькой таблеточкой счастья.
Я закатил глаза, глядя на то, как она пытается повиснуть на стойке ресепшена на локтях. Но даже так она вскоре начала тихо ругаться, потому что теперь, после того, как она соскользнула по плоской поверхности стойки, заболели и локти.
- Роуз…прекращай это! – тихо пробурчал я, все еще ожидая, когда же нам отдадут ключ от номера. Надеюсь, что Лили уже скоро закончит свой разговор по телефону и поможет мне тут.
- Но мои ноги так болят! Все кресла заняты, и я точно не буду сидеть на полу возле ресепшена в отеле, Эммет! – выпалила она сквозь стиснутые зубы. Получилось почти как у чревовещательницы. Раздраженная, она отступила от меня на шаг. Видимо, боль в ногах сделала ее вспыльчивой.
Когда ее локти снова соскользнули с мраморной поверхности, я сказал:
- Роуз, иди сюда.
Первый раз я чувствувал себя так, будто я взрослый, а она ребенок.
- О, бл…- она оглянулась, прежде чем выругаться, и, заметив в паре метров от себя маленькую девочку с ярко рыжими локонами, изменила свой выбор слов, - блин, лучше бы это стоило того, хвастун, - пробормотала она, снова подходя ко мне. По лицу было заметно, что ей очень больно.
Я улыбнулся, глядя на то, как она дерзко скрестила руки на груди. Она и сама не подозревала о том, что сейчас, стоя вот так, с надутыми губками, она похожа на маленькую девочку, которая стоит недалеко от нас, только выглядит во стократ прекраснее. Как только она подняла глаза и увидела, что я улыбаюсь, выражение ее лица сменилось с хмурого на смущенное. И наконец, она в шоке замерла, когда я подхватил ее на руки.
- Что за…Эммет, поставь меня на место, балбес! – сказала она, и в ее голосе было столько же ярости, сколько и в глазах. – Люди пялятся на нас! – выдохнула она и, скрестив руки на груди, повернула голову так, чтобы смотреть в окно, а не на меня.
Хмм….надо что-то делать с этим, подумал я, глядя на ее скрещенные руки. А что, если я не удержу ее? Тогда она точно упадет, если не будет держаться за меня.
Оглянувшись, чтобы убедиться, что за нами наблюдает не слишком много свидетелей, я ослабил объятия, в которых сжимал свою богиню, и притворился, что роняю ее. Она судорожно вздохнула и обхватила руками мою шею, а лицом зарылась во впадинку у моего горла. Я почувствовал, что не могу сдержать смех, что рвется наружу. Вскоре мое тело сотрясалось от беззвучного хохота.
Я почувствовал, что она ущипнула мою шею, и вскоре от нее последовала целая серия щипков в возмездие за то, как я подшутил над ней. Ухмыльнувшись, я передвинул руки повыше, к ее подмышкам, и принялся щекотать ее. Когда она начала задыхаться, я понял, что одержал победу. Она же в это время тихо протестовала против моих действий, не желая закатывать сцену посреди холла отеля.

Rose POV

Я услышала звук сдавленных смешков, и Эммет, наконец, прекратил эту мучительную щекотку. Наверняка, ему тоже захотелось узнать, кто же хихикает.
Когда Эммет развернулся, я оторвала лицо от его шеи, и мы оба, взглянув вниз, увидели маленькую рыжеволосую девочку, которая прикрывала обеими руками рот, пытаясь сдержать хихиканье. Ее смеющиеся аквамариновые глазки смотрели на нас с Эмметом.
- Ты думаешь, это смешно, да? спросила я с притворной суровостью, но моя улыбка помешала добиться желаемого эффекта.
Девочка снова захихикала и закивала головой. Через щели между ее пальцами была заметна широкая улыбка.
- Как тебя зовут, прелесть? – спросила я, взглянув вниз. Мой голос теперь звучал тепло, по сравнению с тем, как я произнесла предыдущую фразу.
- Дорри, - сказала девочка с шапкой огненно рыжик волос. Когда она заговорила, то на ее щечках появился легкий румянец. Она опустила руки, и теперь можно было видеть ее улыбку.
- Ну, Дорри, я Роуз, а этот большой мишка Эммет, но ты можешь называть нас Бэмби и Персик, если хочешь, - улыбаясь, сказала я Дорри. Моя злость на Эммета полностью испарилась в присутствии этой малышки.
- Пливет, Бэмби, - улыбнулась она и застенчиво помахала ручкой мне, а потом повернулась к Эммету. Теперь ей пришлось сильнее вытянуть шею, чтобы лучше видеть Эммета. Она помахала ему рукой и заговорила: - Пливет, Пелситек.
- Здравствуй, малышка, - сказал Эммет, и его голос прозвучал так нежно, что я растаяла в его объятиях. Я почувствовала, как мышцы на одной его руке дернулись, и поняла, что он пытается помахать Дорри в ответ.
