//twilightmovie.ucoz.com - сайт о вампирах. Дневники вампира; Настоящая кровь; Сага Сумерки - Форум

Да, действительно к чему бы это!!!
Спасибо еще раз!!!! С нетерпением жду продолжения, так хочется, чтобы все были счастливы!!!

Бедная моя Белла!
Слишком рано я привез ее к оборотню. Она еще не готова и еще больше расстроится. Но я не мог иначе…
Какого черта здесь забыли эти подхалимы Аро?!
Белле действительно лучше их не видеть. Она до сих пор помнит ужас, случившийся со мной по вине Джейн. Когда от одного взгляда этой маленькой дряни меня скрючило на каменном полу круглого зала Волтури. Я слышал, как Белла кричала, умоляла прекратить меня мучить! Сквозь почти невыносимую боль я все слышал и готов был убить Джейн не за то, что она создала для меня иллюзию боли, а за то, что Белле пришлось пережить все это, увидеть собственными глазами!
Моя Белла…
Сколько же горя ты перенесла из-за меня!
Я оставил машину – мой предсвадебный подарок Белле - возле ее дома, а к себе помчался на своих двоих.
Полон злости и нескрываемой ненависти, я вбежал в дом.
В просторной гостиной, отделанной по совершенному архитектурному вкусу Эсме, собралась вся моя семья… и не только.
Все взоры нацелились на меня, как только я переступил порог собственного дома. Особенно взоры незваных гостей. Должен отметить - не совсем приветливые.
- Джейн. Феликс, – поздоровался я, бросив по хмурому взгляду на каждого из них.
- Здравствуй, Эдвард, - промурлыкала Джейн.
- Что вы забыли у нас дома?!
- Ну что ж ты такой неприветливый?
- У меня нет причины вас приветствовать.
Карлайл с очень напряженным лицом подошел ко мне и по-отцовски положил руку мне на плечо:
- Сынок, послушай, что скажут наши нежданные гости. У них действительно есть, что сказать.
Я, как всегда по привычке (точнее, неотъемлемой части моей сущности) - прежде чем услышать что-то еще из уст родных или чужаков, первым делом просканировал их мысли.
К моему ужасу самым громким словом, кричащим в головах всех присутствующих, оказалось - «война». Точнее – ВОЙНА. Огромными буквами и жирным шрифтом.
Моя семья напугана – все без исключения, даже силач Эмметт! И я впервые вижу, чтобы мой отец - со всей его многовековой выдержкой! - выглядел так подавленно и до крайности печально.
Какая, к черту, война?! Если Аро объявил Калленам войну, то я в упор не понимаю, почему. К Белле это не может иметь никакого отношения. Мы пообещали сделать из нее нам подобную, а о сроках никто ничего не говорил. Даже не поднимался этот вопрос! Хотя, помнится, Аро многозначительно так намекал, что к следующему их визиту надеется увидеть Беллу другой. Но… Неужели это и есть тот самый визит? Так скоро… Мы ведь не ждали их так скоро!..
Хорошо, что Белла сейчас в резервации. Как бы там ни было, и как бы я ни относился к сопернику, он – единственный (кроме меня, конечно), кто по-настоящему способен ее защитить. Да я должен быть счастлив, что мой конкурент – не Майкл Ньютон или Тайлер Кроули!
Если Джейн сунется в Ла Пуш… жаль, меня не будет рядом, когда оборотни превратят ее в сотню еще более маленьких Джейн! Пусть попробует повоздействовать сразу на всю стаю… И даже Феликс этой дряни не поможет. На самого сильного бойца Вольтури за глаза хватит Джейкоба с Сэмом.
Но сейчас их здесь, к сожалению, нет. А мне предстоит по-настоящему нелегкий разговор с Джейн - если это то, о чем я подумал.
Она не посмеет применить свои садистские способности здесь, иначе моя семья это так не оставит. Волтури сейчас - не на своей территории. И не имеют права делать все, что вздумается!
- Эдвард, ну что же ты замолчал? – детский мурлыкающий голосок Джейн вывел меня из раздумий. - Мы пришли с миром.
- Что-то мне не верится, - гневно бросил я в ее сторону.
