Глава 13. Зарождение коварного плана. Проснувшись от солнечного света, потоками вливающегося в комнату, я сладко потянулся. Как хочется ни о чем не думать, абсолютно ни о чем! Как ни странно, я люблю утреннее время, когда еще рутина и проблемы не успели залезть обратно в мою голову.
Потянувшись в обе стороны, одной рукой я задел бокал, поставленный ночью на прикроватную тумбочку. Толстое стекло со звоном ударилось о бутылку. Никки! Я резко обернулся на спящее чудо рядом со мной: она оставалась лежать неподвижно, улыбаясь, как ангел, во сне. Прекрасная завораживающая улыбка. Но, тем не менее, улыбку Кристен я ничем не могу изгнать из своей памяти, такую по-детски радостную, с прыгающими чертиками в уголках глаз.
- С добрым утром, - Николь открыла глаза и натянула одеяло до подбородка.
- С добрым. Согрелась? – Ночью, когда жар объятий стих, а виски больше не лезло в горло, Рид одела мою домашнюю олимпийку и так и уснула в ней.
- Угу, - Никки перекатилась ближе, положила голову на мое плечо, а ладонь – на мою грудь, - Сколько мы выпили?
- Всего полбутылки, - ответил я весело, кинув быстрый взгляд на тумбочку и примечая, что моя голова совсем не болит. – И моя четверть рвется наружу.
Поймав ее за руку, пальчик которой уже пятый раз закручивал мою грудь в невидимую спираль, я встал, повернувшись к кровати спиной, и одел боксеры.
- Я в душ, - все еще не оборачиваясь, не хотел встретиться взглядом с Николь, я мигом скрылся за дверью.
Заглянув в мои глаза, Рид тут же поняла бы, что ночь с ней не заменит мне объятия Кристен.
Струями горячей воды я смывал с тела запах чужой женщины. Как Никки ни старалась, а я ей за это безмерно благодарен, она все равно оставалась для меня чужой. Привлекательной, нежной, доброй, но чужой девушкой, с которой меня связывал, помимо дружбы, страстный и горячий секс. Мы никогда не были родственными душами, как с Крис…
Одна за другой в мое сознание врывались неприятные мысли о Стюарт, отзывающиеся тупой болью в моих мышцах и суставах. Меня ломало от неразделенной любви.
До самого тяжелого момента признания я, как последний дурак, надеялся, что Кристен одумается и опровергнет все слухи о ней и Паттинсоне, но она поступила, по ее же словам, как «велело ей сердце»: просто перечеркнула все, что было между нами, стерла из памяти тот факт, что я был ее первым мужчиной. Мое же сердце в ту самую минуту раскаяния Крис разбилось на тысячи микроскопических осколков, каждый из которых тут же затерялся в венах, распространяясь по всему организму, и колол острыми краями мою потерянную душу.
- Майкл, - я услышал, как Николь босыми ногами зашла в ванную, - можно к тебе?
Произнесла она это с большой осторожностью, вся ее игривость и уверенность в собственных силах испарилась с последней каплей выветрившегося алкоголя.
- Нет, я хочу побыть один. – Я не хотел ее обидеть, но и не желал ее искренних стремлений в мою сторону. Я боялся почувствовать на себе чью-то любовь, сторонился отношений, и этот ход событий Никки не в силах была изменить.
- Я только за халатом, - надрывные металлические нотки послышались в голосе Рид. Взяв свой халат с крючка, она с силой хлопнула дверью.
Почистив зубы и отгоняя прочь невеселые мысли, я вернулся в спальню. Николь с озабоченным лицом сидела на постели и покусывала надутые губки, будто обдумывала сложнейшую для себя задачу.
- Если ты не видишь... Или не хочешь замечать, то я все понимаю, я не дура. Майкл, мне необходимо кое-что тебе сказать. – Ник жестом показала на место рядом с ней, я присел и приготовился услышать любовные излияния. После этого разговора мы вряд ли останемся любовниками.
- Если ты по-прежнему любишь Крис, то этот контракт… - Рид глубоко и тяжко вздохнула.
Контракт? Смутное воспоминание о сюрпризах вчерашнего вечера с молниеносной скоростью превращалось в колкую правду жизни – этот мерзавец обманывает мою любимую женщину и все это закреплено юридическим документом!
Эта мысль вызвала новый прилив ярости в моем теле. Я вскочил с кровати как ужаленный.
- Сядь. Давай обдумаем все трезво. Что ты хочешь от Кристен? – Немного подумав, Никки добавила, - Ты ее любишь?
- Да. Прости, Ник, но я до сих пор ее очень сильно люблю. Если для нее это была юношеская влюбленность, как она трубила в каждом интервью перед свадьбой, то у меня к ней было зрелое отношение, были планы на будущее. Ты же сама все видела собственными глазами.
- А кто я для тебя?
Вот то, что я боялся услышать, прокручивая в душе множество вариантов ответа, но не находя ни одного достойного и подходящего.