- Дорри, хочешь, чтобы Персик подержал тебя так, как меня сейчас? Тут очень весело! – сказала я со всем энтузиазмом, на который только была способна. Я знала, что Дорри это понравится.
После моих слов маленькие глазки Дорри расширись, рот приоткрылся в восторге и она начала подпрыгивать, хлопать в ладоши и повторять «Да, да, да, да, да!!!» снова и снова. Эммет усмехнулся и осмотрел ее. Несомненно, вид маленького подпрыгивающего от волнения создания напомнил ему нашего местного энерджайзера – Элис.
Эммет медленно поставил меня на ноги. Должно быть, он заметил, что боль из моих горящих ступней перешла и в ноги, потому что сжал мою ладонь, показывая этим простым жестом свое сочувствие. Он наклонился и заговорил с будущей сердцеедкой, стоящей у его ног.
- Готова? – спросил он ее, все еще нависая над ней. Она закусила губу своими маленькими зубками и, кивнув, вытянула вперед руки и начала сгибать-разгибать пальцы, показывая, что хочет к нему на руки. – Ну, давай, малышка, - рассмеялся он, подхватив ее маленькое тело.
Он встал, и Дорри закричала:
- Уииии!!!!!
Наверное, она почувствовала, как воздух раздул ее волосы, когда Эммет выпрямился. Ее глаза загорелись, когда она начала осматривать холл отеля с нового для себя ракурса.
- Мамотька…Мамотька! – позвала она, схватившись одной рукой за плечо Эммета, а другой за его рубашку. Ее ручки были слишком малы, чтобы обхватить его за шею. – Посмотйи на меня, мамотька!!! Я тепей бойшая деватька, - захихикала она и замахала руками женщине, которая вытирала нос ребенку чуть постарше, своему сыну.
- Дорри!!! Дорри, милая, не надо беспокоить людей! – выдохнула мать, становясь рядом со своим вторым ребенком. Она взяла его за руку, а свободной рукой смущенно прикрыла лицо. – Простите меня! Я так виновата! Обычно она очень тихая и хорошо себя ведет! Простите, что она потревожила вас, - слова стремительным потоком лились из уст смущенной матери, пока она переводила взгляд с меня на свою дочь и на Эммета.
- Это моя вина, - сказала я. – Я предложила ей прокатиться на этом большом мишке, - добавила я, кладя руку на его плечо. Руку защипало от тепла его тела, которое начало тут же просачиваться сквозь ткань рубашки в мою ладонь.
- Оу…- сказала мать Дорри, явно смущенная своей эмоциональной речью. – Ну…вы двое наверняка хорошо справляетесь со своими собственными детьми, раз смогли так подружиться с Дорри всего за несколько минут. Обычно она очень тихая, - добавила она, и теплая материнская улыбка засияла на ее лице, когда она взглянула на Дорри, которая все еще сидела на плечах у Эммета и, высунув язык, махала с высоты своему брату.
- Эммм…да….ну, мой Эммет как американские горки для детей, - сказала я после нескольких секунд тишины. Мы оба были ошеломлены ее словами. Почему люди думают, что мы женаты и у нас есть дети?
- Ну да, я вижу, - мягко рассмеялась мама Дорри, глядя на то, как хихикает ее дочка, пока Эммет раскачивает ее.
Краешком глаза я заметила, что ее сын дергает ее за платье и широко раскрытыми глазами, полными страстного желания тоже так покататься, глядит на свою сестру.
- Что такое, милый? - спросила она, наклонившись, и мальчик что-то прошептал ей на ухо.
Когда она выпрямилась, я заметила проступивший на ее щеках румянец. Она переводила взгляд с сына на дочку.
- Эй, хочешь тоже так? – спросила я до того, как успела сделать это мама Дорри. Я знала, что ей будет неловко просить Эммета, незнакомца, покатать на плечах ее сына.
- Да, пожалуйста, - глядя на Эммета и улыбаясь, прошептал мальчик. В его зубах была дырка, значит, недавно он потерял молочный зуб.
- Эй, Дорри, не хочешь побыть со мной, пока твой братик будет кататься на большом мишке? – спросила я, когда она чуть-чуть приуныла из-за того, что придется покидать Эммета. Я слишком хорошо знаю это чувство. Мне ту же вспомнилось, как он держал меня в объятиях всю ночь, утешая и успокаивая.
- О! Это очень мило с вашей стороны, но мне нужно зарегистрировать нас…- сказала их мама, указав на стойку ресепшена. Там уже стоял работник отеля с бланком в руках, который нужно было ей подписать, и приветливо улыбался.
- Мы поразвлекаем их, пока вы не вернетесь, - чуть смущенно сказал ей Эммет и, передав мне в руки Дорри, наклонился за ее братом. – А тебя как зовут, здоровяк? – спросил он у мальчишки, который крутился у него на руках.
- Макс, - улыбаясь, ответил он.
- Останься, - повторяли Дорри с Маком, глядя на маму.
- О, я не знаю… - сказала она, переводя взгляд с детей на уже немного нетерпеливого администратора.