- Ты можешь нам не доверять. Но смею тебя заверить, о, разозленный талантливый Эдвард - наш визит не касается твоей девчушки… как ты уже успел, наверное, подумать. ПОКА не касается.
Джейн нарочно сделала ударение на этом слове. Значит, если не «пока», то вне всяких сомнений - позже. И я боюсь даже представить, сколько Аро отвел в своих планах Белле человеческой жизни!
Я еле сдерживаюсь, чтобы за яд, выплюнутый из уст ангельского личика, не отделить от Джейн ее маленькую головку! Как же я ненавижу эту светло-русую копну шелковых волос - собранных, как всегда, в самый аккуратный пучок!
Какое Волтури имеют право решать за меня?! И за Беллу?!
- Ну не злись – мой тебе совет. Когда захочешь узнать о причине столь скорой встречи после тех недавних забавных событий… помнишь, в моем родном городе при участии многоуважаемой Элис, твоей человеческой игрушки и тебя самого? Так вот, когда тебе станет интересно - спроси обо всем своего отца. А нам пора. Феликс.
Вампир немедленно отреагировал на ее зов - будто на пульте дистанционного управления нажали кнопку, отвечающую за движения безмозглого запрограммированного робота. А Феликс выглядит именно таким роботом. И все окружение Аро, Маркуса и Кая не подходит ни под какое другое определение. Разве что – «рабы».
Лишь любимчики вампирского владыки Джейн и Алек могут позволить себе некоторые вольности поведения - даже в присутствии своего хозяина. Они знают, что их способности слишком ценны для Аро, и он может простить им мелкие шалости. Остальные же - как и присутствующий здесь Феликс - готовы к любому унижению, но никогда не ослушаются своего господина.
Глядя на них, нельзя испытать ничего, кроме жалости. По-настоящему жалкое зрелище, когда кто-то кем-то настолько управляет. Но по-другому младшие Волтури не смеют себя вести - они знают, что означает попасть в немилость к троице в черных плащах.
Свита Волтури вечно живет в подчинении и страхе. Возможно, со временем они в некотором роде побороли его, привыкли. Ко всему можно привыкнуть - рано или поздно. И теперь слуги Аро даже гордятся тем, что они - часть могущественного клана с величественным названием «Волтури». Градоправители очаровательного города Вольтерры.
Пожалуй, турист, посетивший один из древнейших городов не менее древней, вызывающей уважение к своей культуре стране Италии, скажет вам, что архитектура и устройство Вольтерры могут по-настоящему перенести вас - будто на машине времени - на несколько сотен лет назад. Тогда европейским миром правила средневековая инквизиция, а подчинялись ей слепые короли и запуганные эшафотами чиновники и подданные.
Но у вампиров по всему миру этот красивейший в своем великолепии город не вызывает ничего, кроме нежелания говорить о нем вслух и вспоминать его настоящих правителей. Подмяв под себя всех ныне живущих вампиров и самопровозгласив над ними свою собственную, не подлежащую обсуждению и оспариванию, безоговорочную власть, Волтури создали практически нерушимую империю подчинения и послушания. А для всех непокорных существует лишь один приговор – смерть…
Джейн с Феликсом скрылись за дверью дома, и мои родные заметно расслабились.
Я успел обратить внимание на одеяние только что присутствовавших здесь гостей. Неизменные черные плащи - лишь чуть светлее одеяния троицы владык. Пафосно до боли, но смеяться не тянет. А держится эта униформа клана на застежке с гербом Волтури. Единственное украшение - но выполненное ювелирных дел мастером наивысшего класса. Величественная буква «V» - в витиевато отделанном золотом обрамлении причудливого узора с рубиновым навершием в виде капли. А вот что именно означает этот камень, я задумываться не стал. Я и так это знаю.
Но что самое странное... Эти двое прибыли в нашу страну, пользуясь услугами воздушного транспорта. И одеты при этом были как обычные люди. На Феликсе - джинсы и джемпер. На Джейн: кокетливый джинсовый костюм со стразами… только детского размера. Я успел отметить на пуговице надпись «Valentino». Даже в одежде Волтури отдают предпочтение итальянским модельерам.
