//twilightmovie.ucoz.com - сайт о вампирах. Дневники вампира; Настоящая кровь; Сага Сумерки - Форум

…Автомобиль медленно тронулся с места, а я села на колени, развернувшись к заднему стеклу, и наблюдала, как одинокая фигура Роберта стояла посреди ночной улицы, не двигаясь. По моей щеке скатилась слеза.
Я ехала в такси и размышляла о моей жизни, которая была похожа на зебру. И полосы сменяли друг друга слишком часто: только утром моя жизнь была прекрасна, а вечером все стало хуже некуда. А еще и двенадцати не было. Я приехала домой совершенно измотанная, блузка была в некоторых местах в пятнах крови Роберта. Будь я законченной фетишисткой, не отправила бы блузку в корзину для грязного белья, а повесила в гостиной на самом видном месте или выставила на «Ebay».
Роберт… Только сейчас я могла трезво оценить всю ситуацию в клубе. Почему он назвал свою девушку шлюхой? Почему Тейлор так ожесточенно избивал Роберта? Почему Латс так иронично говорил с Робертом? Надеюсь, что когда-нибудь найду ответы на эти вопросы, хотя меня это совсем не касается.
Таким мое Рождество было впервые: грустная я легла спасть в надежде, что завтра все будет как прежде. А ночью вся драка в клубе приснилась мне: Тейлор был великаном, избивающим маленького Роберта, который и защитить себя не мог. Когда я подбежала к окровавленному Роберту, тот не двигался, казалось, что он был мертв… В панике я проснулась, туго соображая, кто я и что происходит. На часах было уже одиннадцать. Чувство паники и непонятного страха преследовали меня, пока я готовила завтрак, неохотно ела и тщетно старалась отстирать следы крови с дорогой блузки. Руки чесались написать Роберту, чтобы удостовериться в его целости и сохранности, но совсем не хотелось навязываться, ведь ему и так не сладко.
Я не особо любила каникулы, потому что нечем было себя занять. Я любила читать, но сегодня не могла понять ни строчки из «Гостьи» Майер, которую я начала читать уже очень давно. Я просто сидела в кресле в гостиной и смотрела на елку, позволив мыслям блуждать там, где им захочется. Минута шла за минутой, час полз за часом, наступил вечер. Мама позвонила, чтобы узнать, как я провела эти сутки в одиночестве. Благополучно соврав, что я сидела дома и читала, я стала слушать об их Рождестве, о бабушкиных подарках, о том, как Дэвид умудрился угодить рукой в торт, испортив несколько часов кропотливой работы бабушки. Я посмеялась от души, представив лицо бабушки, ее боевой клич «Я убью тебя, Дэвид!» и быстрое исчезновение моего брата с «поля брани». Как это было на него похоже!
Поболтав с мамой и бабушкой около часа, я пошла готовить ужин, потом передумала и заказала пиццу. Снова зазвонил сотовый, на этот раз это был Роберт.
- Привет, Рейчел! – радостно произнес он в трубку.
- Привет! Я так рада, что ты позвонил, - от радости все мысли в голове перепутались. – Как ты?
- В полном порядке.
- Честно? Ничего не болит? – мой голос передавал все мое волнение и беспокойство.
- Нет, милая, все и правда хорошо. У меня сегодня была фотосессия, представляешь, гримерам пришлось потрудиться, чтобы привести мое лицо в форму, но вышел я чертовски сексуальным, - после паузы Роберт засмеялся, а я вместе с ним.
- У меня камень с плеч свалился.
- Как вчера добралась до дома?
- Я пришла, легла спасть, а потом весь день отстирывала твою кровь с блузки, - мне не хотелось ничего скрывать от Роберта. – А сейчас вот жду пиццу.
- Мне жаль, что доставил тебе столько хлопот, - его голос потускнел. – Слушай, а можно я приеду к тебе? Разделаемся с пиццей вдвоем?
Меня предложение заехать слегка шокировало, но я сразу же ответила.
- Разумеется. Не люблю есть в одиночестве.
Через пять минут привезли пиццу, а через полчаса приехал и Роберт. Я провела его в гостиную, усадила на диван, а сама ушла на кухню за соком. Потом вернулась к гостю, села рядом с ним на диван, и мы стали жевать пиццу, болтая. Он рассказывал мне интересные истории из своей жизни, я безудержно смеялась, а пару раз даже чуть не подавилась.
- Все, никаких разговоров, пока не доешь свой кусок, - серьезно сказал Роберт, а я быстро доела, чтобы снова предаться веселью.
Он рассказал про фотосессию, которая была для известного журнала, про хорошего фотографа, с которым он работал уже не в первый раз. Мне было так интересно слушать, как делают такие красивые фотографии, кто их делает, сколько это стоит. Так интересно открывать для себя что-то новое.
- А ты просто великолепно выглядишь, - восхищенно сказала я. На лице Роберта не было и намека на ссадины и синяки. – Сколько крема и пудры на тебя истратили, признавайся?