- Мы будем здесь, - мягко сказала я ей и стала укачивать Дорри на руках, пока она играла с моими волосами.
- Спасибо, - сказала она и пошла к стойке, регистрировать себя и детей.

Emmett POV

- Так больно!
- Знаю. Я сейчас просто в агонии, клянусь!
- Не надо было столько есть!
- Не надо было столько ходить!
Мы с Роуз пререкались, лежа на диване. У Роуз болели ноги, а у меня переполненный желудок. Ну зачем я настоял на десерте? Но что еще более интересно…как Роуз умудрилась съесть столько же, сколько и я, и не пожаловаться после этого ни разу? Она уникальна!
- Да пошло все! Пойду, сделаю ванночку для ног, - побеждено сказала Роуз и медленно поднялась с дивана. Когда она встала на ноги, то вздрогнула.
- Хорошая идея, Бэмби. Они выглядят немного отекшими, - сказал я, поморщившись при виде ее вспухших, натертых красных ног.
- В любом случае, оно того стоило, - мечтательно улыбнулась она, наверняка вспоминая сотни потрясающих машин.
- Да, это точно, - согласился я, не раскрывая своих причин.
Я смотрел, как она ковыляет в ванную, и думал, как же мне хочется хоть как-то облегчить ее боль. Ну, хоть поменяться с ней ногами, что ли, пока ее ножки не перестанут болеть. Хотя…она тогда будет похожа на Франкенштейна.
В ожидании Роуз я от нечего делать выбивал пальцами на ноге какой-то незнакомый ритм. Мне так хотелось ей помочь. Но не мог же я пойти к ней и спросить «Тебе нужна помощь с ногами?»…Это было бы очень странно.
Мое внимание привлекла сумка, которую я таскал с собой целый день. Теперь она валялась около двери, где я бросил ее сразу после того, как мы вошли в номер. Моим главным приоритетом в тот момент был диван, на который мне не терпелось завалиться. Но до этого я, разумеется, удостоверился, что с Роуз все в порядке. Интересно, может, там и завалялась что-нибудь сладенькое? Может, я что-то не успел схомячить?
Я поднялся с дивана. Теперь в моей голове была только одна картинка: сладости. Они будут моей наградой за то, что я смог встать и сделать несколько шагов. Если в сумке их не окажется…что же, значит, Карма решила вернуться и укусить меня за зад. Ведь я провел весь день с Роуз…должна же удача когда-нибудь отвернуться от меня.
Открыв сумку, я вытащил несколько предметов, что стояли между мной и моими драгоценными конфетами: фотик Роуз, на который я целый день снимал ее с машинами, и мой. На мой фотоаппарат я целый день снимал только ее. Несколько кадров вспыхнуло в моем мозгу. Как она заказывала нам гамбургеры. Как наклонялась над стойкой, сосредоточенно сдвинув брови и размышляя, какой соус нам взять. Я вспомнил еще один момент сегодня. Она шла впереди меня, и когда завернула за угол, то ветер резко подул Роуз в лицо, отчего на ее губах заиграла удивленная улыбка, глаза заблестели. В тот момент, когда ее волосы развивались позади нее, Роуз была похожа на супер модель на фотосессии.
Я покачал головой, пытаясь выкинуть эти изображения из головы, пока не сделал чего-то глупого и, например, не набросился на нее в ванной или не начал укачивать фотик, прижатый к груди. Посмотрим, как она тогда будет улепетывать от тебя, здоровяк.
Затем я вытащил из сумки обертки от конфет и упаковки от фастфуда, которым мы сегодня с Роуз в основном питались. И наконец нашел Диснеевский пакет, в котором лежало мое самое ценное имущество – мягкая игрушка Бэмби. Роуз любовалась Фордом Кугуаром и вздыхала над ним, попутно спрашивая у работника выставки, который представлял эту модель, миллионы вопросы о тачке, на которые он изо всех сил старался ответить. Это дало мне возможность некоторое время потаращиться на стенд Диснея, который был размещен здесь же, в выставочном павильоне. Как только я увидел маленького олененка1 в разделе мягких игрушек, то тут же понес его к кассе, бережно сжимая в руках. Я чуть не зарычал, когда увидел, как какой-то идиот, стоящий возле кассы, грубо схватил его и засунул в сумку. Не устраивай сцену, только не перед Бэмби, подумал я и усмехнулся про себя через секунду, когда в голову пришла мысль: а какого или какую Бэмби я имею в виду?
Сердечки!2
Я еле сдержался, чтобы не вскинуть руки вверх, когда нашел один единственный, чудом уцелевший пакетик моих любимых конфет на дне сумки. Яркая желто-бело-пурпурно-зеленая упаковка сверкала на черном фоне моей сумки. Думали, спрячетесь от меня? Глупенькие!
Я быстро положил обратно в сумку фотик и Диснеевский пакет и присыпал его обертками и пустыми упаковками. Выброшу, когда приедем домой.