Так что плащи Джейн и Феликс нацепили на вполне цивильную человеческую одежду.
Я обратил внимание и на скудный багаж прихвостней Аро. Без сомнения, там - фальшивые документы и те самые черные плащи. Джейн и Феликс специально надели свою униформу перед входом в наш дом - я даже не сомневаюсь в этом. Этот атрибут власти их клана хорошо служит для устрашения тех, кто находится перед Волтури в данный момент. Или - для напоминания, кто здесь хозяин положения. В этом чувствуется почти самоличное присутствие Аро.
Зайди они в дом в обычной человеческой одежде, я бы еще мог вести себя с ними более снисходительно, но их внешний вид, как и все остальное – приказ Аро. Если визит его слуг касается какого-то важного дела, они всегда облачаются в свои плащи. Будь эти тряпки красного цвета, я бы назвал их плащами палачей.
Все дела, по которым Аро рассылает по миру своих преданных гончих, никогда не имеют под собой цели просто погостить. Всегда для визита младших Волтури есть весомая причина, а значит - они не расстаются со своими накидками никогда. Эту причину, которой не захотела лично поделиться со мной Джейн, я сейчас и узнаю от моей семьи.
- Карлайл, я тебя слушаю.
- У нас снова неприятности. И даже еще большие, чем мы могли предположить.
- Все так серьезно? Это как-то связано с Румынией?
- Это не только связано, а напрямую касается событий в этой небольшой стране. То, что там сейчас происходит - ставит на уши всю ее службу безопасности. Правда, безуспешно.
- Так почему же Аро до сих пор бездействует?
- Аро терпеливо выжидал, чтобы увидеть истинные масштабы беспорядков и понять, в чем их подлинная суть. Мы-то знаем, что это - дело рук Владимира, Стефана и их приближенных. Но теперь узнали и Волтури. Это - больше, чем восстание, Эдвард. Это - война, и победитель в ней будет лишь один. Трансильвания - если им удастся осуществить столь тщательно продуманный план, или же Вольтерра - если Аро найдет способ задавить восстание. Причем сделать это без шума и пыли, а в последнем я сильно сомневаюсь.
- А ты рассказал Джейн о письме, которое мы получили от румынов?
- Я показал его ей. Скрывать не имеет смысла. Тем более что в этом случае остаться в стороне мы не сможем, и никто не сможет. Грядет война, и кто из нее выйдет победителем - тому и править миром. Ты знаешь, что румыны давно утратили власть – еще когда в ХV-м веке Аро в присутствии огромного количества вампиров казнил графа Владислава Цепеша по прозвищу Дракула. Владимира со Стефаном Аро оставил в живых специально, чтобы те признали власть Волтури. С тех пор эти двое публично униженных не знали душевного покоя. И все это время вынашивали планы мести и искали способ вернуть себе былое могущество. Тебе также известно, что именно они придумали, чтобы привести свой план в действие. Сейчас они уже вовсю начали его осуществлять. Видимо, посчитали - настал удобный час для мести. Я уверен, до ушей румынов уже дошел слух, как мы расправились с недавним нападением новообращенных. Я также думаю, что они знали о восстаниях на Юге, в которых участвовал наш Джаспер, но тогда не решились поступить, как знакомые Марии. Слишком велик был риск, что Волтури задушат восстание еще в зародыше. Но итальянцы давно оправились от тех событий. А случившееся недавно возле Форкса наверняка вновь всколыхнуло в памяти Владимира и Стефана эту идею. Они создали из жителей Трансильвании вампиров. Их очень много, Эдвард. Не десять и не пятьдесят. По сравнению с румынами Виктория была начинающей дилетанткой. Сейчас новообращенных - больше сотни, и их число будет расти. Кроме новорожденных, есть еще те, кому румыны успели отправить приглашение, и те, кто уже встал на их защиту. И они сейчас вместе с зачинщиками разрабатывают дальнейший план. Аро больше не может сидеть, сложа руки. Задета честь его клана, совершено посягательство на их власть. Пока это только в теории, но как только последователи некогда великого Владислава наберут необходимую им армию и заручатся поддержкой всех, кто согласится к ним присоединиться - грянет час перемен. Но сначала - война. И могут пострадать люди. Они уже страдают, становясь пищей для столь огромного числа новых вампиров! Владимиру и Стефану все равно, что новорожденные неконтролируемы и следуют исключительно зову инстинктов. А инстинкт у них всего один - и из-за него гибнут невинные люди. Матери и дети, старики и молодые. А посему нужно это прекратить. И чем скорее, тем лучше. Конечно, война не начнется завтра, но от ее исхода зависит безопасность всей планеты.