- Ну не больше, чем на создание Эдварда Каллена, - усмехнулся мой собеседник.
Я рассказала ему про брата, испортившего рождественский пирог бабушки, про папу, который живет в Нью-Йорке, про маленького сводного братишку, про маму. Рассказала как на духу о Брендоне, его поклонении Эшли Грин.
- Знаешь, за ней ходят просто толпы мужиков, - вставил Роберт.
- А за Никки?
- Ну за ней тоже, хотя она везде таскается с Лотнером, - лицо парня исказила боль и злоба. Лучше нам не вспоминать о Тейлоре.
- Давай не будем сегодня о нем?
- Как скажешь. А можно взглянуть на твою комнату? – неожиданно перевел Роберт разговор в новое русло.
- Ну… пойдем, - я встала с дивана и повела его за собой на второй этаж. Открыла дверь комнаты и пропустила его вперед. Он разглядывал мою небольшую комнату, посмотрел на стол с компьютером, на книжные полки, заставленные учебниками, на кровать, стоящую в углу около окна. Когда же он устремил взор на прикроватную тумбочку, широко улыбнулся.
- Я нашел твой тайник, - он указал на тумбочку.
- Да, там все, связанное с тобой, - я покраснела, вжавшись в косяк двери.
- Не покажешь?
Я прошла к тумбочке и извлекла оттуда рамку с фотографией и салфетку с автографом, а потом протянула Роберту. Он рассматривал вещи так, словно видел их в первый раз. Я присела на кровать, а он сел рядом. Развернувшись, он взял мою руку и заглянул в мои глаза.
- Прости, что был так груб с тобой в первую нашу встречу. Мне так неловко.
- Я же говорила, что все в порядке, - я таяла под его взглядом, а на своей ладони я ощущала тепло его рук, которое поднималось по руке и поражало меня в самое сердце. Мне жизни было не жалко, а жаль лишь этих мгновений, которые больше никогда не повторятся.
Тишину вечера нарушил звонок мобильного Роберта. Позвонил его агент, и Роберт вынужден был уйти. Мне так не хотелось его отпускать, но выхода не было. Я проводила его до дверей дома, на прощание он крепко обнял меня.
- Я позвоню завтра, хорошо? – тихо спросил он меня на ухо.
- Я буду ждать, - также тихо ответила я, а потом отпустила свою любовь в ночь.
Закрыв дверь, я прибралась в гостиной, помыла посуду и включила телевизор, чтобы заполнить чем-то ту пустоту внутри, от которой становилось трудно дышать. Я просидела так примерно полчаса, а потом уснула под гул телевизора на диване, на котором еще час назад сидел Роберт.
Утро было прекрасным, потому что я получила сообщение от Роберта, а потом еще долго с ним переписывалась. Каждый день мне звонил либо Роберт, либо я болтала с бабушкой и мамой, безумно переживавшими за меня. А иногда звонил и Брендон, рассказывая о прекрасном Чикаго зимой.
- Ты должна это увидеть, Рей! – в восторге говорил мне друг.
- Ты каждый год говоришь одно и то же, - усмехнулась я.
- Я обязательно покажу тебя Чикаго зимой, - пообещал он мне.
Приближался Новый год, а я все так же сидела дома. Иногда гуляла по городу или сидела в кафе, изучая посетителей, пытаясь представить себе их жизнь, их привычки. Это было увлекательно, во всяком случае, убивало время…
- Фея, хочешь провести этот Новый год со мной?
Несколько секунд молчания.
- Хочу. Я уже провела с тобой Рождество, так что остался лишь Новый год, - мои губы растянулись в счастливой улыбке. Но разве они с Кристен не помирились?..
Я за один день посетила уже известный бутик «Prada», купила бирюзовое платье, а потом бегала в поисках подарка для Роберта. Что можно подарить человеку, который имеет все? Изучив ассортимент нескольких сувенирных магазинов, я все-таки нашла то, что искала. Это был портсигар – приятная мелочь, которая будет напоминать ему обо мне. Маленький, позолоченный, с красивыми линиями на крышке.
Вечером, в пол-одиннадцатого, Роберт позвонил в мою дверь. Я уже давно была готова и находилась в состоянии легкого волнения.
- Ты прекрасна сегодня, - с восхищением поприветствовал меня Роберт.
- Ты меня смущаешь, - я замялась, слегка покрывшись румянцем: я все еще не привыкла к комплиментам.
Мы покинули мой дом, и поехали в самый центр города. Вокруг то и дело пускали фейерверки, компании молодых людей шли, скорее всего, в клубы, чтобы как следует отпраздновать Новый год.
- Куда ты меня везешь?
- К себе, - Роберт ответил, посмотрев на меня. – Увидишь жилище холостяка.
- Ты лишил меня дара речи, - притворно изобразив шок на лице, сказала я.
Но вот только почему он сказал про жилище холостяка?
