Эпилог. Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо алыми красками, он впервые в своей жизни видел по-настоящему багряный закат, кровавый диск неспешно уходил с небосклона. Воздух, раскаленный до предела, поднимался над землей, все кругом было таким зловещим, от чего становилось не по себе. Одинокая машина, стоящая на обрыве, выбиваясь из привычного знойного летнего пейзажа. Он стоял, облокотившись на капот автомобиля, и смотрел в даль, прекрасное зрение позволило выхватить из череды мелких деталей те, от которых в груди зарождался крик, которые сдавливали каменное сердце в тисках совести.
- О чем ты думаешь? – осторожный шепот раздался позади ищейки.
- О том, что сказала Ингрих, - он неохотно отвел взгляд от замка и кострища неподалеку от него, там, среди золы и пепла, теперь покоился прах его семьи. – Она была права…
Ищейка оглянулся, когда на его плечо легла рука девушки, в ее бездонных темных омутах глаз плескалось отчаяние и горечь, она была подавлена, разбита, даже сломлена, от этой картины стало не по себе. Охотник прижал вампирессу к себе, его пальцы осторожно очертили овал ее лица, но красавица не улыбнулась, как делала это прежде, лишь во взгляде появилось нечто теплое и трепетное, смешанное все с той же болью утраты.
- Я буду желать смерти и никогда не позволю себе умереть… - мрачные мысли не давали Деметрию покоя, но он боялся озвучить их вслух, он не хотел причинять ей боль, она и так не скоро оправиться от той потери, что они понесли сегодня.
- Я как будто до сих пор слышу их крики, Дем.
- Как бы я хотел все исправить, но это не в моей власти.
- Ты ведь не оставишь меня? – она крепко обхватила его руками, как будто хватаясь за спасительную соломинку, пряча лицо у него на груди, девушка прошептала. – Давай уедем, куда угодно, только подальше отсюда, я не могу здесь находиться… не могу.
Вампир нежно гладил ее по спине, пытаясь успокоить, то, как страстно она искала его поддержки, выбивало почву из-под ног, он вновь и вновь вспоминал слова румынки.
- Я ни за что не оставлю тебя, - Дем закрыл глаза и мысленно добавил. – Как бы ни была высока цена моей любви к тебе, я заплатил ее сполна.