- А Волтури действуют тем же самым способом, – догадался я.
- Не совсем, но, в принципе - да. Они тоже набирают армию. Разница в том, что Аро никогда не опустится до превращения людей в почти невменяемых голодных особей. Он надеется выиграть войну в основном своими силами. Обойтись поддержкой тех, кто встанет на его сторону.

Зловещий ночной лес встретил нас с братьями не слишком приветливо. Отличная летняя погода, звезды мерцают на небе... Но по мере нашего продвижения вся лесная живность прячется - чувствует приближение поистине устрашающих хищников. Равных которым ни по скорости, ни по силе не существует.
И вы не найдете ни одной записи о подобных монстрах в природных энциклопедиях. Ни одно живое существо не может сравниться с нами. Именно потому что - «живое». Лишь оборотни превосходят нас по силе и скорости и могут с нами на равных посоревноваться в бою. Но верфольфы тоже не занесены в пищевую цепочку всемирной фауны. Ни о нас, ни о них никто не знает.
Хотя оборотней я бы назвал более живыми, чем мы. Да еще и «живучими». Даже слишком! А при желании - такими же долгожителями, как и наш вид.
Но… я могу сделать бессмертной и Беллу, а Джейкоб – нет. Она так боится первой морщинки! Даже больше, чем смерти. Я знаю это.
Белла… Она не пожалела своей жизни, когда пыталась спасти меня от смертного приговора Волтури! Когда бросила и отца, и Джейкоба, слушаясь лишь зова своего сердца. Твое сердце, его трепет, Белла – самая прекрасная для меня музыка, а когда… нет, ЕСЛИ ты станешь подобной мне, я больше никогда ее не услышу!.. Но еще есть угроза, что оно замолкнет навеки! И эта угроза висит над нами, как дамоклов меч. Или как неизбежная кара за неизвестно чьи грехи. Если я сам не остановлю стук сердца Беллы, ее убьют Волтури.
Конечно, я могу попросить помощи у оборотней, если мы решим (нет! Если Белла передумает становиться вампиром) пойти против Волтури. И волки без сомнения помогут нам. Но имею ли я право подвергать смертельной опасности своих врагов (ладно, союзников) ради одного человека – пусть и самого дорогого для меня? Они ведь защищают свою территорию и людей, живущих на ней, от угрозы нападения невегетарианцев.
Честно говоря, появись здесь Волтури – и эти мысли мигом вылетят из моей головы. Белла мне дороже всего мира! И я, не раздумывая, брошу в качестве заслона всю стаю - если это поможет спасти мою любимую!.. Я это сделаю, но сейчас Волтури здесь нет, и я пока могу мыслить здраво.
У каждого из оборотней есть семья, родные... А мы заберем детей от матерей и отцов. Вот именно – детей. Они – подростки, все, кроме Сэма. Как ни странно так думать о крепких, почти двухметровых парнях…
Нет, обратиться к волкам - не выход. Ко всему прочему, мы не сможем победить Аро силами только моей семьи и стаи. Даже если Денали вдруг передумают и решат драться на одной стороне с убийцами Лорана, чтоб ему!.. Даже с помощью Таниной семьи нас будет слишком мало, чтобы сладить со всей сверхдаровитой итальянской бандой.
Хоть как прикидывай – остается лишь один выход. Самый ненавистный для меня. Обратить Беллу. Она сама так хочет этого… Но подобный вариант до сих пор неприемлем и для меня (хотя я и согласился), и тем более – для Джейкоба. И я буду по-настоящему рад, если ему удастся отговорить ее. Отговорить… и вернемся к тому, с чего я начал. Вольтури, их приказ и невозможность с ними справиться!