- Ты мой спасательный круг, Никки. – Я говорил медленно, с каждым словом пытаясь определить, не запустит ли она сейчас бутылку виски в мою голову, и спиной собирался отгородить ее от злосчастной тумбочки. Лучше уж избей меня тем, что первое под руку попадется, - подушкой. «Когда Рид злится, лучше рядом не находится» - настоящий лозунг знали все на съемочной площадке. Но при этой ее особенности я не знал более жизнерадостной девушки на свете. – Без тебя я бы сейчас не стоял твердо на ногах, мучительную депрессию ты останавливала всего лишь одним своим приездом. Я мог разрушить карьеру своим пьянством, но ты вытаскивала меня на все презентации, концерты и мероприятия. За это я тебе очень благодарен. Я отношусь к тебе как к самой близкой подруге, и меня тянет к тебе как к женщине…
- Тогда спасай свою Крис, пока не поздно! Она уже беременна! – эти слова Рид бросила как вызов, прервав меня на полуслове.
- Беременна? Со свадьбы ведь прошло всего два месяца. Ну, Паттинсон и шустр! – Я стукнул кулаком по матрасу. – Но что я могу сделать?
- Ты готов стать ее мужем, когда Стюарт останется одна, и быть отцом детей Паттинсона? – Этот вопрос я не ожидал услышать, я все еще не мог поверить, что замужество Кристен было фиктивным, и их отношениям была грош цена. Только позавчера все СМИ разом обсуждали фотографии папарацци, сделанные на выходе из гинекологического центра. А уже вчера Роберт в одиночку сделал официальное заявление.
- Детей?
- Да, ты правильно услышал – у них будут близнецы. Только это пока тайна – Кристен хочет до последнего не объявлять об этом в прессе. Даже Роб еще не в курсе: она считает, что он тут же проболтается. Я тоже очень люблю Крис, поэтому не желаю ей такого «счастья». Нужно не сидеть на месте, Майк, ты должен что-то сделать!
- Что сделать? Взорвать студию Summit? – У меня не было ни одной стоящей идеи в голове, которую я на автомате схватил обеими руками. Мне казалось, что так легче думается.
- Помнишь диск, который ты хранишь за семью замками? Ценный фильм с обнаженной Стюарт в главной роли?
Эта позорная сцена в моей биографии известна только лишь Рид.
Злость переполняла меня, когда Крис сразу же после своей свадьбы прилетела разорвать со мной контракт на экранизацию книги «Люблю твои воспоминания» писательницы любовных романов Сесилии Ахерн. Видите ли, Паттинсон и Summit решили, что Кристен не может сниматься в других любовных историях, пока не стихнет ажиотаж вокруг их бракосочетания, а в особенности, в экранизациях со мной в главной роли. Съемки фильма отменили насовсем, отсутствия Кристен Стюарт продюсерский бюджет не выдержал бы. Я остался без внушительного гонорара и без единого предложения со стороны других режиссеров. Кризис повзрослевшего актера.
При встрече Крис зачем-то потянулась поцеловать меня в щеку, но я по привычке повернулся к ней, и ее губы слегка коснулись моих. Поцелуй длился всего секунду, Стюарт засмущалась и стала судорожно курить, по ходу рассказывая забавные истории со съемочной площадки фильма «Runaways». Я же затаил дыхание и не мог сосредоточиться на ее словах, слишком трудно держать себя на расстоянии после стольких бурных и бесшабашных ночей, мышцы напряглись и застыли. Нужно покурить, нужно глубоко вдохнуть никотиновый дым. Давай, Майки, и тебя сразу отпустит!
После того, как с нашим союзом даже в актерской среде было навсегда покончено, я почувствовал огромную дыру где-то в области сердца. В глазах Крис я увидел жалость ко мне, когда она предложила мне отметить встречу и благополучное завершение несостоявшейся сделки парочкой безалкогольных коктейлей в баре ее отеля. Я стиснул зубы и принял приглашение.
Как зомби ведомый жаждой плоти, я следовал, ведомый жаждой безрассудной мести, за служебной машиной Крис в своей белоснежной Ауди от студии до подъезда гостиницы.
Когда после нескольких выпитых бокалов Мохито без рома и парочки душещипательных рассказов о необычайно красивой церемонии Кристен отлучилась в туалет, в моем затуманенном желанием обладать этой девушкой мозгу моментально созрел план. В бардачке автомобиля было сильное снотворное, которое утром я забрал для матери из аптеки, а в багажнике лежала видеокамера: любительская съемка стала моим хобби в последнее время. Соединив оба этих факта, я с твердым намерением совершить задуманное метнулся к машине. Едва успев подсыпать порошок в новую дозу напитка Крис и спрятать камеру на полу у стены за своим креслом, я заметил возвращающуюся Стюарт.
Я с трудом отвечал на ее вопросы, полностью сосредоточившись на содержимом бокала Крис. Вот оно, дно! Уже совершенно не слушая женскую болтовню, я уставился на стрелки часов. Сославшись на усталость, Кристен, наконец-то, поднялась и, делая неуверенный шаг, тут же оступилась, еле удержавшись за край столика. Действует! Подлетев к ней, я предложил проводить до номера, Крис вяло, без сопротивления, взяла меня под руку. Прощаясь наскоро и закрывая за собой дверь, я умышленно не захлопнул щеколду. Все остальное – дело техники!