Мы подъехали к роскошному многоэтажному дому, на первом этаже нас встретил консьерж, поприветствовавший меня и Роберта. На лифте мы поднялись на десятый этаж, по мягкому ковру прошли до дверей квартиры. Роберт гостеприимно пропустил меня вперед. Я слегка удивилась, обнаружив в квартире идеальный порядок. Роберт помог снять мне пальто, потом провел экскурсию, начав с гостиной и закончив кухней. В гостиной был накрыт круглый стол на две персоны, из колонок играла приятная мелодия. У самого окна расположилась огромная ель, украшенная гирляндой и игрушками.
- У тебя милая квартира и потрясающая ель, - сказала я хозяину дома, пока он помогал мне сесть за стол.
- Спасибо, с обстановкой помогала мама, ее отменному вкусу можно только позавидовать, - объяснил он мне, а потом открыл бутылку белого вина и разлил его по бокалам. – До Нового года осталось всего двадцать минут, так что предлагаю выпить за тебя.
Я сделала глоток, и по моему горлу разлилось тепло от вина. В комнате горела лишь елка и свечи, расставленные на столе. Мы пили вино, я смотрела в его глаза, погружаясь в волшебство этой ночи. Затем Роберт налил нам еще вина. Его настенные часы пробили двенадцать, мы чокнулись и выпили.
- За этот Новый год с тобой!
- И с тобой, это мой самый лучший Новый год, - ответила я.
Потом я вспомнила, что в сумочке лежит подарок для Роберта. Я молча встала, сходила за подарком в прихожую, а потом вернулась к удивленному Роберту.
- Это тебе, - протянула я ему портсигар в подарочной коробке, - с Новым годом!
Он нежно взял подарок, погладив мою руку, развернул его и улыбнулся.
- Ты не поверишь, но мне портсигаров еще никто не дарил, хоть курю я уже сто лет.
- Значит, я первая, - мне было приятно, что я все-таки нашла то, чего у Роберта не было.
- У меня для тебя тоже кое-что есть, - загадочно проговорил он, - под елкой, посмотри.
Я подошла к елке и обнаружила там один подарок. Я робко взяла его, сняла упаковку и…
- Роберт, Господи, откуда ты это взял?! – прокричала я, потому что в своих руках я держала книгу «Сумерки», на первой странице которой было написано: «Моей читательнице Рейчел с любовью и благодарностью. Поздравляю с Новым годом. Стефани Майер».
- Ну взял у автора саги, - скромно ответил он, улыбаясь. – Вижу, что тебе понравилось.
- Ты еще спрашиваешь!
- Ты такая милая, когда радуешься…
- Роберт, я бы хотела тебя кое о чем спросить, - начала я разговор, чтобы все окончательно выяснить.
Мы уже уютно устроились на его диване, наблюдая за тем, как мигает гирлянда, а на столе догорают свечи.
- Я догадываюсь: обо мне и Кристен?
- Да, а еще о Тейлоре… Что произошло тогда в клубе? И почему ты сейчас не с Кристен?
- Понимаешь, это история, которая длится вот уже год, - медленно произнес Роберт, взяв меня за руку и повернувшись ко мне лицом. – Мы с Кристен начали встречаться еще с «Сумерек», скрывали отношения от прессы. Я ее любил без памяти, носил ее на руках, и все было хорошо. Но в один прекрасный момент, на съемках «Новолуния», я обнаружил ее в постели с Тейлором, - он опустил глаза и сделал глубокий вдох, а потом продолжил. – Я думал, что моя жизнь кончена, сердце было разбито вдребезги.
Я слушала его, затаив дыхание, ощущая всю ту боль, через которую ему пришлось пройти. Предательство – самая страшная вещь. Я так разочаровалась в Тейлоре и Кристен. Зачем они так поступили с Робертом? Ярость охватила меня на доли секунды.
- А потом?
- Потом Кристен просила прощения, говорила, что совершила ошибку, что любит только меня. А я позволил ей меня обмануть, я поверил. Знаешь, когда любишь человека, то готов простить ему все, готов сделать все, терпеть все, умолять, просить, - он сделал паузу. – Потом я сделал ей предложение, она согласилась, и я был на седьмом небе от счастья. Познакомил ее со своей семьей, она меня со своей… Но ревность съедала меня изнутри, а обманывать себя мне надоело. Я знал, что она продолжает с ним встречаться за моей спиной. И я сорвался в клубе. Моя жизнь стала похожа на руины, - Роберт стал таким печальным, что я пододвинулась к нему и обняла его покрепче.
Он поднял на меня свои грустные зеленые глаза, долго смотрел, а потом нежно коснулся моих губ своими. Это было так приятно, его губы были мягкими, гладкими. Голова кружилась от выпитого вина и от его мягких прикосновений. Потом Роберт аккуратно скользнул языком в мой рот, коснувшись неба, а затем провел им по моим зубам. Я обхватила его лицо ладонями, и мы целовались под свет огней на мягком кожаном диване в объятиях друг друга. Я была влюблена и была бескрайне счастлива…

Платье Рейчел:

P.S. Девчата, с вас как всегда комментарии)))

by кален

все равно я его не понимаю!

зая я тоже тебя обожаю!!!!!!!! спасибо за проду!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Taysten is love!!!
Тейстен
Мои фики
Fire of eternal love
Как две капли воды
Эшли в стае сайта