Карлайл никогда бы не пошел на убийство человека, будь у нас другой выход. Значит, его нет. Я что – умнее отца?
И все-таки… Все-таки, если Джейкоб уговорит Беллу… Если ребенок заставит мою любимую передумать… Я знаю, что стану тогда счастливейшим из бессмертных. Белла проживет нормальную человеческую жизнь… нормальную во всем, кроме моего в ней присутствия, но здесь уж я на компромиссы не пойду. Но если даже ребенок не изменит Беллиной решимости – тогда я обращу ее. Но она хотя бы узнает, что это такое – стать матерью.
Как ни крути – все опять зависит от оборотня.
Я заметил, что у Джейкоба на Беллу несколько больше рычагов влияния, чем у меня. Она чаще его слушается. Вот и сегодня они уже помирились. А со мной Белла мириться не желает. Хотя, может, она просто жалеет его. Белла знает, что не может ответить на его чувства - вот и ведет себя с ним более покладисто.
Я не успел прочесть в голове Джейкоба, что же у них сегодня произошло. Слишком быстро он развернул свой байк в противоположную от моего «вольво» сторону. И лишь столп выхлопного дыма напоминал о том, что несколько секунд назад оборотень еще присутствовал здесь.
А если у Джейкоба получится убедить Беллу остаться человеком… Вот я и вернулся опять к моей идее-фикс. Если Белла изменит решение, то, что бы я ни придумал - Аро не поверит. Возможно, Деметрий поначалу не сможет найти Беллу в Ла-Пуш. Да, есть весомая доля вероятности, что все же не найдет… Ему неизвестен запах оборотней.
Но стоит Аро коснуться моей ладони - и он все узнает! И о существовании оборотней, и о том, что именно среди них я спрятал Беллу. Так нельзя! Аро не обманешь. Джейн отчетливо дала это понять.
Отделившись от моих братьев, я охочусь в одиночку. И огромная пума-самец, попавшаяся мне по дороге, позволила сорвать всю ярость, что накопилась за несколько часов раздумий. Злость на Аро и всех Волтури вместе взятых. Ведь Белла никогда бы не раскрыла тайну существования вампиров - тем более, ей не принадлежащую. Аро поставил условие из принципа. Из-за дурацкой мании величия, что он и его клан – и есть наивысший закон, не знающий непослушания или исключения из правил!

Я так устала от всего этого! Устала сопротивляться, спорить, просто трепать нервы впустую. Один из моих любимых наделен физической сверхсилой, другой – умственной… и физической – тоже. И мне бороться с ними просто нет никакого смысла.
Эдвард непреклонен. Я тоже решила доказать свою непреклонность. Я поеду к Джейкобу! Буду заниматься домашней работой. Кормить вечно голодного оборотня. Надеюсь, мне удастся его накормить. Уж я постараюсь. У Джейкоба поистине титанический аппетит. Значит, мне будет, чем заняться - копошиться с утра до вечера на маленькой кухоньке Блэков.
Джейк обещал, что не тронет меня. Я ему верю. И знаю, что он сдержит слово. У него просто не будет повода прерывать меня поцелуями (от которых я тут же теряю голову и ничего не могу с этим поделать), потому что я не собираюсь срываться. Вот так вот! Первое правило обращения с оборотнями: вести себя очень корректно. А то они очень несдержанны. Пол может порвать в клочья, а Джейкоб – зацеловать до полусмерти…
Погощу у Джейка недельку-другую. Я знаю – он будет рад меня увидеть. Может, хоть успокоюсь, и у меня получится морально отдохнуть в новой обстановке. А потом - вернусь. И заявлю Эдварду, что ничего не получилось. Он же сам сказал: «если ничего не выйдет – возвращайся назад». Вот так я и сделаю. А пока что устрою себе отпуск на берегу моря.
Очень надеюсь, что вода потеплеет. Если ее температура превысит двадцать градусов… раза в полтора - у меня получится искупаться!
