//twilightmovie.ucoz.com - сайт о вампирах. Дневники вампира; Настоящая кровь; Сага Сумерки - Форум

Джин.

Это была самая тяжелая ночь в моей жизни. Еще никогда у меня так не болела голова, но было все равно. Я думала о Латсе. Вот угораздило!
Вчера мартини и мягкого дивана нам с Анькой оказалось мало, и мы поперлись в русский караоке - бар. Спели дуэтом «Каааак упоииииительны в Россиии вечерааааа», а потом раздавали налево и направо свои номера телефонов. Кто-то даже обещал сделать меня суперзвездой, но я лишь вежливо улыбнулась. Ага, прямо сейчас на сцену. Я как раз в форме!
В пять утра мы были дома, и разделились. Анька, слабая по жизни в этом тяжком деле - к унитазу, а я в душ. Работа. Работа!!! Черт!!! А мысли о другом. И имя этому иному - Келлан!!!
На студию я приперлась в очках ( ага! Когда на небе тучи, что редко бывает в этом городе ) и с ясной целью не показываться Латсу на глаза. Я не хотела выяснения отношений, а расставания я бы тупо не выдержала.
У моих коллег настало время обеда, а лично для меня – время ныкаться. Я чуть в обморок не упала, ожидая, пока чертова машина соизволит выдать мне кофе. Ну, и оборачивалась я, естественно, каждую секунду. Паранойя.
И, похоже, кофейный автомат, так странно изменивший мою жизнь неожиданным знакомством, снова решил мою судьбу.
- От кого прячешься, Джин? – прозвучало негромко за моей спиной, но каждое слово четко обозначилось в моей голове. Этот голос я узнаю из миллиона…
Я резко обернулась, не поднимая глаз выше его подбородка. Так, важно сохранить трезвый ум и сообразительность. Может, обойдется?
- Спасибо. Ты не ответила, – сказал Латс, отбирая мой кофе. Подлец, ух, подлец! И я не о кофе.
-Я..Я? Ни от кого! Тут очень живописный вид ! - черт… Кажется, я так и не сохранила жалкие остатки своего мозга…
-Ага, хороший вид на биотуалеты, – саркастично заметил Келлан, и я не могла ничего сделать. Только, чтоб не покраснела, только, чтоб не покраснела!! Я мааааленький незаметный вампирчик….
-Ну, ты чего? Думаешь, я брошу тебя из - за вчерашнего? И не мечтай! - Я слышала это? Или у меня глюки? Я рискнула посмотреть на него, и не прогадала. Он подарил мне ту улыбку, которую я любила в нем. Не ту, что так часто мелькает на фотографиях, не касаясь глаз, а ту, что заставляет делать поступки, совсем безумные и не типичные для меня.
- Правда? – все же переспросила я, сделав осторожный шаг. Ну, честное слово, как ребенок! Глупый, влюбленный ребенок.
- Правда - правда, – подтвердил Келлан и притянул меня к себе. Боже мой… Дай мне супер – мега - фотокамеру, что останавливает время…
И я ринулась навстречу к нему так наивно, в чем-то даже наигранно. Прямо, как лет в пятнадцать, когда впервые поцеловалась. Магия, черт возьми, магия.
-Латс! Где, твою бабушку, тебя носит! – бушевал режиссер, и я скрылась за ближайшим трейлером. Ветки, пусть и бутафорские, больно впились в руку, но выхода не было. Работа, она и Африке - работа, потеряешь – фиг найдешь. Я закусила губу, пытаясь вернуть ощущение поцелуя, но оно пропало. А мне его все мало и мало.

Все события прошедшей недели, связанные с Латсом, я не могла не сравнивать с отношениями с моим первым парнем. Все было так же наивно, так же красиво и так же прекрасно. Я не знала, что будет дальше, но мне было плевать. Пока. Пока все хорошо.
А потом мы сыграли… Проиграл он, но мне казалось, что выиграла я зря. Случилось так, что мне хотелось проигрывать снова и снова… Любовь летает в воздухе, любовь, черт возьми.
Вам приходилось просыпаться утром, улыбаясь, еще не зная от чего? И то щемящее чувство открытия загадки радует тебя, ведь ты знаешь – вспомнишь все и станешь еще счастливее. Такое со мной было лишь однажды, когда я впервые проснулась в Америке. И вот сейчас. Та же Америка, и совершенно новая я. И я вспомнила… Его поцелуи, как горячая лава, захлестнули меня, я отчаянно пыталась бороться с искушением. Но… Я не могла больше отбиваться от его могучих, таких родных рук. Жар от его тела передавался и мне. Еще немного, и я бы расплавилась, как золото в печи. Я выгнулась всем телом навстречу ему и мозги мои покинули родные места. Я не чувствовала ни стеснения, ни стыда, только исступленную жажду любви. И только он смог меня напоить! Со стороны мы напоминали танцующих дикий танец туземцев. В страсти Келлан был прекрасен! Он неистов в своем необузданном порыве, в своих первородных инстинктах – настоящий красавец и поглотитель женских душ!
Во сне я всегда мерзну, даже летом. И утром, едва очнувшись от дремы, тянусь к одеялу. Но сейчас покрывало было в поле моего зрения, но дотянуться до него было весьма проблематично. Между мной и им лежало могучее тело Келлана Латса. Нет, честно, я бы им любовалась дольше, но мерзнуть не хочется. И я тихонько стала тянуться к спасительному одеялу…
-А куда это мы тянемся? – только и услышала я, и в следующую секунду оказалась под Калленом, глупо улыбаясь, а он был серьезен, как на допросе. Забавно.
- Ты меня придавишь, чудовище! – счастливо засмеялась я.
Я еще никогда столько не целовалась за одно утро. Мы выходили из квартиры, мы останавливались на светофоре и все это время дарили друг другу. У меня даже губы опухли. Какое безобразие!
На площадку, конечно, мы пришли раздельно. Но, похоже, я была слишком счастлива, ведь почти каждый спрашивал у меня про глупую улыбку на лице. А я просто отговаривалась: «Секрет».
- Латс сегодня, как будто передоз счастья! – услышала я краем уха от Кетрин, нашей гримерши. Пусть этого никто не видел, но я смущенно улыбнулась. Вот оно, самое непознанное чувство на земле!