Я так давно не плавала! В последний раз объятия теплого моря я ощущала, когда мы с мамой жили на юге и иногда ездили на пляж - на берегу Атлантического океана. А в холодном, дождливом Форксе с единственным приемлемым для меня видом спорта было покончено. (Прыжок с утеса не считается.)
Я не люблю загорать. Да и моя кожа не слишком этому способствует. Море же я люблю за его ласкающие кожу волны… Это поистине наслаждение.
Когда я вернусь от Джейка, у Эдварда не останется иного выхода, кроме нашей свадьбы. Силой они мне операцию не сделают! И тем более - не приведут из детского дома за ручку чужого ребенка.
А раз не получилось, значит - пора мне превращаться в вампира. Эдвард меня не разоблачит – ведь секса до обращения не предвидится. А потом будет поздно. Эдвард простит… Думаю, в каком-то смысле - даже обрадуется.
Идея с материнством у меня перегорит, я знаю. Тем более, когда я стану вампиром - мысли вмиг окажутся заняты совсем другим…
Я поежилась при этой мысли. Я хочу провести вечность рядом с Эдвардом, это – моя мечта… но ничего в жизни не дается просто так, в качестве подарка. За все нужно платить – и я готова провести год почти сумасшедшим, неконтролируемым кровожадным существом, если иначе нельзя. Это мой выбор. Но думать об этом я не могу. Иначе никогда не решусь!
Тем более что сначала нужно разобраться с навязчивой идеей Эдварда под названием «беременная от Джейкоба Белла». И весь мой план должен пройти как по маслу – без сучка и задоринки.
Я уже сама жалею, что подняла тему о детях. Как я могла не подумать, что для Эдварда любой риск, связанный со мной – неприемлем?! И теперь наши отношения балансируют на грани ссоры!
Правда, сразу, как только я начинаю думать о малыше, который может родиться у нас с Эдвардом, мое сердце кровоточит от невыносимой боли, а горло сжимают невидимые тиски отчаяния!
Если у меня ничего не получилось, чтобы я не предпринимала, значит - и у Эдварда не выйдет с его планами! Я уж постараюсь. Все будет проще, чем я думала. И закончится, как и началось. Неделю, полторы, может, даже две я смогу прожить без Эдварда. И он пусть тоже поскучает!
А меня будет кому развлекать. Только совсем не так, как эти двое надеются. Ну и пусть! Мечтать не вредно, вредно – не мечтать… А надежда, как известно, умирает последней.
Джейк, может, и сомневается насчет нас - он ведь просто пригласил меня в гости. Просто в гости! – втолковываю я сама себе. Без всякой задней мысли. Это Эдвард вечно что-то скрывает, а Джейк – весь как на ладони… Ага, конечно! И о том, что он – бета своей стаи, мой друг мне тоже выложил открытым текстом, да? Нет, похоже, в этой компании «как на ладони» только один участник – и это я!
А у Эдварда еще больше уверенности, что все выгорит. Интересно, откуда?
Но ни одному из них неизвестно, что я задумала. Сейчас я, как никогда, рада, что мои мысли для Эдварда недостижимы. Иначе мне никогда бы не удалось его обмануть. А так я, изображая наиболее правдоподобное смущение, на которое только способна (стоит вспомнить последний поцелуй с Джейком – и румянец сам появляется), сообщила Эдварду, что согласна поехать к моему другу.
Каллен воспринял мое согласие с видимым облегчением на лице. Будто его перестала мучить очень неприятная болезнь. Эдвард, я же знаю, как ты ревнив! Да что же с тобой происходит?!
Дежавю. Он не мог без меня жить – и ушел. Он с ума сходил от ревности – а теперь сам отдает меня сопернику. Почему? «Для твоего же блага, Белла». Вот только решает, в чем это благо, опять один Эдвард - единолично. Ничего не изменилось, Белла. Тебя опять пытаются осчастливить – не спрашивая твоего на то согласия.
Ох, Эдвард! Скоро я вернусь к тебе, и мы будем жить долго и счастливо - вместе! Нас ждет одна вечность на двоих. Всего две недели – и ты мой навеки. Две недели разлуки – ерунда по сравнению с тем, что я пережила, когда… Когда ты ушел навсегда. И когда я думала, что ты погибнешь… В этом раз все не так страшно. Ерунда, можно сказать. А скоро я, наконец, стану сильной и красивой – и тогда ты точно никуда от меня не денешься!
Мы сыграем свадьбу! Конечно, больше не стоит мечтать о медовом месяце. Но все это уже не значит того, что раньше. Потом так потом. Хотя я все равно не могу спокойно прикасаться к моему любимому! Не могу без сердечного трепета чувствовать на себе запах Эдварда, когда он находится во взрывоопасной близости от меня…
А к выдержке моего вампира я привыкла. Он сорвался всего один раз – тогда, у меня в спальне, когда его холодные пальцы поднимали из моих глубин не так уж далеко спрятанный жар… Но все равно Эдвард сумел остановиться. Так что срывом это не назовешь. Это была почти неконтролируемая страсть, но все же Эдвард сумел с ней справиться. И как ему только это удается?
Наверное, дело в моей человеческой слабости. Джейку тоже удалось удержаться - тогда, в моей комнате… Так, Белла, а вот о Джейке иначе, чем о друге, думать хватит! Ты уже давно определилась, без кого из двоих не можешь жить, так что прекрати колебаться.
Мой любимый не ограничил меня во времени, чтобы я могла основательно обдумать каждый из предложенных вариантов. Меня хватило ровно на три дня, и я позвонила Эдварду. Но сначала - Джейку, сообщив, что согласна приехать к нему. Как же он обрадовался!
А я заплакала… когда положила трубку. Мальчик мой!.. Это совсем не то, на что ты, возможно, надеешься. Мне всего лишь нужно создать видимость для Эдварда. Иллюзию, что я согласна на один из его вариантов. Джейк, я опять тебя использую!.. Надеюсь, что в последний раз. Прости!
Я знаю – моего присутствия для Джейка будет достаточно. А если он даже на что-то надеется – то зря. Я буду с ним рядом, наверное, в последний раз. Впрочем, если он захочет - станет шафером на моей свадьбе.
Но эти дни, которые я проведу с ним – это все, что у нас осталось. Я не хочу его обманывать, но по-другому не могу…
Я знаю, что если сама не сделаю первых шагов к физическому сближению с Джейком - первым он ни на что не решится точно. Он смирится и будет думать, что я просто привыкла к его присутствию и больше его не хочу.
Я вспомнила тот день… Сама ведь едва не поцеловала Джейка, когда впервые за столько времени увидела… Прости меня, мой милый, если сможешь, но я всегда выбирала не тебя! И на этот раз будет так же.
С Эдвардом мы обговорили наш (его!) план в деталях. Сегодня – пятница (Эдвард вернулся с охоты во вторник). Мы посчитали по календарю, сколько осталось до моих месячных, и приплюсовали к этому еще пару дней, чтобы увидеть, наступила ли задержка после… нашей с Джейком (мнимой) близости. Получилось полторы недели.
В следующий вторник я уже должна вновь увидеть Эдварда! Хотя нет – это произойдет немного раньше. В воскресенье, в первый день месячных. У меня они всегда приходят как по расписанию. И когда наступят в этот раз, задерживаться у Джейка дальше не будет смысла.
Если, конечно, Эдварду не придет в голову милая мысль через месяц повторить попытку… Представив себя, до седых волос ежемесячно катающейся в Ла-Пуш, я невольно улыбнулась. И тут же разозлилась. В этом случае я вступлю в тайный сговор с Элис, и она меня обратит без Эдварда! Ей вовсе не нужен гнев Волтури… и опасность с их стороны для Джаспера. А с меня на самом деле хватит!
Для Чарли мы с Эдвардом вчера придумали довольно-таки правдоподобную историю. Перед колледжем мы якобы поедем погостить к Рене. Я соберу чемоданы - чем сейчас усердно и занимаюсь. Эдвард заедет за мной на «вольво», и мы отправимся в аэропорт.
Папа вчера изъявил желание самому отвезти и проводить нас, но мы, естественно, отказались. И Чарли ничего не оставалось, как смириться с нашим отказом.
А на самом деле Эдвард отвезет меня в Ла-Пуш.