Оказывается, быть счастливым так просто. У меня есть все.
Работа, в которой я успешен. Но благополучен настолько, насколько мне нужно. За мной бегают, э - э, ну, по пять папарацци точно, сниматься мне пока не надоело, и получаю я прилично. И это хорошо!
У меня есть друзья, которые принимают меня таким, каким я есть. Они те, на кого я могу положиться: понимающие, ведь сделаны из такого же теста. Это важно.
А теперь у меня есть девушка, затронувшая мое сердце. Джин нравится мне, как никто другой. Она иная. Это необычно.
Лежать и смотреть на нее, спящую, казалось, привычным делом. Во сне Джин милая, совсем ребенок. М-да, никто никогда не догадается, чем она занималась всего - то пару часов назад.
Джин зашевелилась, пытаясь укрыться от солнца. Черт, сейчас проснется. А что я? Я сплю.
Тихие движения Джин, ее запах и мягкие, пусть и случайные прикосновения. Черт. Я себя не контролирую.
-А куда это мы тянемся ?- сказал я, притянув Джин к себе. Моя и только моя. Навсегда. И пусть только Бог нас рассудит.
- Ты меня придавишь, чудовище! – залилась смехом Джин, а я не мог не ответить. Не знаю, что между нами, но мне это нравится.
Я точно чудовище, Джин не ошиблась сегодня утром. Едва она оказывалась слишком близко, я чуть ли не кидался на нее, и: целовал, целовал, целовал… О том, что целый день мне придется делать вид, что мы всего лишь знакомые, я старался не думать.
Сегодня был последний съемочный день, и все были на ушах. «Стань так», «дай поправить», «Да не вертись ты!»… А я, как дурачок, улыбался во все тридцать два, то и дело высматривая в толпе Джин. Не знаю, почему, но от моего взгляда она краснела.
-Ну, что ж, наконец - то закончился этот ужас. Мы все свободны! Но я рад, что мне пришлось работать с вами! Тут кто - то нашел друзей, я, например, а кто - то и нечто большее, – горланил я, кивая в сторону Роба - Так что - за нас! Мы теперь не вампиры! УРРРРЯЯ!!!!!!
Наша неугомонная шестерка традиционно собралась в уже закрытом баре «Secret». Было трудно поверить, что все это случается в последний раз. А - ля выпускной, только в кинематографе. Море пива, танцы и разговоры « А помнишь...». Черт. Я буду скучать за этим.
Но больше всего грустила Кристен. Теперь скрываться ото всех нашей парочке будет сложнее. Удачи, дорогие. Я люблю вас.
Но теперь у меня была целая неделя перед самолетом в Нью-Йорк. Чертовы церемонии. Чертовы расставания! А нужно еще Джин сказать.
Она открыла сразу же. Сегодня пятница, вечер. На ней огромная теплая толстовка и ведро шоколадного мороженого¬.
-Э-м-м... Чем занимаешься? – спросил я, заранее зная ответ.
- Фильм смотрю. Крестный отец. Всегда хотела посмотреть. Б-р-р-р-р.
- Тогда, я буду тебе закрывать глаза в страшные моменты.
Второй фильм легендарной киноленты мы досмотрели уже часов в одиннадцать. Ага. Джин в правильной кондиции.
Пора раскрывать карты.
- Джин?
- М-м-м? – промычала в ответ Джин, не открывая глаз. Отлично.
- Через семь дней я улетаю на две недели в Нью-Йорк.
- У-у…, - протестующе помотала пальцем Джин, - я не хочу, чтоб ты уезжал.
- Я тоже.
Джин резко открыла глаза.
-Ну, тогда… Чего время терять?!
Черт. Она гений.

Не буду описывать, как прошла та неделя. Но было все. И страсть, и романтика, и просто минуты молчания. Джин каким - то чудом вымолила отпуск. Целого города казалась мало, и мы, то и дело, ездили куда - то. И она мне не надоедала. И тут я понял. Я пропал.
Аэропорт – место прощания. Ненавижу. Кто - то целовался, кто - то плакал, а кто - то капал другому на мозги. Мы же просто стояли, соприкоснувшись лбами.
- Я позвоню…
- Я знаю.
- Две недели не так уж и много.
- Много.
- Я буду звонить
- Я знаю.
Наш разговор шел по кругу, а мы и не замечали. Так прошли полчаса, а потом объявили мой рейс. Черт.
Я не знал, что говорить. Но мое сердце впервые сжалось так сильно, и стало больно. Не могу определить, что же это такое. Но мой инстинкт самосохранения говорил – уходи быстрее…
-Ты опоздаешь.
-Точно, - я в последний раз поцеловал ее. Долго, нежно, так, чтоб она запомнила и поняла без слов.
- Я буду ждать.
И я ушел. Ненавижу Нью-Йорк. Ненавижу прощания.