Отдельную историю мы придумали и для нас самих. Вернее, Эдвард всерьез надеется, что так и будет. Мы сообщаем папе через две недели, что я беременна якобы от Эдварда. И по этой причине грядет свадьба – та-дам! А уедем мы после брачного торжества в другой город.
Как только подумаю обо всем этом… Я совсем не хочу так низко пасть в глазах отца, но выбора нет – все это будет выглядеть свадьбой по залету. Чарли такое точно не одобрит и попытается в суровом шерифовском тоне объяснить Эдварду, что думает о негодяе, посмевшем украсть мою молодость.
Про маму я вообще молчу. Она ранние браки считает едва ли не самоубийством, что уж тут говорить о ранней беременности?
Уехать после свадьбы мы должны не только потому, что мне сразу после родов (а, скорее всего, не совсем сразу) предстоит стать вампиром. Кроме всего прочего, ребенок Джейка будет не слишком похож на бледных маму с папой. Так что вот она – самая главная причина.
Как быть дальше – мы тоже подумали. Прошлой ночью я пыталась изображать в разговоре с Эдвардом самую крайнюю заинтересованность. А он сам не стеснялся проявлять энтузиазм в этих вопросах - столь щепетильных для нас, а особенно – для меня.
Ох, каждый наш разговор заставляет меня краснеть. Все это настолько глубоко лично для меня! А тут нам с Эдвардом пришлось так откровенно обсуждать подобные вещи!
Если я стану вампиром, наш с Джейком ребенок должен остаться с отцом. Мы поговорили и об этом. Сыну вервольфа - не место среди вампирского клана. Да еще и с матерью, которая будет такой же, как все дяди и тети!
Зато Эдвард пообещал, что я смогу навещать малыша в любое время, когда только захочу. Хоть каждую неделю. Или даже - каждый день! С бездонным Калленовским запасом зеленых купюр во многих банках мира пару раз в день пользоваться услугами авиатранспорта - сущий пустяк.
Где будем жить после свадьбы – мы еще не решили. Возможно, неподалеку от Форкса, чтобы мне быть поближе к ребенку, а возможно - и нет.
От чисто номинального медового месяца я благоразумно отказалась. Незачем тревожить своим присутствием мировые курорты, если целью их посещения не является то, чему предаются несколько недель молодожены, отрекшись от всего мира после того, как обменялись кольцами на безымянных пальцах. В знак того, что принадлежат друг другу до смерти. А в нашем случае – до скончания времен.
У нас с Эдвардом много прекрасных лет впереди. Мы еще успеем посетить ни один курорт…
А еще… Эдвард многозначительно намекнул, что моя мечта о сексе до свадьбы тоже успешно осуществится. И не так важно, что это будет не он сам, а его соперник. Не скрою, вот за эти слова мне немедленно захотелось запустить в Эдварда чем-нибудь ОЧЕНЬ тяжелым! Жаль только - предмет повредится, а мой вампир останется целехонек. Так что я благоразумно сдержалась, а то пришлось бы покупать Чарли новую сковородку.
Если честно, после всего этого я начала сомневаться в мужской гордости Эдварда. А как же право первой ночи? Неужели он настолько самоотверженно готов на все ради меня, что способен даже эту ночь уступить сопернику? Пришлось отбросить подобные мысли в сторону. Если начну задумываться еще и об этом - вовсе рехнусь.
Потому что на самом деле вся эта ситуация – полный абсурд! И я должна была с самого начала отказать Эдварду в его бредовой идее. Отказать - и стоять на своем, а не идти на компромиссы и уловки. Но я не могу. Я знаю, что прощу ему все. Я слишком его люблю!
А Джейк станет отцом… (Как же!) Правда, Эдвард, подытоживая жирной точкой наш разговор, объяснил мне: если Джейк никогда не запечатлится, то сын, о котором мой друг сможет заботиться, больше не думая постоянно обо мне - будет для него лучшей наградой и лучшим подарком, которым я смогла бы Джейка одарить. Вознаградить за все те мучения, что ему пришлось пережить по моей вине – из-за его безответной любви. Точнее, не совсем безответной… О чем мне тоже нельзя сейчас задумываться!